Вкус тьмы (ЛП)

— Ты соврала им? — спросил Хоган.
— Нет.
— Как ты можешь… — он уловил выражение моего лица. — Ты объяснишь позже. Понял.
Мы поспешили обратно в туннели. Оказавшись глубоко внутри, я рассказала им об отрядах, направляющихся на восток, и о семенах.
— И ты узнала всё это от Лилии Смерти? — недоверчиво спросил Хоган.
— Да.
— Лилии Смерти могут общаться? — снова он не скрыл свой недоверчивый тон.
  
— Только с целителями. У нас иммунитет к токсину.
Хоган посмотрел на Одда с выражением «ты в это веришь».
— Я перестал удивляться, когда речь заходит об Аври, — сказал Одд.
А теперь была моя очередь посмотреть на него. В хорошем или плохом смысле имел в виду Одд?
— Ой, да ладно. Ты не можешь отрицать, что полна сюрпризов с тех пор, как мы встретились, Сержант Ирина.
Он поймал меня на слове. Я переоделась и присоединилась к священной армии Эстрид, назвавшись Ириной из Королевства Габкин, чтобы собирать информацию.
— Но у меня были на то веские причины, — и они извлекли больше пользы, научившись тихо передвигаться в лесу.
— Я этого не говорил. Ты просто делаешь вещи… интересными. Например, как сегодня.
Ага. Время для лекции.
— Я разрываюсь от того, что чувствую. Если бы ты не настояла на том, чтобы пойти к этой Лилии Смерти, мы бы не узнали о планах Селины. Но когда нас схватили, мои мысли о твоей импульсивности не были такими белыми и пушистыми.
Я бы поспорила.
Одд развел руками.
— Я решил, что нам конец. Единственной надеждой был то, что ты сможешь сбежать и рассказать принцу Райну о том, с чем мы столкнулись. Но потом ты выпала из Лилии, и я подумал, что ты сошла с ума.
— Я бы не позволила им забрать вас, — ответила я. — Они собирались скормить вас уфам. К слову о жестокости.
— Да, это было бы ужасающе.
— Согласна. Бедные уфы.
— Эй, — Одд толкнул меня плечом.
Я толкнула его в ответ. Он толкнул снова.
Хоган прочистил горло и пристально посмотрел на нас. Мы остановились, как будто нас отчитали.
После нескольких минут молчания Хоган спросил:
— Кто такая Сержант Ирина?
Смех Одда эхом отразился от твёрдых каменных стен.
— О, чувак, это займет слишком много времени, чтобы объяснять. Поверь мне.
* * *
— Хитро. Она ведет себя умно. Чёрт возьми, — сказал Райн, отбрасывая перо.
Одд, Хоган и я стояли по разные стороны стола для совещаний на фабрике. Мы отчитались и теперь стояли перед очень сердитым принцем.
— Вы проверили все выходы? — спросил Райн.
— Нет, — ответил Хоган. — Остался ещё один.
После встречи с отрядом Селины мы сразу отправились обратно. Это заняло у нас целый день.
— Хорошо. Убирайтесь отсюда и ждите распоряжений. Мне нужно подумать, — сказал Райн.
Я повернулась.
— Аври, не ты. Останься.
Одд одарил меня ухмылкой, прежде чем поспешил уйти. Я разгладила выражение своего лица и вернулась к столу. Райн изучал меня так, словно раздумывал, придушить меня или зарезать. Я приготовилась к упрёку.
Он покачал головой.
— Я не знаю… Я не могу… Вот, — он протянул мне кусок древесного угля. — Вон на том столе лежит карта королевства Помит, — он указал налево. — Отметь, где вы видели Лилию Смерти и войска Селины.
— Не уверена, что могу вспомнить всех их, — сказала я.
— Просто отметь, что можешь, — его губы шевельнулись, но зубы оставались крепко сжатыми.
— Ладно, — несмотря на то, что вопрос о его планах нападения на Забина застрял у меня в горле, я отступила.
Я провела ночь, рисуя закорючки для Лилий и крестики для отрядов. Когда солнечный свет пробился сквозь металлические двери, я больше не могла держать глаза открытыми. Голова раскалывалась от усталости, и я на мгновение опустила её на руки. По крайней мере, таков был план.
Стоя посреди тронного зала Короля Завьера, я медленно обошла его по кругу, восхищаясь всеми его дорогими сокровищами. Тохон развалился на троне своего отца, инкрустированном драгоценными камнями, и наблюдал за мной с хищным блеском в глазах.
