Коллекционер (СИ)

Вот, вроде, и негромко мы разговаривали, а на заднем дворе нас с моим противником уже неслабая такая толпа дожидалась. Как там, у древних римлян, звучало? Хлеба и зрелищ? Похоже, что многие гимназисты, оказавшиеся свидетелями моих агрессивных переговоров с данным десятиклассником, выбрали именно зрелища, поскольку времени оставшегося до начала нового урока на то, чтобы после нашего бойцовского шоу посетить еще и буфет им явно сегодня не хватит.
Бой за право сопровождать школьную красавицу начался без лишней раскачки. Все же времени от перемены у нас оставалось не так уж много. Я еле-еле успел уклониться от нанесенного мне очень быстрого удара в лицо и тут же был вынужден выставить блок против удара по корпусу. Техничный товарищ! И, похоже, системные значения его Ловкости вполне соизмеримы с моими. Все же придется расходовать ману. Чтобы избежать подобных наездов в дальнейшем, простая победа по очкам мне совершенно не подходит, только тотальный разгром противника, только полное доминирование! Как там я делал в тот единственный раз, когда под руководством Аньки тестировал эту способность магической стимуляции организма, общую для магов любой направленности?
От прокатившейся по мышцам порции маны взбодрился, словно дозой фенамина закинулся. Были у нас, когда мы в прошлой жизни выполняли операции из разряда «нас здесь не было», такие замечательные таблеточки. Говорят, даже смертельно раненые, закинувшись ими, подчас умудрялись от места боестолкновения на своих двоих не один десяток километров отмотать, прежде чем упасть замертво. Но таблетки заставляли организм сжигать до последней капли уже накопленное, а тут подпитка магией своих мышц выходила как бы со стороны… но все равно, очень похоже. Как бы не подсесть на подобную магию, тот же фенамин ученые товарищи не зря отнесли к группе наркотиков.
Никита Садыков по-прежнему был быстр и техничен. Ну, по крайней мере, для себя и окружающих, так точно таким казался. Но для меня, после того, как я пропустил по организму порцию своей маны с пожеланием увеличения Ловкости и скорости мышечных реакций, его движения стали восприниматься замедленными, словно он, на самом деле, не дрался, а вытанцовывал отдельные растянутые па какого-то танца. От второй атаки моего противника я увернулся, сместившись от линии удара буквально на несколько миллиметров в сторону. Как раз, чтобы разминуться с атакующей конечностью. Наблюдатели со стороны, этого, скорее всего, даже и не поняли.
А потом я применил наработанную в прошлой жизни до автоматизма связку из удара и подсечки, в результате которой десятиклассник со всего размаха обрушился на землю. Точнее нет, вру, не со всего размаха. На последнем участке траектории я его аккуратно поддержал, чтобы он себе еще, чего доброго, чего-нибудь не сломал.
И кстати о наработанных в спецназе связках.… Большинство простых обывателей, насмотревшись военных патриотических фильмов, считают, что рукопашный бой — одно из основных умений спецназовца. Это не совсем так. Сразу припоминается древняя армейская шутка по этому поводу: чтобы тому же десантнику удалось применить свои навыки рукопашного боя в боевых условиях, он должен лишиться БМП, растерять автомат, гранаты, штык-нож, саперную лопатку, вообще убрести куда-то к черту на кулички из места расположения своего подразделения.…И вот там повстречать точно такого же раздолбая из вражеской армии.
Конкретно в моем случае. Навыки рукопашного боя нам давали. Чуть-чуть. Несколько достаточно эффективных связок, чтобы при случае отбиться от пары-тройки хулиганов на гражданке. Согласитесь, что в боевых условиях умение точно попасть из автомата в цель за несколько сотен метров или правильно заминировать объект для бойца спецподразделения куда важнее. Но против Сыдыкова моего умения, помноженного на заметно увеличившуюся Ловкость, вполне хватило. Кстати о Ловкости: Ловкость +1, — пришло сообщение Системы. Верно говорят, что в бою системные характеристики растут значительно быстрее.
