Разрушенные клятвы (ЛП)

Я годами сражалась с атаками Зейна, продумывала каждый ход, искала лазейки. Нет ни одного сценария, который я не рассмотрела. Нет более удачного плана, чем тот, что у меня уже есть.
Отец качает головой, не сводя взгляда с деревьев за окном.
— Верное направление, но паршивое исполнение, — бросает он. В его голосе злость и разочарование.
Я сжимаю зубы, стараясь не обижаться. Отец пытался отговорить меня выходить за Клиффа последние несколько недель. Каждый раз, когда я спрашивала, почему он так категорически против, он лишь мрачно смотрел на меня, и во взгляде было столько сожаления.
  
Дед тяжело вздыхает, скрещивая руки на груди.
— Селеста, я организовал слияние с Windsor Hotels.
Мир рушится. Я вглядываюсь в него, не веря своим ушам.
— Это невозможно, — шепчу, ощущая, как паника сжимает легкие. — Они — причина, по которой мы вообще оказались в таком положении.
— Мы с Анной пришли к соглашению. Ты же заметила, что атаки прекратились? — спрашивает он.
Я сглатываю, пытаясь держать себя в руках. Атаки не прекратились. Зейн просто переключился с разрушения компании на разрушение моей свадьбы. Как всегда, никаких прямых доказательств, но я уверена, что за всеми проблемами, с которыми мы столкнулись, стоит именно он. Нам пришлось дважды менять место проведения свадьбы, оба дизайнера, которых я хотела нанять для пошива платья, внезапно оказались заняты на месяцы вперед. И это лишь малая часть хаоса, который он устроил.
Арчер обнимает меня, крепко прижимая к себе.
— Это еще не все, — тихо произносит он.
Его взгляд встречается с маминым. Она слегка кивает, выпрямляется, и по моему позвоночнику пробегает ледяной холод.
— Слияние включает несколько условий. Одним из них является устроенный брак между нашими семьями, — говорит мама, ее тон тверд и решителен.
— Нет, — отвечаю я мгновенно, дыхание становится все более поверхностным, когда паника охватывает меня. Они не могут... Это не может быть... Это не должно происходить со мной.
— Ты должна выйти за Зейна, — добавляет отец, совершенно не проявляя сочувствия. — Дата свадьбы уже назначена.
Я подскакиваю на ноги, мои мысли путаются.
— Я этого не сделаю. Я готова на многое, чтобы спасти компанию, но не на это. Есть много такого, о чем я вам никогда не рассказывала, о причинах нашего расставания, но поверьте мне, когда я говорю, что пути назад нет. Если это какая-то неуместная попытка подтолкнуть меня к счастью, пожалуйста, остановитесь. Я не найду счастья с ним.
Я должна была рассказать им все. В первые недели после смерти Лили я не могла говорить о ней, не могла осознать, что произошло. Эти недели прошли в тумане. Единственным, что заставляло меня вставать с постели, была ее последняя просьба, а Зейн, разрушая каждый тщательно продуманный шаг, лишил меня того удовлетворения, которое я была уверена, что почувствую. Я годами думала, как все-таки осуществить последнюю просьбу Лили, и вот, он снова разрушает все мои планы.
Дед тяжело вздыхает.
— Ты не найдешь счастья с Клифтоном Эмерсоном. Если ты будешь несчастна в браке, лучше уж в том, который принесет нам выгоду. Эмерсоны не помогут нам так, как это могут сделать Виндзоры. Ты понимаешь, что значит объединение с ними, да? Перестань бегать от проблем, Селеста. Если бы не ты, мы бы не оказались в такой ситуации, так что возьми на себя ответственность и реши эту проблему.
Я обвиваю руками себя, устремляя взгляд в окно, не зная, как опровергнуть слова деда.
— Я, возможно, виновата, но это ты отдаешь нашу компанию тому, кто больше всего хочет ее уничтожить. Он нас не спасет, дедушка. Зейн нас подомнет, завершив то, что начал. Если ты сделаешь это, все закончится.
Он улыбается, его выражение лица не меняется.
— Ты скоро обнаружишь, что Анна Виндзор прекрасно умеет держать своих внуков под контролем. Этот союз даст нам то, чего никогда не смог бы дать Эмерсон. Пора оставить прошлое там, где оно и должно быть, Селеста. Харрисоны и Виндзоры сильнее вместе, и пришло время это признать.
