Академия некромантов. Дракон в моей голове. Книга 3

Арк застонал.
 
Глава 3
 
Я сегодня проснулась раньше всех. По крайней мере, так мне показалось в первые секунды. А потом заметила отсутствие Морфиуса на подоконнике.
«За блинчиками или пирожками потопал», – прошуршал в голове голос Арка.
И едва он это сказал, как на своей кровати зашевелилась подруга.
– Доброе утро, древняя Эльза! – громко произнёс дракон.
  
– А о возрасте обязательно напоминать? Утро сразу перестаёт быть добрым, – буркнула с соседней койки девушка.
А я только сейчас задумалась:
– Эльза, а ты вообще спишь?
Она приподняла голову с подушки и демонстративно зевнула:
– Сплю. Я же в полностью физическом теле, а ему необходим отдых.
– Эльза, а ты где тело взяла? – не унималась я.
– Физически простроенная проекция. Шаблон беру из архива бывших студентов.
– А это очень сложно? – полюбопытствовал дракон.
Эльза снова зевнула и встала. Потянулась.
– Нет, если есть первоначальный исходник. Я просто его постоянно меняю.
– То есть у тебя есть тело, и ты его меняешь? – я села в кровати, окончательно проснувшись.
– Именно так. – Эльза накинула халат и направилась в душевую. Уже оттуда крикнула: – Это тело моей последней носительницы.
– А разве тело без души не умирает? – удивился дракон.
– Здесь немного другая специфика, – донеслось до нас через шум воды. – Самой носительницы как бы уже нет, но, учитывая энергетическую составляющую, тело остаётся живым. Благодаря силе Кристалла Души оно не стареет, потому что постоянно магически наполнено. Главное – не позволять ему оставаться вне магических процессов.
– Тогда тело погибнет? – уточнила я.
– Да.
– Я догадался! – воскликнул Арк. – Поэтому ты постоянно женщина.
Какое-то время ответа не было. Потом подруга вышла из душа.
– Да, это один из факторов. Преобразовывать тело из женского в мужское немного сложнее. Да и я уже привыкла, как говорила – мне удобнее быть женщиной.
– А вот и девоньки проснулись, – раздалось от двери.
В комнату вошёл Морфиус, неся корзинку.
– Сегодня с утра гренки со сметаной.
– И тебе доброго утра, – отозвалась я, подхватывая полотенце и направляясь в душевую. – А мне всё же интересно, где ты всё это берёшь?
– Знать надо. Я же кот-добытчик, – хмыкнул фамильяр.
Через час мы с Эльзой, позавтракавшие и собранные, выходили из комнаты.
Чем ближе мы подходили к кабинету общей истории магии, тем тревожнее мне становилось.
– Интересно, кем заменят хранителя Рауля? – уже у двери спросила я. – Не может же он вернуться после того, что произошло вчера.
Эльза передёрнула плечами:
– Может, Элиот снова будет вести лекции?
Она открыла дверь – и…
Я поняла, что преподаватель Элиот ничего у нас вести не будет.
У стола на кафедре, раскладывая папки, стоял сам Зайтерес. Он обернулся на входящих нас – и усмехнулся.
«Очень любопытно, – прошипел Арк. – Неужели ни одна система не сработала вчера на хранителя?!»
Эльза тоже уставилась на него, но тут же пришла в себя, схватила меня за руку и потянула к нашим местам.
Пока мы шли, за нами следовал внимательный взгляд Рауля. В аудитории уже почти все собрались. Кто-то лениво зевал, кто-то обсуждал последние новости. Прозвенел звонок, и Зайтерес строго произнёс:
– Тишина. Начинаем лекцию. Надеюсь, вы все готовы узнать что-то по-настоящему интересное. Мы здесь изучаем историю магии, но знаете ли вы, какой она бывает? Кто-нибудь слышал о светлой и тёмной сторонах?
– Светокрация и мракокрация, – откликнулись с последних рядов.
Рауль кивнул.
– В Академии некромантов мы в основном изучаем мракокрацию и её подвиды. Самый сложный из них…
Он замолчал и обвёл студентов пристальным взглядом.
– Запрещённая, – первым ответил Теймур.
Рауль снова кивнул.
– Именно её мы изучаем в порядке ознакомления. А кто из вас знает, почему запрещённая магия так называется?
– В неё входят заклинания и ритуалы на крови, угнетение сознания и подчинение воли, – сказала Мари. – А также жертвоприношения и истязания.
– Именно так, – довольно произнёс хранитель. – Кто-нибудь из вас сталкивался с подобным проявлением магии?
