Падший 3 (СИ)
Алисины головорезы — два качка с бицепсами и IQ как у кактуса — устроили засаду у кабинки с унитазом. Они совершенно случайно заметили Соню, когда зашли в магазин за продуктами.
— Парни думали, она умрёт от страха! — Алиса захихикала, но сразу смолкла под моим взглядом. — Э… То есть… Она пыталась убежать, но Мишаня бросил корзину с яйцами. Девка поскользнулась. Потом они отвезли её в лес.
— В лес? — Переспросил я, недоумевая с логики этой дамы.
Алиса заломила руки, изображая раскаяние, которое не дотягивало даже до дешёвой мыльной оперы.
— Ну… Немного напугали. Чтоб неповадно было! Правда, она всё твердила какую-то чушь…Он придёт, вы все умрёте… Что-то такое. Парни решили, девку просто от страха корёжило, вот и несла всякую чушь.
— И шкатулку забрали? — уточнил я.
— Конечно! Она же ваша! Ваша? Или всё-таки тогда были не вы… Ничего не понимаю!— Алиса всплеснула руками. От резкого движения ее грудь снова едва не вывалилась из платья. — Парни даже… э… добавили Соньке мотивации. Чтоб неповадно было!
«Мотивация», как выяснилось, заключалась в том, что Соню привязали к дереву посреди леса. Для воспитания, как пояснила Мальденбург-Ольшанская. Ее качки́ отъехали, постояли, покурили, вернулись, но дерево, возле которого должна была стоять и плакать от страха Соня Серова, выглядело уже вполне себе одиноким.
— Веревки были разрезаны. Будто кто-то помог девке. Но шкатулка-то цела! — Алиса робко улыбнулась, не понимая до конца, как себя вести и радует ли меня факт нашедшейся шкатулки. — Я же вернула её вам! Значит, всё правильно сделала?
— Правильно? — прошипел я, поднося шкатулку к её лицу.— Ты могла угробить весь этот город. Да что там город…Ты связалась с какой-то мутирующей хренью. Ты таскалась с коробочкой, в которой лежит крайне опасная штука. Ты умудрилась перепутать дьявола… дьявола!…с почтальоном. Не знаю, насколько правильными можно оценивать твои действия.
— Но… но вы же здесь… — Алиса судорожно вздохнула, цепляясь за последний шанс. — Значит, я всё сделала правильно? Вы пришли за мной? Вы пришли, дабы позволить служить вам?
Я еде удержался от того, чтоб закатить глаза вверх. Знаю, Михаил до ужаса не любит этот жест. Но люди… Люди неисправимы. Верят в свою значимость, несмотря ни на что.
— О, милая. Возможно это разобьет твое сердечко, но… Я пришёл вот за этим. — Моя рука снова сунула шкатулку под нос дамочке. — А ты… Ты просто мусор на обочине. Смертная дура, которая возомнила о себе слишком много. Значит, слушай и запоминай. Если вдруг появится очередной мутирующий осьминог и начнет предлагать тебе сотрудничество, если кто-нибудь придет и потребует эту коробочку с камешком, сразу, в ту же секунду, произнеси фразу:«Lucifer, invoco te, veni».
— О-о-о-о-о… — Мальденбург-Ольшанская сложила губы «дудочкой», выражая восторг и восхищение. — Это какие-то волшебные слова?
— Это латынь, необразованная ты моя. Мне она более привычна. Позовешь, я услышу. Ясно? И не вздумай обмануть Владыку Ада. Это чревато очень серьезными последствиями.
Я подался вперед и посмотрел Алисе прямо в глаза, на секунду позволив отразиться в моих зрачках адскому пламени. Судя по смертельной бледности, залившей лицо дамочки, она очень даже поняла мой намек.
— Михаил, — обернулся я к брату, — Идем. Здесь нам делать больше нечего.
Я развернулся и направился к выходу. Архангел вместе с Машуриной двинулись вслед за мной.
Судя по недовольному лицу блондинки, она немного расстроилась, что я позвал только брата, а ее проигнорировал. Ну ничего. Переживёт. У этой девицы многовато спеси. Полезно будет немного подсбить гонор.
— Я ничего не понимаю. — Произнёс Михаил, как только мы оказались на улице. — Если смертной являлся демон, то он какой-то бракованный. Не находишь, Самаэль? Твое мнение? Ты как никто разбираешься в адовых созданиях.
