Новый старый 1978-й. Книга шестнадцатая (СИ)
— А нам не пора начинать? — спросила она меня.
— Еще семь минут до начала. Хотя, давай. Уводи всех со сцены, а мы с Сьюзи будем готовиться.
Женька позвала Кватро и показала на меня. Мол это я её зову. Та кивнула и направилась ко мне. Она сидела и болтала в компании с моими женами и «серебрянками».
— Ты просто волшебник, — сказала она. — Я посмотрела в зеркало своей пудреницы и не обнаружила под левым глазом вообще никаких следов от синяка. И мне даже показалось, что я немого помолодела.
— У моего лечения есть один побочный эффект, который и выражается в омолаживающем эффекте, — ответил я ей.
— Ты просто какой-то невероятный мужчина. Все женщины от тебя в полном восторге.
— Ты сегодня тоже сможешь в этом убедиться.
На лице Сьюзи расцвела загадочная улыбка. Было видно невооруженным глазом, что она меня очень хочет. Дебби хотела меня, потому, что уже раз попробовала секс со мной и осталась от него в полном восторге. А Сьюзи пока только представляла себе в мечтах, как это всё случится между нами. И общение с моими подругами укрепило её во мнении, что все произойдет, как в сказке. Вот так, многие женщины до тридцати лет ещё продолжают верить в сказки. Хотя и после сорока они тоже верят. Верят в то, что и после сорока пяти жизнь только начинается.
Но что-то я отвлёкся, глядя в эти, смотрящие на меня с любовью и верой, глаза. Нас ждала публика и концерт. Я сегодня захватил с собой все наголовные микрофоны, чтобы было удобнее нам петь и одновременно танцевать во время исполнения. Один я сразу надел Сьюзи, а второй нацепил себе.
— Жень, — крикнул я, еще не успевшей далеко уйти, француженке, — сегодня я тебе доверяю открывать и вести концерт. Так что разу станешь известна на весь мир.
— А что мне говорить? — заволновалась она.
— Да что хочешь. Но обязательно поблагодари публику за то, что она пришла сегодня сюда. Ну и назови первым наше выступление с Кватро. Ничего, когда-то надо начинать.
Женька собралась и вышла за занавес на авансцену. Вот это гул. Как будто лавина с гор сошла. Чувствуется, что народу собралось немало. Мы с Сьюзи не волновались. А вот француженка, судя по голосу, немного мандражировала. Похоже, вид огромной толпы её смутил. Я, практически, полностью заблокировал внешний звук и поэтому на сцене было тихо. Но даже сквозь этот барьер был слышен приглушенный рёв двухсоттысячной толпы.
Ну что ж, пора. Я дал мысленную команду разъехаться занавесу и нас оглушил настоящий гром собравшейся публики. Да, здесь точно больше, чем двести пятьдесят тысяч.
— Привет, Филадельфия! — крикнули мы вместе с Кватро.
— При-вет! — было нам раскатистым ответом.
Наш конферансье в юбке быстро ретировалась за кулисы и мы начали свой четырёхчасовой музыкальный марафон. Толпа ликовала и пела вместе с нами. Такого мгновенного единения с публикой, на своих концертах, Сьюзи ещё никогда не испытывала. Она счастливо улыбалась, пела и танцевала. Вот так, с первой песни и сразу прямое попадание в яблочко. Хотя зрители были к этому уже готовы. Устроители этого шоу заранее объявили в местных средствах массовой информации, что сегодня будет много музыкальных премьер. Поэтому все заранее предвкушали настоящий праздник. И мы им его устроили.
Песня очень понравилась публике. Все хотели услышать её ещё раз. Пришлось громко крикнуть:
— Мы её еще раз исполним ближе к концу.
Это было встречено довольными криками одобрения. Сьюзи раскланялась и ушла за кулисы. На её место вышла Солнышко, а Женька объявила нашу новую песню «I Will Survive». Так что подарки продолжали сыпаться на пришедших на этот концерт зрителей, как из рога изобилия.
Солнышко пела очень мощно. Чувствовалось, что она вложила всю душу в это исполнение. И опять последовал взрыв. Взрыв радостных эмоций собравшейся публики и громких аплодисментов. Естественно, это же были два мировых хита, исполненные подряд. Да ещё какие. Их уже сегодня станут распевать во всех уголках планеты.