В аудитории зависла тишина.
Рауль усмехнулся:
– Не столкнувшись с ней, не понять, насколько пагубно запрещённые методы действуют на того, к кому они обращены.
Взгляд его скользнул по рядам, задержавшись на мне.
– Студентка Селестра, вы ведь знаете чуть больше о запрещённой магии?
У меня внутри всё сжалось.
«А кто-то, по всей видимости, знает значительно больше, чем мы», – зло прошептал Арк, сверля Зайтереса взглядом.
Я молчала.
– Вероятно, вы уже в курсе, что на днях в Элестии произошёл крайне неприятный инцидент, – продолжил преподаватель, переключив внимание на всех. – На подлёте к городу были уничтожены три дракона-посланника.
В аудитории зашумели – студенты перешёптывались, переглядывались.
Рауль вскинул руку, призывая к молчанию.
– И, конечно, все мы понимаем, что это сделано с помощью запрещённой магии. В связи с этим мной было решено немного ввести вас в курс, чтобы вы могли хотя бы примерно понимать, с чем мы столкнулись. Сегодня мы поговорим не только о теории и истории возникновения подобных практик, но и об их применении.
Следующий час Рауль подробно рассказывал о пугающих практиках, совершаемых темнокровыми над подопытными, и о воздействии запрещённой магии. О том, какие жуткие методы применялись во время противоборства с черномагами, и о том, что до сих пор некромантия считается самой приближённой наукой к запрещённой. Именно поэтому на последнем курсе все мы подписываем документ о том, что никогда не будем использовать тёмную магию во зло и погружаться в её самые нижние уровни.
– К сожалению, – вздохнул Зайтерес, – иногда так бывает, что, имея в себе очень большой потенциал и высокий уровень тёмной магии, маг попросту не способен ей противостоять и становится заложником собственной силы. Такие маги считаются неподконтрольными. Они не относятся уже ни к черномагам, ни к темнокровым. Ими руководит тёмная энергия, а ей неведома жалость. Во время противостояния темнокровые очень активно использовали неподконтрольных для создания самых жутких заклинаний и новых ритуалов. В наше время, если таких выявляют, то изолируют от общества – до момента, пока не смогут запечатать или уничтожить тёмную силу, которая поглотила мага.
Он посмотрел на меня.
– Студентка Селестра, насколько мне известно, в свободное время вы весьма активно интересуетесь некромантией. И даже смогли вызвать валиров.
Озноб прошёл по моей коже. Я спиной чувствовала, как все ребята уставились на меня. Всё же взяла себя в руки и ровным голосом произнесла:
– Я поступила на факультет бытовой магии и не собираюсь применять сложную некромантию в быту. И уж тем более мною не руководит тёмная энергия – я бы это почувствовала.
– Но ведь в свободное время вы изучаете древние ритуалы и тёмные артефакты? – приподнял бровь Рауль. – Вызов виаров относится к запрещённой категории. И сделать это можно только через тёмную энергию?
Я напряглась.
– Инцидент с виарами был вызван моим незнанием, – стараясь держать голос ровным, ответила я. – Я понимаю всю серьёзность содеянного. И признаю свою вину – я не изучила тему досконально и не подошла к ней достаточно ответственно. Все знают, к чему это привело. И если бы не вы, хранитель Рауль, со своими глубокими знаниями, нам бы несдобровать. Поэтому я приношу вам свою искреннюю благодарность. Но позвольте узнать: вернуть виаров можно ведь тоже, используя только тёмную энергию?
  
У Рауля дёрнулась щека, но он заставил себя улыбнуться.
– Именно так. Вы всё правильно понимаете. В моём случае она была полностью под моим контролем. К тому же, я был не один – все преподаватели Академии активно вложили свою магию, – протянул хранитель и посмотрел на притихших студентов. – На примере студентки Луны мы теперь знаем, к чему может привести даже самый простой вызов, если изучить его поверхностно и не знать некоторых нюансов. Надеюсь, все здесь понимают, насколько серьёзна некромантия и как важно при её применении не упускать из виду даже малейшие детали. Как вы думаете, ребята, способны ли носители исключительной, чистой тёмной магии сдерживать её и направлять?