Путешествие в молодость (СИ)

— Анька, бежим, — бросил я, пробегая мимо забора, под котором дислоцировалась троица зомбей.
Вопросов она не задавала. Поняв, что люля грозят всем, кто не местный, пристроилась в агрегарде. Баласт пришлось бросить на произвол судьбы.
Ну, уж извините, своя шкура — дороже.
Бежали мы долго. Минуту, не меньше. А потом адреналин отпустил, дыхалка сбилась, и мы дружно перешли на шаг.
— Это что сейчас было? — шумно вдыхая после каждой фразы, спросила Анька.
— Норматив ВФСК “ГТО” по сматыванию от недружественных аборигенов на длинные дистанции и по пересечённой местности, — едва ли не выплевывая легкие, отмахнулся я. — Ну нах. Вернемся домой, сяду на диету. Курить брошу, с синим завяжу, — зарекся я.
— До завтра то продержишься? — хмыкнул Чиж.
— А иди ты, — обозлился я. — Так то, люлей мы чуть из-за тебя не получили.
— Это с хера ли? — удивился малой.
— А кто меня в эту дыру притащил?
— А ты весь такой, прям против был! — огрызнулся Чиж. — Пинками тебя сюда пригнали. Да? Сам вопил, погнали, вдарим настоящий рок в этой дыре.
— И даже гитары не расчехлили, — вздохнул я.
По большому счету, малой был прав. Но я уже пришел в себя, и обиды не было от слова совсем.
Да и весело же было.
Гопоте навешали, сами не огребли. В пакете минералка и пара баклах пива. В хате нас дожидается самогон и лёгкая закуска.
А то, что бухать и курить обещал завязать, так это с нового дня нужно начинать. И лучше с глубокого бодуна.
— Ладно, забей, — улыбнулся я. — Погнали к Мишане. Сдается мне, ищут нас.
— Полюбому, — согласился Чиж. — А идти то куда?
Вопрос оказался злободневным. Я дорогу смутно помнил, а тут ещё и забег этот по темным и незнакомым переулкам. Пришлось сознаться в своей географической импотенции.
— Вот вы даёте, — заржала Анька. — А по навигатору слабо? Или религия не позволяет?
— Вот ты капитан очевидность, — огрызнулся я на новый мозг нашего коллектива. — Сразу, как адрес назовёшь, так и пойдем. Надо у местных поспрашать.
— Поспрашали уже, — буркнул Чиж. — Тут на весь колхоз всего одна трёхэтажка. И на карте она по любому есть.
— Такой умный, да? Тебе череп не жмет? — начал заводиться я.
— Есть слегка. Особенно с похмелья, — обрадовался малой.
Поумничать у меня не получилось. Прогресс меня поимел, а потом вывел наши бренные тела к трёхэтажному человейнику.
Отсутствовали мы, чисто по моим ощущениям, часа два. Плюс-минус. Но когда зашли в подъезд, я завис.
— Кажись, ошиблись мы, — втягивая носом тонкий аромат хлорки, витавший в воздухе, остановился я.
— Да нет, всё правильно. Вроде, — подозрительно озираясь по сторонам, протянул Чиж.
Подъезд был девственно чист. В элитных новостройках так чисто не бывает. А тут в захолустье…
Летающая тарелка, припаркованная на детской площадке, смотрелась бы естественнее, чем это.
— А, не. Всё правильно пришли, — обрадовался малой, увидев знакомую дверь.
Чиж с довольной лыбой дернул за ручку и офигел. Дверь была закрыта.
— Блин, я точно помню, когда мы уходили, она открытая была. Я даже проверил, — пробормотал озадаченный балбес.
— Ну, тут два варианта. Или Мишаня очухался и дверь закрыл, или родаки вернулись и по ушам ему надавали, — почесав репу, блеснул я дедукцией.
Как бы то ни было, но в хате были наши шмотки. Решили брать квартиру штурмом.
В запертую дверь долбились мы долго. Минут пять. И всё безрезультатно. Поорали даже немного, в промежутках прикладывая ухо к двери. Но в квартире царила тишина.
Наши вопли нашли отклик у соседей.
— Вы кто такие и херли вам тут надо? — окинув нас подозрительным взглядом, поинтересовался дедок, выглянувший из квартиры напротив.
— Папаша, всё норм. Мы к другу пришли, а он не открывает, — обрисовал я ситуацию.
— Ну вот и идите отсюда нахрен. Вас тут не ждут, — перебил меня дед.
