Ведьмак: назад в СССР 5 (СИ)

— Выходят мои парни уже на месте.
— Почти. Пока им светиться никак нельзя. Из-за обнаруженной Ведьмаком агентуры противника, вылет самолёта отложен на неопределённый срок. Одно хорошо, Доцент смог незаметно добраться до реки Пяндж. И теперь он с пункта закрытой связи, начнёт координировать работу Ведьмака, вошедшего в контакт с нашей Гадюкой.
— Опасное сочетание — проговорил Нечаева.
  
— Согласен. Это очень опасно, ибо задачи, поставленные ей больше года назад, неожиданно начали напрямую пересекаться с новой проблемой разлома.
— Пётр Леонидович, значит, пока, единственная наша надежда, это группа из пары агентов, умеющих работать только поодиночке?
Академик Капица кивнул.
— Надеюсь, они найдут общий язык.
  
Глава 18
 
Западня
 
11 декабря 1978 года.
Афганистан.
Утром всё прошло без эксцессов.
Капитан Должанский приказал загрузить в ЗИЛ-130 четыре двухсотлитровые бочки моторного масла, взятые с хранилища ГСМ. А затем снабдил меня всеми сопроводительными документами и путевым листом. Местом доставки груза было расположением мусульманского батальона.
Официально это воинское формирование, создавалось в СССР специально для охраны главы Афганистана Хафизулла Амина. Однако реальные цели подразделения разительно отличались. Советским военнослужащим было поручено осуществлять тайный контроль за лидером союзного государства. И если политическая история этой и моей реальности окажется полностью идентичными, то буквально через две недели батальон примет непосредственное участие в государственном перевороте.
Сейчас воинская часть базировалась недалеко от дворца Тадж-бек, так что это назначение оказалось попаданием в десятку.
Я не просил капитана Должанского указывать пункт назначения, и, если честно, удивился, когда он совпал с изначальной целью поездки, буквально до километра. Подобное может заставить поверить, что некие потусторонние силы ведут меня в нужную им точку, словно карася, попавшегося на крючок. Уж не проделки ли это международной группы иных, о которой я недавно узнал? С них станется, эти твари любят сбиваться в опасные стаи и вредить всем, до кого могут дотянуться.
Связистка появилась ровно в семь. Одета по-походному. Горные ботинки с фетровыми вставками, утеплённая версия формы эксперименталки и коричневая кожаная куртка пилота с меховой подстёжкой. На голове длиннющая шаль, замотанная так, чтобы одним движением прикрыть лицо, оставив только бойницу для глаз.
Оружия на видно, но, когда я просветил девушку, обнаружил в кобуре под мышкой пистолет Макарова. В самодельных подсумках на поясе спрятаны две гранаты РГД-5. А в ножнах, хитро прикреплённых на спине под курткой, боевой нож, похожий на те, что носят британские коммандос.
Бронежилет с разгрузкой, бинокль, какая-то аппаратура и автомат АКС-74У, аккуратно уложены в спортивную сумку, которую она несла на плече.
В таком виде, приехавшей из Союза комсомолке, лучше за пределы центральных городов не выезжать. Конечно, сейчас здесь далеко не талибан, но девяносто процентов мужского населения искренне считает, что женщина вещь, и должна перемещаться по Афганистану только с хозяином её сердца, либо ближайшей роднёй.
Ну ничего, мы в мятежные провинции, где правят местные феодальные формирования, отправляться не собираемся, так что, пожалуй, и так сойдёт. К тому же во время рейса, я эту Гадюку из кабины ЗИЛа всё равно не выпущу.
Потустороннее зрение, при точечной настройке, позволяло рассмотреть чуть больше, сквозь просвечивающуюся одежду, так что я невольно подвис, рассматривая спортивное тело, идущей ко мне блондинки.
Целый год без контактов с женским полом давал о себе знать, так что открывать глаза, и прерывать приятное созерцание не хотелось.
— Ведьмак, ты чего замер? — спросила блондинка и закинула сумку в открытую кабину.
— Да так, медитирую — соврал я и нехотя разлепил веки.