Приятели побежденного мной бугая дернулись было, чтобы тоже вступить в бой, я эти их порывы отлично читал, но, в окружении пары-тройки десятков других школьников, все же вступать в драку не стали. Просто принялись отряхивать тяжело поднявшегося на ноги приятеля от налипшей на его школьную форму грязи.
 
— Ваня! Что тут происходит? — Пронзительный голос моей сестры перекрыл шум ведущихся вокруг разговоров.
— Все в порядке, Анюта. Просто не сошлись с этим достойным молодым человеком по поводу толкования одного местечка из писаний Блаженного Августина. — Жаль, этой моей отсылки к классику никто из окружающих совершенно не понял. В этом мире успехом пользуются совершенно другие произведения.
— Драться, с риском быть исключенным из гимназии ради какой-то девицы! Это неслыханно! — Выговаривала мне сестрица, пока мы шли по коридору с места состоявшегося поединка в сторону наших учебных классов. — Не сомневайся, я сегодня же вечером все маме с папой расскажу!
Хотел я было, высказать все, что думаю по поводу называния моей Дианки «какой-то девицей», но тут прозвучал звонок на урок. Пришлось срочно ускоряться. Неизвестно, последуют ли какие-то санкции за драку, тем более что на горячем мы не попались, и никаких тяжелых последствий это побоище не повлекло, но вот за опоздание на урок мне от исторички точно могло нагореть.
Свое обещание, рассказать о драке и ее причинах родителям, Анька исполнила. Вечером, после ужина, меня позвали из своей комнаты в гостиную, где расположилось старшее поколение нашей семьи. Сестрицы не было. Не то сама удрала, все же ощущая свою вину, не то родители ее отослали, не желая дальнейшего нашего с ней разлада.
Первое слово в начинающемся семейном судилище сказала мать.
— Иван, до нас, с отцом, сегодня донеслись довольно странные слухи. Будто бы ты дрался в гимназии за какую-то девицу. Пожалуйста, поясни свои действия.
— Ну, подрался, и что с того? — Начиная отвечать, я постарался сделать интонацию своего голоса как можно более нейтральной. Никаких эмоций. — Тот десятиклассник сам ко мне подошел, оскорблял прилюдно, предъявил неприемлемые требования. Мне что, нужно было спокойно утереться и вести себя, как ни в чем не бывало?
— Речь сейчас идет не о том, чтобы сносить оскорбления, а о самой ситуации с твоей одноклассницей, непозволительно близкое общение с которой и сделало возможной всю эту ситуацию! — Мать, поняв, что я не намерен виновато посыпать голову пеплом, возвысила голос.
— Речь идет о моей однокласснице, деловые отношения с которой позволяют мне и дальше усовершенствовать мой самолет, который, помимо всего прочего, в самом ближайшем будущем, может принести нам довольно много денег. — Возразил я ей, чуточку добавив твердости в интонации речи. — Хотя не скрою, сама Диана Сорокина мне тоже очень нравится.
— Ты не понимаешь! — Чуть не взвыла мать. — Отец, хоть ты ему скажи! То, что ты, Иван, в отличие от большинства парней, обладаешь магическими способностями, дает нам возможность женить тебя на дочери какого-нибудь боярина или даже князя. Но это возможно только в том случае, если за тобой не будет тянуться длинный хвост всяких сплетен. Ты понимаешь, сына, как ты всех нас подводишь?
— Диана Сорокина красивая, у нее замечательно работают мозги, и мы с ней прекрасно ладим. Объясни, зачем мне менять ее на какую-то мне не знакомую боярскую или княжескую клушу, возможно плохо ко мне относящуюся или вообще дуру набитую? — Попытался я воззвать к мозгам своей родительницы. — Ведь даже законы на Руси сейчас устроены так, что обладание родовым титулом ничего, кроме незначительных преференций по налогам, не дает вовсе.
— Далеко не все в нашей жизни зависит от одних только законов, — отец, поняв, что мать, находящаяся на взводе, может вот-вот все испортить плещущимися у нее через край эмоциями, решил взять нить беседы в свои руки. — Издавна боярство на Руси — почти закрытая каста. Наша семья, женив тебя на одной из их представительниц, может поиметь в дальнейшем довольно много всяких неявных выгод, занять, так сказать, положение на уровень выше нынешнего.