— Да мы бы с радостью. Ключи от мотика и вещи наши у Мишани остались, — огрызнулся Чиж, пнув дверь неприступной хаты.
— А мне насрать. Ещё раз по двери двинешь, я тебе в жбан двину и скажу, что так и было, — ничуть не смутился дед.
 
— А не много ли ты на себя берёшь, папаша? — удивился я.
— Слышь, пацаны и пацанесса, я же ясно сказал, шли бы вы нах отсюда. А то у нас тут кабаны совсем дикие. Ноги, нахрен, покусают. По самые яйца и титьки, — на полном серьезе заявил нам дед. — А ещё и отмудохать могут.
Мы рты раскрыли в непонятках.
— Ну чего зависли? Майора звать будем? — улыбнулся дед. Не по-доброму так, а с подвохом.
Кто такой майор и что от него лучше держаться подальше мы поняли через несколько секунд. Когда дед слегка дверь приоткрыл и там довольная морда кавказской овчарки нарисовалась.
Чижа и Аньку как ветром сдуло.
— Всё-всё-всё. Извините за беспокойство, мы уходим. На улице под кустиком Мишаню подождём, — пятясь вниз по лестнице, извинялся я.
— И тебе не хворать, — заржал дед и хлопнул дверью.
Совещание на тему “Кто виноват и что делать?” развернули на лавочке. Залив жажду пивом, пришли к выводу, что в гостях хорошо, но дома лучше.
Банально потому, что дома желающих двинуть в морду в разы меньше.
Но возвращению в родные пенаты мешала суровая реальность. Ключи от мотика лежали в моём рюкзаке, а рюкзак в хате. Там же дожидались своего часа гитары, которые на произвол судьбы, даже временно, бросать не хотелось совершенно. Да и самогон было жалко. Как минимум трёшка на хате осталась.
— Чиж, а ты же парень сильный да ловкий. Высоты не боишься совершенно и готов на любые подвиги? — взял я на понт юнца.
— Что есть, того не отнять, — развернул плечи балбес.
— Тогда предлагаю план-капкан. Высота детская, балконы не застеклены. Дверь на балкон, насколько я помню, осталась открытой, — изложил я суть. — Ты аккуратно залезаешь на мишанин балкон, прислушиваешься, если хозяин с ножом на тебя не бросается, проникаешь в квартиру и открываешь нам дверь. Мы заходим, берем своё и так как нам тут не рады, валим в сторону дома.
— Гениально, — хмыкнул Чиж.
Отмазываться он не стал. Мой план нам показался надёжным, как швейцарские часы. А главное, отказаться Чиж не мог. В противном случае Анька всем подругам бы по большому секрету про очкуна рассказала бы. Способ древний, как говно мамонта, но до сих пор рабочий.
На первом этаже балконов не наблюдалось. С горем пополам, а взгромоздили балбеса мне на плечи, и он смог дотянуться до балкона второго этажа. Сделал усилие и даже, кряхтя подтянулся. Перехватился поудобнее, потом ещё раз и ещё, выматерился и умудрился упереться ногой в край бетонной плиты.
Матюкнулся ещё раз, взобрался на металлические перила. Встал на них, держась за стену, и ухватился за мишанин балкон.
— Давай-давай. Ещё чуть-чуть, — громким шёпотом подбодрили мы нашего верхолаза.
Но не срослось. Только начал малой подтягиваться, помогая себе ногами, руки сорвались и пал посланец к нашим ногам. Благо буйная растительность удар немного смягчила.
— Чиж, ты чего? Ты как? — рванули мы к летуну.
Тот лежал, не шевелился, пучил глаза и бесшумно открывал рот, пытаясь вздохнуть.
— Э, ты чего? — похлопал я его по щекам. — Кончай придуриваться, а то Анька тебе больше не даст.
Шут его знает, от этого или нет, но Чиж начал приходить в себя.
Через минуту он уже сидел и глубоко вдыхал ночной воздух. Окрылённая Анька даже приобняла балбеса и попыталась его поцеловать.
— Ёптыть, — просипел малой, оттолкнул подругу и ломанул в сторону кустарника.
— Чего это с ним? — опешила девушка.
— Не знаю. Может, вспомнил чего, — предположил я.
— Ааа, — раздался радостный вздох из темноты. — Успел. Чуть в штаны не обосрался.
— Романтический момент потерян, — констатировал я и закурил.
Через пять минут, когда Чиж, почесывая задницу, вылез из кустов, провели второе заседание нашей элитной алко-группы. От повторного штурма балкона было решено отказаться. Ломиться в дверь тоже не решились.