— Странно ты Ведьмак медитируешь, вроде глаза закрыты, а по ощущениям словно сквозь меня смотришь — сказала Гадюка, инстинктивно описав мои скрытые возможности.
— Не называй меня здесь Ведьмаком. А то вдруг кто левый услышит — потребовал я шёпотом и кивнул на выходящих из палаток десантников, явно собравшихся совершить на морозце утренний моцион.
— Как скажешь.
Гадюка не стала привлекать к себе лишнего внимания и, забравшись в кабину, прикрыла пассажирскую дверцу. А в это время ко мне подошла неразлучная троица из моего отделения, Витя Дуплет, Татарин и Колобок.
— Значит, ты всё-таки в рейс погонишь — печально констатировал Колобок, и я кивнул.
— И в первый же рейс с собой связистку берёшь — тут же заметил Дуплет.
— Ну кто-то же должен меня охранять, такого красивого — ответил я и парни заржали.
— Жаль, что тебя аж в Кабул отправляют. К вечеру точно не обернёшься — предрёк Татарин.
— Так, я никуда не спешу. Колёса крутят, значит, служба идёт.
Выслушав ответ, Татарин с Дуплетом пожелали нормальной поездки и отправились к умывальникам. Колобок задержался и посмотрел на меня как-то странно.
— Ну говори, чего мнёшься — потребовал я.
— Турист, а я ведь тебя вспомнил. Это ведь ты вместе с ментами, в тюремной фуфайке и наручниках, мимо нашего эшелона проходил — неожиданно признался парень.
— Ну а если и проходил, чего здесь такого? — ответил я.
— Да не, всё нормально. Просто не ожидал, что всё так сложится.
— Колобок, а пока ничего и не сложилось. Здесь для нас всех всё только начинается, так что будь поосторожнее.
С этими словами я забрался в кабину ЗИЛа и врубив вторую передачу, направил грузовик в сторону КПП.
* * *
Через КПП проскочил нормально, и только пара холодных снежинок, растаявших на затылке, дали понять, выезд грузовика незамеченным не остался. Не собираясь ехать по центру Баграма, я почти сразу свернул на просёлочную дорогу, объезжающую основную застройку. И хотя слежки в зеркале заднего вида заметно не было, гнал на максимально возможной скорости.
По идее до Кабула всего шестьдесят километров. Если учесть выбранные мной заранее, объездные участки маршрута, то до места назначения не больше семидесяти. Расстояние для грузового автомобиля плёвое, можно доехать за час, но есть много, но. И самое главное препятствие — это сам Афганистан. Что-то прогнозировать здесь я бы никогда не решился.
Наверняка нас будут мурыжить на многочисленных блокпостах, воюющей страны. Возможно, придётся объезжать участки, по которым слишком плотно двигаются встречные потоки гужевого транспорта. Да и сами дороги в Афгане, это по большей части грунтовки, с редкими участками дорожного полотна, отдалённо напоминающего обычное шоссе. За десять следующих лет наши военные много чего заасфальтируют, но сейчас советские строители едва успел сдать туннель, через перевал Саланг и несколько участков шоссе, удобных для наземного вторжения войск.
— Ведьмак, скажи, зачем ты оставил все эти висюльки? — подав голос, моя спутница провела рукой по раскачивающейся на кочках, длиннющей бахроме.
Сомнительное украшение свисало с самодельной деревянной полки, установленной по афганской моде, впритык к верхней кромке лобового стекла. Кроме этого, на нижней части лобовухи, была наклеена широкая полоса восточного орнамента, а посередине между нами болтались какие-то фигурки, вперемешку с пучком местных оберегов. Из-за всего этого хлама, видимость из кабины, ограничивалась процентов на сорок.
— Да я из-за бахромы и всего остального, этот грузовик и выбрал. Конечно, до настоящей афганской барбухайки, украшенной кусками ковров по периметру и сверху, нашему Зилку пока далеко, но гонявший на нём шоферюга, уже начал процесс трансформации. Ты же видела, прибитые к бортам полосы цветастого паласа и намалёванный на капоте и тенте цветочки и орнаменты? Как думаешь, почему я это народное творчество не сорвал и не закрасил?
  
— Неужели оставил в качестве маскировки? — догадалась Гадюка.