Коллекционер (СИ)

Показатели системных характеристик Ивана Жукова на конец одиннадцатой главы:
Сила 13
Ловкость 11
Выносливость 11
Разум 19(+1)
Дух 6
Мана 60
Дополнительные характеристики:
Гибкость 3
Харизма 1
Право на посещение системного магазина 3.
  
Глава 12
 
Известная фраза из прошлой жизни: «А на следующее утро он проснулся знаменитым…». Нет, немного не так, собственно, хотя бы на уровне шапочного знакомства я уже к нынешнему моменту познакомился практически со всеми учениками и ученицами нашей параллели, состоящей из двух девятых классов, и узнавал в лицо большинство представителей классов на год старше и на год моложе. Соответственно, почти наверняка, и они так же, хоть по чуть-чуть, но какие-то сведения обо мне имели. Но до этого самого утра хоть как-то пообщаться со мной уж точно не спешили.
— Привет, Иван! — Обратился ко мне парень из Анькиного класса, Роман, кажется, едва я переступил порог нашей гимназии. — Скажи, это правда, что ты вчера был в той кофейне?
— Ну, да, был, — согласился я, думая, что сейчас меня будут расспрашивать о смерти Садыкова. Не угадал. Следом за первым прозвучал совсем другой вопрос.
— И ты победил в магическом поединке саму Афину Патроколас? — Может, мне просто показалось, но несколько девчонок, вроде как совершенно случайно прогуливающихся в этот момент неподалеку от входа в школу, приостановили свои перемещения и замерли в ожидании моего ответа.
— Напавшая на людей в кофейне маг — убийца была остановлена вовсе не мной, а Дианой Сорокиной, — вроде, мой голос прозвучал вполне твердо и убежденно, когда я это заявлял?
— … Но ты все-таки маг или нет? — Продолжал свой допрос старшеклассник. Вот дался ему этот вопрос!
— Маг, маг… — проворчал я. Можно было, конечно, упорствовать и продолжать отнекиваться, ни в чем не признаваясь, но уж очень я вчера засветился. А убеждать всех в том, что маг я так себешный, на мой взгляд, — вариант еще хуже, чем вообще не признаваться. Так что просто признался, а подробности касательно силы и направленности моего дара пусть сами себе придумывают.
От этого «дознавателя» ушел, но дальше, по пути к нашему классу, обнаружил, что совсем почти мне не знакомые девчонки (разве что так, смутно знакомые на личность) останавливаются и начинают взирать на меня, словно на второе пришествие Христа народу. Ну, или как на слона, эффект, думается, от этих двух явлений должен быть очень сходным.
— Это правда, что ты, Ваньша, целого боевого мага второй категории завалил? — Встретил меня еще на подходе к нашей парте Степа. — И мне ничего о том, что ты маг, не сказал. А еще друг называется!
Блин! Да когда же это закончится!
После второго урока подошел к Дианке (урок первый она просто-напросто прогуляла).
— Ну, что, как, сильно тебя со вчерашним достают?
— Прости, Ваня, мне сейчас разговаривать на эту тему совсем не хочется, — отводя глаза в сторону, объявила мне она тихим голосом, не выражая абсолютно никакого желания к продолжению разговора. Даже плечи крест накрест руками обхватила, закрываясь.
Ей богу, ощущение, словно она меня послала. Хотя… женская психика…. Я и в прошлой жизни абсолютно не смог в ней разобраться. Опять же, откуда я знаю степень близости ее отношений с Садыковым. Зачем-то же он подходил ко мне с требованием даже не приближаться к ней. И обитал он, как я слышал, тоже в военном городке.
После большой перемены, перед началом четвертого урока, в класс, вместо преподавательницы биологии, пришла наша классная руководительница, Лидия Павловна, и распорядилась всем перемещаться в актовый зал. Пошли, куда ж деваться. Точнее, даже не так, отправились с веселыми шуточками и смешками: наверное, ни в одном из миров не найти достаточного количества учеников, любящих уроки, а тут совершенно неожиданное официальное освобождение от одного из них. И не только наш класс туда позвали, остальные старшеклассники передвигались точно в том же направлении.
 
