Коллекционер (СИ)

Пожарных дожидаться не стали. Я снова позабыл, что нахожусь в магическом мире, и что среди наших соседей имеется немало вполне квалифицированных магов стихий. Даже создавать потоки воды не потребовалось (как я уже, вроде бы, рассказывал когда-то ранее, вода, в плане стихийности, находится где-то на границе и ее сотворение является для среднестатистических стихийных магов крепким орешком). Прибывшие стихийные маги поступили гораздо проще: просто изъяли у клокочущего над нашим домом пламени всю его энергию. Вот было пламя — и вот его уже не стало. И даже дым исчез почти так же моментально.
— И что нам теперь делать? — Поинтересовалась у безмерно уставшего меня точно такая же уставшая и потерянная сестренка. Только что мы возвратились из больницы, куда по совету одной из соседок, целительницы, специализирующейся преимущественно на диагностике, отвезли так и не пришедших в себя родителей. Точнее, Антон отвез, каретный сарай с конюшней, как и флигель, оказались совершенно неповрежденными огнем.
Оказывается, помимо обычных продуктов горения, в телах наших родителей присутствовала еще и немалая порция какого-то магического яда. Неудивительно, что они от начинающегося пожара не проснулись. Одна радость, целитель в приемном покое, принимавший родителей, сказал, что яд этот недостаточно смертоносный и спустя несколько суток может быть полностью выведен из их тел.
— Тебе Система что-нибудь дала за эту ночь? — Вместо ответа на вопрос поинтересовался я у сестренки.
— Ага. Единичку в Выносливость. — Ответила Анюта, широко зевая.
— А мне единичку Силы и единичку Духа, — «похвастался» я, недоумевая, каким образом эти самые единички еще недавно казались для меня столь важными. — Во флигеле, среди твоих цветов, думаю, для нас отыщется местечко. Пошли спать, сестренка.
Над поврежденным пламенем домом семейства Жуковых загоралась заря нового дня.
Показатели системных характеристик Ивана Жукова на конец семнадцатой главы:
Сила 14(+1)
Ловкость 13
Выносливость 16
Разум 20
Дух 8(+1)
Мана 80
Дополнительные характеристики:
Гибкость 3
Харизма 2
Живучесть 4
Право на посещение системного магазина 3.
  
Глава 18
 
Хоть и все преступники, покушавшиеся на родителей, оставались на свободе, и, следовательно, опасность для нас с Анной сохранялась в полной мере, оставаться на следующий день под прикрытием стен родного дома у меня никак не получалось. Дела, заботы навалились. Да и защита от этих стен, после ночных событий, представлялась крайне сомнительной. Но в школу не пошел. И Анне тоже запретил. Очень странно, но она меня беспрекословно послушалась, осталась во флигеле.
А я после чисто формального допроса пришедшим сразу после завтрака полицейским вышел в город.
И таки поход мой с самого же первого пункта короткого списка посещений оказался не напрасным: родители очнулись. Причем, сразу оба, словно у них будильник прозвенел. Я пришел в больницу выяснять, как у них дела, а меня обрадовали. И еще, хоть и не очень охотно, пустили к ним в палату. Поскольку они супруги, то их изначально разместили вместе, в двухместной палате. Кстати, за эту палату, как и за услуги настоящего целителя, мне этой ночью пришлось заплатить довольно большую сумму. Этот мир еще не дошел до того, чтобы кого-то заставлять работать чисто за идею, пусть эта идея и называется очень возвышенно клятвой Гипократа. Благо, деньги у меня после победы в суде над целым генералом имеются довольно приличные.
— Сынок! Живой! — Похоже, своим появлением я вызвал у мамочки изрядный стресс. У отца, кстати, тоже. Перед тем, как он отвернулся, я заметил сильно увлажнившиеся глаза.
— Да что с нами может случиться, — как можно беспечнее принялся я докладывать родителям о нашем, с Анной, житье-бытье. — Запах дыма той ночью почувствовал сразу, Аньку предупредил, потом вас вынес из дома. Дом, кстати, говорят, еще можно отремонтировать. После вас пойду выяснять, к кому можно по этому поводу обратиться.
 
