Ведьмак: назад в СССР 5 (СИ)

Именно здесь, через семнадцать дней, прибывшие из Союза подразделения спецназначения произведут штурм. Техника подойдёт под прикрытием шилок, проливающих 23-мм снарядами верхние этажи дворца. А в это время десантура с мусульманским батальоном будет зачищать окрестности, не позволяя организовывать сопротивление афганскими военными.
Пока я рассматривал пейзаж за окном, рядом открылась дверь и к стоявшему у окна военному, подошёл ещё один персонаж. То, что он иной, я понял сразу. Светлую ауру наполняли серебряные искорки, хаотично перемещавшиеся в границах человеческого силуэта.
  
— Карзай, мне доложили, что ваш план провалился — с ходу предъявил вошедший, и только в этот момент, мой, шарахнувшийся в тень призрак, узнал подставившего нас полковника, из окружения Амина. Именно он заставил военных советников выделить ему десантников для проведения спецоперации в горах.
— Пока я не знаю каким образом, но русские смогли отбиться от хорошо подготовленного отряда, предоставленного нашими британскими друзьями — ответил полковник Карзай.
— Подобный результат неприемлем — заявил светлый подселенец, живущий в теле неизвестного мне, но явно очень высокопоставленного афганца. — Сначала мне обещали, что самолёт с русскими не доберётся до Баграма. После этого они спокойно долетели и приземлились. Потом мне обещали привести дюжину голов неверных, и опять что-то сорвалось. Подобные проколы неприемлемы. Полковник, вы знаете, что будет, если слуги разлома узнают о наших неудачах? А ведь они обязательно узнают.
— В своё оправдание могу сказать, что среди прибывших в Баграм русских есть кто-то чувствительный к силе.
— Слуги разлома предрекали, что опасность прилетит на самолёте с севера. Они обозначили дату и приказали не допустить прибытия русских десантников. Одно странно, Абдула осмотрел всех до одного русских после приземления, и ничего примечательного не обнаружил. Обычное мясо, годное только для принесения в жертву.
— Господин министр, я понимаю вашу озабоченность. И обещаю, лично принять все необходимые меры, чтобы устранить опасность.
— Я на это надеюсь.
— Господин министр, и всё-таки мы кое-чего добились. Мне удалось ещё раз связаться с предавшим нас офицером. Он готов вернуть русского в Кабул, если мы выполним его требования.
Как только полковник Карзай договорил, иной выкрикнул нечто неразборчивое и резко обернулся. И в тот же миг из его раскрытой ладони ударил луч света, развеявший моего теневика вместе с сумраком, в котором он скрывался.
* * *
— Турист, хватит дрыхнуть. Завтрак проспишь — кровать затряслась, и я уставился на Колобка.
Парень стоял у кровати, улыбался во все тридцать три, и протягивал мне дымящийся котелок. В животе заурчало, и это напрочь выкинуло из оперативной памяти размышления об увиденном в вещем сне. Отложив тяжкие думы на потом, я принял из рук ефрейтора горячий котелок и принялся с удовольствием поглощать макароны с тушёнкой, приготовленные по-флотски.
— А мне сейчас с Витей Дуплетом и Татарином в наряд заступать на блокпост у КПП — объявил Колобок.
— Ну хоть погреетесь в протапливаемом вагончике — ответил я, вспомнив, что над трубой КПП курился дымок.
— А про тебя Капустин почему-то ничего не сказал — с подозрением заметил Колобок.
— У меня на всю неделю свои наряды — уклончиво ответил я.
— Послушай, Турист, у меня дело к тебе есть — внезапно прошептал Колобок и заговорщицки осмотрелся.
— Если хочешь поговорить про янтарный пузырь, то пока не время — предупредил я.
Колобок отмахнулся.
— Да не, я про эту непонятную хрень даже думать не хочу. Я хотел узнать, а вот этого на что хватит? — спросил десантник и показал мне вытащенную из-за пазухи трофейную пачку афганей.
— Смотря чего ты хочешь на них прикупить? — ответил я, и Колобок призадумался.
— Зажигалку хочу, как у Фигуры. Он у кого-то из местных вчера на канистру соляры сменял. А ещё я слышал, что местные торгаши джинсы предлагали продать и какой-то навороченный радиоприёмник.