А затем появилась Маша. Я ей успел сотворить футболку перед самым началом концерта и незаметно передать ей. Смотрелась она в ней просто сногсшибательно. Я ей подмигнул и она улыбнулась. Сделал я её такой, какой просила сама Маша, но не совсем прозрачной. Публика, увидев её, обалдела и раздался многотысячный радостный свист. Вот так, все мужики это мгновенно оценили. А в это время Женька рассказывала в микрофон о том, какую песню будет петь Maria.
Маша вышла уже с настроенным наголовным микрофоном, поэтому с ходу крикнула:
— Здравствуй, Филадельфия! Привет, Москва!
Около десяти телевизионных камер транслировали наше сегодняшнее шоу, поэтому её двойное приветствие, сказанное сначала по-английски, а затем по-русски, увидели и услышали во всём мире. Особенно его ждали на родине, в СССР. И вот, впервые, из Америки, в прямой трансляции и в нашем исполнении, зазвучала песня на русском языке. Момент был выбран мной очень удачно. Музыку все сразу узнали, а слова ещё были свежи в памяти. Поэтому все прекрасно понимали, о чём пела Маша. Да и футболка ярко алела на фоне включенных софитов.
Наши ЛА сегодня не мозолили глаза местной публике. Погода была тёплая, поэтому холод и снег устраивать не было никакой необходимости. «Тарелки» висели высоко в небе, что не мешало передавать очень качественный звук и картинку на три континента. За это отвечала Крис, поэтому я был спокоен на счет результата.
Я не знаю, какая песня из двух получилась лучше, но на родине Маша точно станет Народной артисткой СССР. Давно пора. Вся страна поёт их песни, а даже заслуженной из них двоих никто пока не стал. Надо будет Леониду Ильичу на это намекнуть. Думаю, что после сегодняшнего их выступления он даст на это добро. А потом можно будет подумать для Маши и о Звезде Героя Социалистического труда.
А чем она не герой? Вон, почти триста тысяч американцев готовы её за её труд на руках носить. А что сейчас творится в Союзе, можно только себе представить. И будут тогда две мои жены-солистки двумя Героинями.
После этого на сцену вышла группа «Queen», поэтому мы с Серегой освободили свои места и ушли за кулисы. Там нас ждали мои остальные жёны и «серебрянки», которые стали нас поздравлять с успешной премьерой песни.
Пока они общались между собой, я отошёл в сторону и набрал номер телефона Брежнева в Завидово. Я знал, что каждое воскресенье он проводит там.
— Ещё раз здравствуйте, Леонид Ильич, — поздоровался я в трубку, когда услышал знакомый голос Генсека. — Как вам наша песня?
— Молодец твоя Маша, — раздался ответ главы СССР. — И спела замечательно, и с яркой футболкой получилось очень хорошо. Этот её триумф надо как-то отметить. Думаю за такое сразу и Народного можно ей дать. В качестве исключения. Как считаешь?
— Спасибо, Маша будет очень рада.
— Вот и договорились. Мы сейчас смотрим ваш концерт вместе с Викторией Петровной. Она тоже привет тебе передаёт и рада за твоих солисток.
— Передайте ей также большой привет и нашу огромную благодарность от нас.
Такое впечатление, что Брежнев прочитал мои мысли. Но подобное со мной присходит уже не в первый раз. Если я чего-то очень сильно захочу, то всё у меня получается. Не смотря на расстояние и целые временные эпохи. А что будет, когда я снова стану Создателем? Тогда все мои мысли будут материальны? Чувствую, что совсем непросто после этого мне станет жить. Хотя с какой стороны на это посмотреть.
Я подошёл к группе своих жён и любовниц и громко, обращаясь к Маше, сказал:
— Танцуй!
— Что ты опять придумал? — спросила в ответ Маша. — Судя по твоему довольному лицу, это что-то очень хорошее?
— Да, хорошее. Я только что звонил Генсеку и за свои заслуги перед Родиной ты получишь звание «Народной артистки СССР».
Вся моя женская команда просто обалдела. Рядом с нами стоял Серёга, который аж хмыкнул от удивления. После чего все бросились целовать Машу. Громко орать от радости было нельзя, так как Меркьюри и его группа исполняли свою новую песню «Don't Stop Me Now».