— Так приятно видеть, как ты выводишь Райна из себя, моя дорогая, — сказал Тохон с мягким смешком. — Бедный парень не знает, что с тобой делать. Ты сделала бесполезной всю его дипломатическую подготовку. Ты непредсказуема и совершенно не следуешь представлениям Райна о логике, — он усмехнулся. — Не то чтобы у меня были для него хорошие советы. Я совершенно недооценил тебя. Ошибка, которую я больше не повторю.
— Потому что ты нее сможешь. Ты выведен из строя, Тохон, — сказала я.
— Уверена? У меня такой прекрасный разговор с тобой, моя дорогая.
— Ты — результат моих волнений и не больше, чем страшный сон.
— И снова спрошу, ты точно уверена в этом? Ты не рассматривала возможность, что у одного из детей, над которыми я проводил эксперименты, развились целительные способности?
— Они слишком юны.
— Это те, которых ты видела. Но я уже несколько лет работаю с токсином Лилии Смерти. Могут быть и другие выжившие старшего возраста, о которых ты даже не подозреваешь.
Обеспокоенная, я подошла ближе к возвышению.
— Где они?
Он пожал плечами.
— Откуда мне знать? Я — ночной кошмар, порожденный твоими страхами и желаниями, — Тохон ухмыльнулся и встал. Его королевская мантия исчезла, и на нём остались только чёрные шелковые пижамные штаны. Облегающий бедра материал подчеркивал его плоский мускулистый живот и грудь. — Тебе всё ещё нравится то, что ты видишь, моя дорогая?
— Проваливай. Тебе не следовало вторгаться в мои сны. И если у тебя есть целитель, тебе ещё рано добраться до своего замка. Значит, ты всё ещё заморожен, — я сосредоточилась на том, чтобы изгнать его.
Он рассмеялся.
— И всё же я тут. Возможно, есть другая причина?
— Ты не смог завоевать меня, Тохон. Я сражалась с тобой и победила.
— Верно. Я не мог обладать тобой. Но я — часть тебя, моя дорогая. Я… заклеймил тебя своей магией, и пока ты жива, я буду жить тоже.
— Не смеши меня.
— А разве нет? Помнишь, как мы встретились в первый раз? Когда мои мертвецы забрали тебя? Я поцеловал твою руку, и с тех пор мы связаны.
Я отрицала это. Ни в коем случае. Если я и была с кем-то связан, то это был Керрик.
— Но пока Керрика здесь нет. Но есть я.
Чья-то рука мягко потрясла меня за плечо.
— Аври, проснись. — Райн опустился на колени рядом со мной, с беспокойством вглядываясь в моё лицо. — Плохой сон?
Выпрямившись, я сбросила уголь на пол. Я заснула на карте, на которой отмечала расположение Лилий и войск.
— А разве бывают другие виды снов? — спросила я.
— Не для меня.
Тогда у нас появилось кое-что общее.
— Тохон тоже преследовал тебя во сне?
— Нет. Мой отец.
Удивлённая, я взглянула на него.
— Но Король Мика…
— Мёртв. Но, похоже, это не мешает ему каждый вечер указывать мне, что я сделал не так. Он с удовольствием указывает на мои ошибки и говорит, что я бездарность.
— Печально слышать это.
— Я смирился с этим как с проявлением своей неуверенности. Подозреваю, что твои сны о Тохоне то же самое. Возможно, это способ выразить твои страхи.
Его объяснение имело смысл. И все же я не могла отделаться от мысли, что в словах Тохона была правда.
— Звучит очень логично, Райн. Но ты действительно смирился с этим?
Он фыркнул.
— Нет. Я бы хотел, чтобы он заткнулся и убрался к чёрту из моих снов.
— Могу дать тебе сонный порошок.
— Нет, спасибо. Я должен иметь возможность проснуться в случае необходимости, — он встал и изучил карту. — Что говорит Тохон в твоих снах? — спросил он как ни в чем не бывало, но мышцы его рук напряглись.
— Он злорадствует. Он дразнит меня. Но однажды он меня предупредил.
  
Райн дернул головой, встречаясь со мной взглядом.
— Как?
Я рассказала о засаде.
— И он намекнул, что, возможно, есть дети постарше, которые пережили его эксперименты и которые, возможно, уже стали целителями.