Я оглядываюсь на Арчера, надеясь, что он будет на моей стороне, но он лишь изучает меня взглядом, не выказывая никаких эмоций.
— Если ты действительно хочешь причинить ему боль, почему бы не сделать это, оказавшись рядом с ним, как его жена?
Я бросаю взгляд на брата, мое сердце словно свинцом налилось.
— Я не могу выйти за него, — шепчу я, голос срывается. Я дала обещание Лили, что этого не произойдет — это одни из последних слов, что я ей сказала.
— Ты либо выходишь за него, либо я объявлю банкротство и позволю всему, чего я добился за свою жизнь, рассыпаться в прах. Тебе придется жить с мыслью, что ты не только привела нас к падению, но и могла бы его предотвратить, — резко отвечает дед. — У тебя есть три дня, чтобы решить.
Глава 43
Селеста
Анна Виндзор улыбается, когда ее дворецкий проводит меня в гостиную, застигнув меня врасплох. За все время я видела ее улыбку лишь однажды — прямо перед тем, как она поняла, кто я, и тогда вся ее мимолетная теплота испарилась, оставив лишь глубоко укорененную неприязнь, с которой она смотрела на меня с тех пор.
— Удивлена, что вы согласились встретиться со мной, — говорю я, и голос мой звучит жестче, чем я намеревалась. — Насколько помню, мне запрещено появляться на территории всех владений Виндзоров.
Она жестом указывает на диван напротив себя, затем изящно скрещивает лодыжки, выглядя так же величественно, как диктует ее фамилия. Черный брючный костюм лишь подчеркивает силу, исходящую от нее.
— Это никогда не останавливало тебя раньше, не так ли? — произносит она, и в ее глазах вспыхивает развлечение, которого я, мягко говоря, не разделяю.
— Должно было, — отвечаю я, садясь напротив, повторяя ее осанку, держась прямо. — Тогда вы были правы насчет меня, и было бы неразумно менять свое мнение сейчас. Если я выйду замуж за вашего внука, я с радостью погублю нас обоих. Если это случится, я спалю его дом, пока мы будем спать внутри, и сделаю это без капли сожаления.
Она наклоняет голову, а затем смеется — низко, мелодично, искренне. В ее взгляде читается неподдельное удовольствие, и это настолько выбивает меня из колеи, что я просто застываю, ошеломленная, не зная, как реагировать. Я была уверена, что угроза в адрес ее внука ее взбесит, что это пробудит в ней все защитные инстинкты, но она лишь смотрит на меня так, будто находит меня забавной.
— Жги все, что захочешь, — произносит она с легкой, даже нежной усмешкой. — У нас отличная система безопасности, так что мои люди вытащат вас раньше, чем ты хоть кого-то ранишь. Дом Зейна в последнее время и правда стал безликим. Я и сама не раз хотела поднести к нему факел. Так что сжигай, если тебе так хочется, Селеста. Мы его просто отстроим заново. — Она делает паузу, и выражение ее лица становится мягче. — И зови меня бабушкой. Ведь скоро мы станем семьей.
Я моргаю, пораженная, потеряв дар речи.
— Я… я придушу его во сне, — запинаюсь я, чувствуя, как все мое тело охватывает злость и беспомощность, как контроль над ситуацией ускользает из моих рук.
Она прочищает горло, и в ее глазах мелькает легкое замешательство, словно она только сейчас осознала смысл моих слов.
— Не уверена, что мне следует обсуждать предпочтения моего внука, — невозмутимо замечает она.
— Прекратите. Вы обе.
Я замираю, услышав голос Зейна. Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто вошел в комнату. Я запомнила каждую его черту до мельчайших деталей, настолько, что узнаю его шаги еще до того, как он предстает передо мной.
  
— Если уж мне не удалось переубедить мою бабушку, то у тебя точно не выйдет, — добавляет он.
Я резко встаю, чувствуя, как сердце гулко бьется в груди, пожираю взглядом его слегка помятую белую рубашку, закатанные рукава.
— Это ты устроил? — спрашиваю, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. — Ты пытаешься разлучить меня с Клифтоном?
Что-то мелькает в его взгляде — знакомое, пугающе привычное: собственнический огонь, смешанный с ревностью. И это делает со мной нечто странное, пробуждает желание ранить его еще сильнее, ударить глубже.