Протянув руку, я указал Колобку на его пачку денег.
— Давай-ка сюда бабки, а не то точно запалишься.
— Отдать, тебе? Ты же сам сказал, что с боя взято, то свято — напомнил возмутившийся Колобок.
— Давай, я сегодня всё равно в город пойду. Заодно постараюсь тебе что-нибудь фирменного прикупить.
— Да кто же тебя отпустит одного в Баграм? — не поверил Колобок.
Пришлось показывать ему выписанный капитаном Должанским пропуск.
Наличие документа с ротной печатью и на всякий случай вписанным в качестве сопровождающего, нашего интенданта, удивило Колобка. Однако уже через минуту ефрейтор справился с недоверием, и толстая пачка афганей перекочевала в мой вещмешок.
После этого Колобка позвал Татарин, и они вместе направились в сторону КПП. Я же отправился к стойке с умывальниками, которую поставили между палатками, пока мы лазили по горам.
Приведя себя в порядок, я осмотрелся и принялся ставить цели на сегодня. Первым делом надо разузнать насчёт транспорта. Обращаться к офицерам роты, советникам из двухэтажки или разговаривать с чем-то обиженной связисткой ликвидаторов, похоже, бесполезно. Придётся добывать всё самостоятельно.
Заметив, что вернувший нас вертолёт не улетел и по-прежнему стоит на площадке у боксов, я направился прямиком туда.
Рядом с МИ-8 крутился пилот с парой механиков из местных. Им помогал наш горный проводник. Завидев меня, Махмуд подошёл сам.
— Здравствуй шурами Турист. Чего пришёл?
— Пилота желаю поблагодарить, за то, что он нас вытащил. А ещё мне с ним и с тобой кое-какие торговые дела обсудить надо.
— Лично благодарить необязательно. Вертолётчику ваш начальник в чёрном пиджаке, много денег обещал дать после того, как комиссия расследование проведёт.
— Если ждать комиссию, то деньги он нескоро получит — предрёк я и вытянул из вещмешка богато украшенный кинжал в серебряных ножнах. — А я сейчас хочу человека отблагодарить.
Пилот принял кинжал как должное. К тому же оказалось, что он учился лётному делу в СССР и вполне сносно говорит на русском. Я не стал юлить и сказал, что мне надо кое-что узнать и прикупить. А буквально через десять минут мы сидели в бытовке механиков и пили чай вприкуску с цукатами и орехами.
— Первым делом хочу узнать, кто приказал за нами вернуться? — спросил я, после того как были заданы церемониальные вопросы о родне и близких.
— Полковник Фархад Карзай приказал — вполне честно ответил пилот. — Он как узнал о появившихся в долине воинов племенного союза, вместе с солдатами сразу улетел. А потом мне по рации приказал вылететь и осмотреть перевал.
Я чувствовал, что вертолётчик не врёт, но он явно не был уверен, что инициативность оценит афганское руководство. А если учитывать сон, в котором фигурировал полковник Карзай, то в сомнениях вертолётчика имелся смысл. Ему отдали приказ, чтобы потом была возможность сказать, что он сделал всё возможное.
Ведь пилот вылетел скорее вопреки, а не по приказу. Десантникам по сути дела повезло. Вертолётчик решил подобрать с перевала своего дальнего родственника, которого он заметил, облетая горный сектор по караванному маршруту. А потом Махмед, попросил пилота попробовать забрать десантников.
Теперь я знал, что нас отправили в долину на заклание. И если бы не стечения обстоятельств и необходимость полковнику Карзаю создавать видимость отдачи правильных приказов, то тогда бы мы не выбрались.
Контакт с местными установился быстро, тем более я сразу предложил взаимовыгодное сотрудничество. А буквально через полчаса мы с получившим немного афганей Махмудом, направились в сторону КПП.
  
Меня и в прошлой жизни удивляла афганская деловая хватка. Даже в самые неспокойные времена, когда в пригородах Кабула стреляли и гремели взрывы, в городе продолжал работать огромный базар. Вот и сейчас, когда больше половины страны захвачена повстанцами, но караваны с грузами продолжают течь из одной мятежной провинции в другую. При этом эти караваны проходя через многочисленные блокпосты правительственных войск.