— Если дом нужно ремонтировать, то где же вы теперь живете? Холодно ведь на дворе. — Снова забеспокоилась мать.
— Так во флигеле. Его пожар вообще не затронул. Как и конюшню с каретным сараем. Мы с Анькой туда все свои вещи перетащили. И все наши цветы на продажу там сохранились. Мне, кстати, Система еще одну единицу в Дух недавно добавила, и я смог придумать еще одну завлекательную новинку с цветами. Только я сейчас вам о том, какая это новинка, не скажу, пусть сюрпризом будет. Принесу, когда в следующий раз к вам приду. А еще я вчера по случаю один денарий смог приобрести. Средний, золотой. — Ну, да, поняв, что изначальную тему о пожаре выбрал неудачно, принялся вот так, болтая обо всем сразу, отвлечь их от неприятных известий.
— А из какой серии денарий? — Это уже отец поинтересовался. Я до нападения на нас довольно часто им с Анькой о своей коллекции рассказывал, похоже даже сумел отца реально этой темой заинтересовать.
— Летучая мышь. — Чуточку гордясь, ответил я. Не знаю почему, но если другие виды денариев хоть и не очень часто, но все же мне встречались, то монеты с летучей мышью как перепали мне в количестве трех штук при первом моем походе в магическую лавку, так с тех пор больше до последнего случая ни разу на глаза не попадались.
О, самая редкая серия! — А я что говорил! В теме мой батя по этим монеткам, что непонятно за какие заслуги выдает Система. — Повезло тебе.
— Это точно, — закивал я, радуясь, что все-таки удалось перевести разговор, — «распахнутые ворота» тоже, конечно, встречаются не часто, но хоть встречаются, а эти вообще глухо.
А вот о Мухиной, благодаря которой я и смог раздобыть эту новую монетку, я рассказывать не стал. Подумал, что тема с моими знакомыми девицами какая-то слишком болезненная для моей мамочки. Она-то до сих пор мечтает женить меня на какой-нибудь княжне или, на худой конец, боярышне. Кстати, Маринка сама, по собственной инициативе, за этой монеткой по адресу, указанному в объявлении, вывешенном ей на доске, и съездила. А у меня теперь снова раздрай: вроде бы я с Дианкой обратно сошелся, но и Маринка своей добротой и отзывчивостью мне нравится все больше и больше. Опять же, надежная она, не водится у нее таких тараканов, как у Дианки. Ну, или, если образно говорить, во мне сердце с разумом по этому вопросу вступили в непримиримую вражду.
Как и обещал родителям, сразу после посещения больницы направился в сторону улицы Строителей. Ага, не только в Москве и Питере имеются улицы с таким названием, даже в другом мире, и там оно присутствует. Правда, в отличие от Москвы и города на Неве, в нашем небольшом городе имеется только первая улица Строителей, она же последняя, да и высоток тут, идентичных показанной в «Иронии судьбы», точно не наблюдается. Но строители на этой улице точно обитают, поскольку именно сюда меня адресовал один из наших соседей, как раз и объявивший мне, что наше родовое жилище вполне еще возможно восстановить.
— Хорошо, сегодня вечером мой папа с братьями подойдут к вам, оценят фронт предполагаемых работ. Там же и о плате объявят, если решат, что дом еще возможно восстановить. — Объявила мне роскошная дивчина очень объемных очертаний и с румянцем во все щеки. Наверное, именно с подобной натуры поэт изрек свое бессмертное: «Коня на скаку остановит…». Вот нисколько не сомневаюсь, подобная и не на такие подвиги способна.
Договорившись с потенциальными строителями, решил на всякий случай проконсультироваться по поводу сложившейся ситуации со знающим человеком. Все же те бандиты, что подожгли наш дом и едва не убили родителей где-то по-прежнему в городе присутствуют. И да, я отправился к боярину Кобылину. Ну, а к кому же еще? Не в полицию же.
Кстати, полицейский по случаю поджога нашего дома, как я, вроде, уже отмечал, тоже приходил. Хмурый низкорослый дядька с выглядывающими из-под форменного головного убора залысинами без всяких вопросов и комментариев записал наши с Анютой слова об угрозах, высказанных в адрес нашего отца, и направился к выходу с нашего участка.