Пепел дорог (СИ)
По карте протяженность этого нового прямого пути до центральной пещеры была примерно на треть короче не раз пройденного перехода от дальней северной. Но, то ли из-за увеличившихся (после преодоления мной пятидесятиуровневого рубежа) габаритов бронированного тела, то ли из-за не до конца восстановившийся правой ноги, а вероятнее всего из-за совокупности обоих вышеозначенных факторов, мое продвижение по узкому подземному коридору в этот раз происходило в разы медленнее предыдущих. И относительно короткий переход неожиданно растянулся на добрых полчаса.
Спасибо еще в этот раз обошлось без кислотных ловушек, обезвреживание которых, в условиях кошмарной тесноты подземной кишки, растянуло б и без того слишком долгий «прорыв» еще Стикс знает на сколько минут.
На подступах к центральной, изрядно опережающее возможности стиснутого землей тела, восприятие порадовало меня новостью, что периметр перед выходом наружу чист. Похоже, абсолютно уверенные в моем подрыве на минном поле боты утратили-таки бдительность и не стали распылять свои изрядно сократившиеся силы на страхующий выход заградотряд.
Вырвавшись из тесноты перехода, я с наслаждением расправил шипастые плечи и, дождавшись Жабу, спокойно проводил единственного спутника к скобам наружной лестницы.
Пока пыхтящий товарищ медленно, но верно, покорял вертикальный подъем, сам я, игноря слишком мелкие для моих мощных хваталок «ступеньки», на когтях, по-кошачьи, лихо вскарабкался рядом по стене и, первым оказавшись наверху, опять же беспрепятственно, через беспечно распахнутую дверь, выбрался из клетки наружу.
Безупречное в замкнутом пространстве подземных пещер восприятие под открытым небом по первости зачудило, и я вынужден был приоткрыть глаз – благо, день еще не кончился, и вокруг было достаточно светло, чтоб сориентироваться с помощью обычного зрения.
– Эй, где ты там? – обернувшись, позвал я крестника.
– Да иду уже. Иду, – совсем рядом раздалось кряхтение Жабы, и вскоре его заляпанная землей и глиной маска показалась нам краем ямы. – Ой, мля! Че, ночь что ли уже?
– Маску сними, дурик.
– А, ну да, точно.
– Э-э… Рихтовщик? – раздался настороженный окрик с крыльца дома напротив.
Обернувшись, я увидел невысокого крепкого паренька лет двадцати, в камуфляже и со здоровенной крупнокалиберной винтовкой в руке, ствол которой был направлен мне в грудь.
Резко отскочив в сторону, я в пару прыжков преодолел разделяющую нас дистанцию и оказался возле парня за мгновенье до того, как опасный ствол снова нацелился на меня.
– А ты еще кто такой? – зло рыкнул я парню в лицо, перехватывая длинноствольное оружие, и тут же играючи вырывал винтовку из рук камуфляжника.
– Мужик, полегче, я не враг, – поднял руки обезоруженный. – Меня старшие здесь оставили, чтоб за выходом проследил, и как только ты появишься…
– Пристрелил? – я изобразил свой фирменный оскал.
Парнишку проняло. Он нервно сглотнул.
– Начальник, куда так быстро подорвался-то? – раздался сзади голос запыхавшегося Жабы. – Ого! А это еще кто такой?
– Меня Горохом зовут, – зачастил очнувшийся от столбняка парень. – И я вовсе не собирался вас убивать. Наоборот, мне было приказано встретить вас, и проводить к дому Паука.
– Ага, не собирался он, – фыркнул я. – Че ж тогда винтовку навел?
– Так, по привычке же. На автомате. Ты ж вон какой здоровенный!.. Я хоть и видел тебя уже однажды, часа три назад, когда ты вниз спускался. Но тогда ты очень быстро исчез, и показался мне поменьше ростом. А теперь, когда выбрался и неспешно распрямился – оказался, ваще, горой. Вот я, с перепугу, и решил подстраховаться.
– Допустим, я тебе поверил.
– Тогда, может, винтовку-то отдашь?
– Еще чего! Я сказал: допустим поверил. Пусть пока пукалка твоя у моего помощника за плечом повисит. Так нам всем спокойней будет… Жаба, прими.
– Да, мля! У меня и так уже две!
– Заткнись, и вешай за спину.