— Согласен. — Я остановился прямо посреди аллеи, уставившись в одну точку. — До этого момента не имелось не малейших сомнений, что Кукловод — это Падший. Но… Сейчас, после рассказа Мальденбург-Ольшанской, я начал в этом сомневаться. Такое чувство, будто некто очень старался произвести впечатление на дамочку, следуя стереотипам. Если демон, то страшный. Если девки, то невинные. Я все не мог понять, зачем суккубам безгрешные женщины. Но… Мне кажется, данный факт является полным совпадением. Вернее, итогом неосведомленности Кукловода. Суккубам просто нужны сосуды. Думаю, дело в чертовой революции, которую затеяли придурки из «Зеленого гоблина». Им нужны были смертные, с помощью которых максимальное количество суккубов переберется сюда, в мир людей. Но не для охоты. Не это самоцель. А просто жить… Находиться среди человечишек. Однако, демон похоти — это не домашняя кошечка. Натуру не спрячешь. Поэтому Сергеева и пустилась в разнос. Все гораздо проще, чем казалось мне изначально. То же самое было с Рыжковой. Она всего лишь стала оболочкой для Химеры. Вот почему два демона смогли жить вместе… Их просто связывала одна цель…
— Логично. — Согласилась майор Машурина. Хотя ее, как бы, вообще не спрашивали. — Почему ты не расспросил Мальденбург-Ольшанскую более подробно? Соня эта? Что за фразы странные? Имею в виду те, которые она сказала парням Алисы. И как она ухитрилась сбежать? И что сама Мальденбург-Ольшанская думает о девушке?
— Большинство людей — идиоты. — Отрезал я. — Нет ничего хуже высказывающих своё мнение идиотов. Мальденбург-Ольшанская дала ту информацию, которую могла дать. Факты. Все. Больше взять с нее нечего. В любом случае, нам снова не мешало бы озадачиться поиском Серовой. Несомненно, девица что-то знает. Иначе зачем ей понадобилась шкатулка?
— Согласен брат. Идем.
Архангел обошел меня, так как я, ударившись в размышления, перегородил дорогу, и направился в сторону въезда на территорию пансионата.
Однако, не успел он сделать и пары шагов, как из-за ближайших кустов выскочил неизвестный мужик. Судя по раскрасневшемуся лицу и невнятному бормотанию, а так же по тому, как резво он набросился на Михаила с дружескими объятиями, смертный откачал свою спинномозговую жидкость и заменил её виски.
Он был эпически, роскошно пьян. Если бы у его алкогольного опьянения имелись ноги, оно было бы Александром Великим и покорило весь известный мир. А затем его неделю рвало бы в унитаз из чистого золота, который оно украло из гостиной Зевса. Это то самое состояние, когда человеку море по колено. Когда он готов к великим и сумасбродным делам.
Я даже испытал некоторое уважение к смертному. Это надо же вылакать столько алкоголя, чтоб принять Светлого за Владыку Ада, да еще и пытаться с ним прямо сейчас, немедленно подружиться.
Мужик оказался одним из тех, кто принимал участие в мероприятии Алисы. В отличие от остальных гостей, трусливо разбежавшихся в разные стороны, он засел в кустах в бутылкой виски и ждал, когда Люцифер явит свой прекрасный лик, чтоб в нужный момент выскочить ему навстречу и потребовать выпить на брудершафт.
— Ужас… Я даже не знаю, чьи последователи глупее, твои или отца? — С чувством высказался Михаил, когда с трудом отбился от смертного.
Я, кстати, наблюдал за этим процессом со стороны, не вмешивался, получал удовольствие.
Забавно видеть, как Светлый старается не сорваться и не прибить человека. Но не потому что ему этого не хочется, а потому что нельзя. Уверяю вас, Архангелы относятся к людям ничуть не лучше нас, Падших. Для них людишки все те же смешные обезьяны. Просто ангелы насквозь фальшивы. Изображают любовь к неразумным детям Отца, лишь бы только не вызвать его недовольство.
— Мои — дурачки, а его — самодовольные щёголи. Выбирай сам. — Усмехнулся я, обгоняя брата.
Михаил был в этот момент чрезвычайно занят. Он решил отмыть руки в небольшом фонтанчике, находящимся неподалеку от центральных ворот. Брезгует мой Светлый родственник людьми.
И вот что любопытно. Казалось бы, какое нелепое совпадение — появление пьяного человека, задержавшего Архангела на несколько минут. Если бы Михаилу не приспичило после объятий и лобзаний смертного, который пытался расцеловать брата троекратным русским поцелуем в щеку, заняться омовением собственных конечностей, то первым из ворот пансионата вышел бы он. И это могло сильно повлиять на дальнейший ход событий.