Только вот при входе в актовый зал все смешки и громкие разговоры почти сразу же стихли, словно у радиоприемника звук выключили.
Со сцены, с крепежа на пюпитре, в нашу сторону смотрел большой, чуть ли не в человеческий рост, портрет Никиты Садыкова. Дианка Сорокина, громко всхлипнув, неожиданно развернулась на сто восемьдесят градусов и, едва не сшибив с ног идущих следом за ней одноклассниц, опрометью помчалась прочь по коридору. Что-то совсем мне перестает нравиться данная ситуация.
А потом было выступление классной руководительницы 10 Б класса, которая рассказывала, какой замечательный был парень, этот Никита Садыков, как он любил спорт, и каких высоких результатов в нем успел к моменту своей гибели добиться. Ага, чемпион по рукопашному бою среди школьников нашего города! Знал бы заранее…. Все равно, вышел бы с ним на поединок. Очень уж мне Дианка нравится. Потому и настолько больно оттого, что она так переменилась ко мне после этой злосчастной кофейни.
…Многие девчонки, слушая речь учительницы плакали.
Попасть на уроки в этот день мне больше так и не довелось. Едва нестройной гурьбой после этой траурной церемонии мы возвратились в класс, туда прибежал посыльный, объявивший, что я срочно должен отправляться в учительскую.
В учительской вместо завуча или кого-то из учителей меня встречал мужчина в полицейской форме.
— Гауф Людвиг Сигизмундович, — представился он мне, на короткое мгновение активировав специальный жетон-артефакт, отчего простая металлическая бляха расцвела светящимся на ней сложным геометрическим узором, подтверждая, что предъявленное удостоверение настоящее. — Наш разговор, Иван, можешь считать простой полицейской формальностью, все обстоятельства дела уже установлены, и никто тебя ни в чем не обвиняет.
Ну, поговорили. Людвиг Сигизмундович записал мои ответы на вопросы (довольно не напряжные) и объявил:
— Ну, вот и все, можешь возвращаться обратно, на уроки.
— Простите, а вы можете мне рассказать, из-за чего вообще произошло то нападение? — Набрался нахальства и я задать свой вопрос.
— Особой тайны в этом я не усматриваю, — откликнулся на мой вопрос полицейский. — Знаешь, что такое организованная преступность? Может даже что-то слышал о действующей в наших краях группировке под названием «Эллины»?
— Ну… да.
— Вот, у хозяина этой кофейни его соплеменники, греки, попытались потребовать отдавать им часть доходов, а он очень невежливо им в этой скромной просьбе отказал. Та боевик, заявившаяся для наказания строптивца, просто никак не ожидала, что простые подростки, собравшиеся, чтобы отведать пирожные, будут способны дать ей полноценный бой и даже его выиграть.
М-да, странная штука, жизнь. Вот, взять эту самую, уничтоженную нашими совместными с Дианкой действиями магичку. Ведь она много лет тренировалась, росла в знаниях и навыках…. А потом всего лишь раз расслабилась, пренебрегла опасностью, которую могли представлять для нее обычные школьники — и все! Отправилась на перерождение.
Все же, выйдя от дознавателя, на последний урок в класс решил не возвращаться. Вряд ли учительница литературы вдруг затеет сверять время, в которое я ушел с допроса из учительской, да и если проверит…. Ну, нет у меня сегодня настроения растекаться мысью (ну, или если более понятно, белкой) по древу, пытаясь определить, что хотел донести до своих читателей сто лет назад почивший писатель своей сценой в бальном зале. Мне бы со своей девушкой разобраться, не до этих древних вымышленных красавиц.
Кстати о девушках. Когда уже вышел из школы, возле школьного крыльца меня окликнула одна из десятиклассниц. Кажется, она в одном классе с моей сестрой учится. Как на мой вкус, немного упитанная, но еще вполне так ничего.
— Иван… можно тебя на минуточку.
— Слушаю тебя… Катерина, — имя девицы вспомнил буквально в последнюю секунду, но, судя по всему, то, что я вообще знаю ее имя, придало ей уверенности. Во всяком случае, в дальнейшем она разговаривала со мной куда более уверенно.