– Ой, млять, тяга-то какая…
– Теперь с тобой, – отвернувшись от стонущего крестника, я снова заговорил с Горохом. – Парень, у нас мало времени. Поэтому отвечай кратко и по делу. Че там еще за заморочки с домом Паука? И зачем нас туда нужно вести?
– Так все боты там. Они, как только из «Зубастой Ямы» поднялись, сразу к дому Паука свой лагерь и перенесли. Хотели даже бэтээры из-за стены туда подогнать, но наши старшие ни за какие посулы не позволили заводить технику в стаб.
– Неспроста это, начальник, – проворчал Жаба. – Чую, наши там и окажутся, после…
– Ну, раз даже ты догадался, то нам точно туда дорога, – перебил я крестника. – Ладно, Горох, веди.
Обойдя дом, мы зашагали по пустынной улице.
– Куда народ-то весь подевался? – спросил я у провожатого, оглядывая прикрытые ставнями окна домов.
– Бабы с ребятишками по подвалам заныкались, а мужики со всего стаба к дому Паука подтянулись, и сейчас из соседних домов ботов стерегут.
– М-да, наворотили дел, – скривился я. – Технику, значит, в стаб не пустили, а самим ботам: милости просим.
– Это не наши, а пришлый, падлюка, расстарался. Скальпелем его кличут. Может слышал?
– Личность в нашем регионе известная, – хмыкнул я.
– Так вот, старший ботов оказался знакомцем Скальпеля. И меж собой эти двое договорились: сперва, о беспрепятственном проходе ботов через стаб к спуску в «Зубастую Яму» до вечера, а потом еще об аренде дополнительно ими на пару часов дома Паука. Не за бесплатно, разумеется.
– Да уж понятно, – фыркнул я. – Прям, как те славные парни, что ботам жопу лижут. Братва, мля!
– Мы не муры! – возмутился Горох.
– Ну да, ну да… А просто помогаете ботам за спораны.
– По-твоему, лучше б было, если бы мы все сдохли в безнадежной драке с ботами? Ты видел сколько их вначале было? А сколько они понагнали под наши стены техники? Да эти ублюдки наш стаб в блин бы раскатали!
– Горох, че завелся-то?.. Конечно, ваши старшие молодцы. Все сделали правильно. Набили себе карманы, и стаб сберегли. Красавцы, мля.
– Да пошел ты, Рихтовщик.
– Вот и поговорили… Че, долго идти-то еще?
– Вон за тем перекрестком поворот направо, и, считай, пришли.
– Тогда дальше, пожалуй, я сам. А ты, Горох, отведи моего парня в безопасное место… Жаба, отдай ему винтовку… И помни, – я снова взбодрил проводника фирменным оскалом, – если с ним чего случится, закончив с ботами, я найду тебя, парень, и лично четвертую вот этими когтями.
Демонстрацию колюще-режущего арсенала обломало возмущенное заявление крестника:
– Рихтовщик, я не хочу в укрытие! Они и мои друзья тоже, и я тоже хочу!..
– Так же, как они, глупо схлопотать пулю? – раздраженно перебил я.
– Нет, но…
– Никаких но! Там, – я ткнул пальцем в указанный поворот, – мне некогда будет оберегать тебя. И, если сунешься следом за мной, тебя положат первой же автоматной очередью. Так что кончай дурить, и следуй за Горохом… Все, уводи его, парень.
Не слушая больше возражений, я отвернулся и зашагал к указанному провожатым повороту.
Интерлюдия 10
Интерлюдия 10
Когда вонючий белый туман рассеялся, Скунс оказался в непроглядной темноте. Осторожно вытянув руки, он нащупал гладкий камень и облегченно перевел дыхание – такой стены точно не могло быть в «Зубастой Яме», значит, из чертова подземелья он выбрался. Ну хоть какая-то хорошая новость.
Скользящие вдоль стены руки наткнулись на какую-то палку. И внизу тут же что-то предательски звякнуло.
– Кто здесь? – раздался совсем рядом знакомый женский голос.
– Слеза, это я, – откликнулся Скунс.
– Дерьмо! Значит, гребаный дрон и тебя тоже завалил.
– А где мы?
– На дерьмоскладе.
– Блин, я серьезно!
– Я тоже.
– Ну, Слезааа-а!
– Да тихо ты, придурок! В сортире мы.
– В смысле, в туалете?
– Да.
– А че тут так темно?