Вкус полыни (СИ)

А потому, как бы Верениру ни хотелось чаще бывать с ведуньей наедине, приходилось считаться с этим маленьким конкурентом. Не то чтобы мага это сильно беспокоило, но иногда, несмотря на множество важных дел, теперь десница ощущал себя более одиноким, чем был раньше.
— Исха, Исха! Смотри, какая птичка! — Бо указал на кроху, которая села на ветку дерева в саду, где они обедали.
  
Яркое оперение пернатой привлекало внимание, ведь почти все птицы в княжестве имели неприметный окрас.
— Действительно! — восхитилась Исха, и Веренир почувствовал, что она намеренно показывает ребенку больший восторг, чем испытывает. Хотя он замечал, что многие взрослые с детьми ведут себя немного иначе, нежели со своими сверстниками. Сам некромант с детьми сталкивался, только когда сам пешком под стол ходил, поэтому не совсем понимал, как себя с ними вести.
— Это щурка, Бо, — объяснил он серьзно.
— Щука?! — не поверил мальчик.
Исха засмеялась. На этот раз очень искренне. Веренир улыбнулся, глядя на нее.
Ее раны затянутся. Просто нужно немного подождать.
— Щурка, малыш, — сквозь смех повторила ведьма. — Щур-ка, — сказала она еще раз по слогам. — Так называют эту птичку.
— А-а-а, — протянул мальчик.
Птица испуганно вспорхнула, потревоженная Висгартом, который спешил к ним из замка.
Глядя на встревоженное выражение лица писаря, Веренир подхватился с покрывала, на котором были расставлены яства.
— Господин десница, — начал парень.
— Что случилось?
— Прочитай это.
Веренир развернул записку и быстро пробежал по ней глазами.
Он глянул на Исху. Она, видно, считав его эмоции, нахмурились и, медленно поднявшись, подошла к ним, оставив Бо уплетать сладкий пирог.
— Веренир? — встревоженно посмотрела Исха на него, будто знала, что это касается и ее. Демоны! Если бы он только был один, то вообще не стал бы говорить ей об этом, чтобы лишний раз не тревожить. Но она так внимательно и требовательно на него смотрела! Веренир знал этот взгляд. Она уже поняла, что это не обычное дело, каких у него случается по десятку на день. И он не сможет отнекиваться. Просто не сможет. Перед кем угодно, кроме нее, — никаких проблем. А с ней он умел быть только настоящим.
— Тихий Лог, — покачал головой Веренир, снова вчитываясь в строки.
После сожжения Исхи он оставил в этом городке своего человека. Того, кому мог доверять. Того, кто мог бы докладывать о важных вещах. О беспорядках или волнениях. Такие люди были у него в каждом хоть сколько-нибудь крупном поселении княжества. Именно это позволяло деснице быть в курсе всего, что происходит в стране и вовремя не только отслеживать ситуацию, но и менять ее, если требуется.
И сейчас его человек писал страшные вещи.
— Что — Тихий Лог? — голос ведьмы упал.
— Не волнуйся, я во всем разберусь, обычные беспорядки. В какой-то семье вроде обнаружили ребенка с магическими способностями и…
Исха коршуном кинулась на записку, вырвала ее из рук мужчины и жадно впилась в строки глазами. Он видел, как кровь все больше и больше отливает от ее лица.
— Сэя, — Исха оступилась, и Верениру показалось, что она сейчас упадет. Но та устояла, только сжала в кулаке клочок бересты, на которой написали послание.
— Ты знаешь эту семью? — нахмурился некромант.
— Не просто знаю, я принимала этого ребенка! Боже Ясногорящий! Господи! Какие же они изверги!
В ее глазах стояли слезы, и Веренир готов был собственноручно спалить весь Лог, только чтобы не видеть больше у нее этого выражения лица.
— Исха, — он взял ее за обе руки, сжимая в своих ладонях. — Исха, слышишь меня?
Она наконец посмотрела на него.
— Я поеду и, если еще не поздно, спасу эту семью.
— Поздно, слишком поздно… — она обреченно села прямо на траву. — До Лога несколько лучин пути. Если гнать лошадей — пусть три. Три гонцу оттуда, три сейчас. По меньшей мере шесть лучин, Веренир, мы не успеем…
Он видел, как из одного глаза все же сорвалась слезинка и, минуя щеку, упала на синее платье, оставив там темное пятнышко.
— Исха, не плачь, — подошел к ней Бо.
Мальчик взял ее за ладонь, в которой она сжимала записку. Бо дернулся и упал на спину. Он не шевелился. Исха вскрикнула и кинулась к нему. Веренир тоже поспешил к ребенку, как и Висгарт. Все они пытались понять, что произошло и вообще жив ли он. Но Бо почти сразу открыл глаза и сел.
— Что случилось, Бо? — испуганно спросила ведьма, трогая его лоб ладонью.
— Малыш плачет, — серьезно сказал он. — Ему страшно.
— Какой м-м-малыш? — у Исхи дрожала нижняя губа.
Бо пожал плечами.
— Совсем маленький. Все кричат. Дым. И малыш плачет.
— Исха, он мог увидеть недавнее прошлое или ближайшее будущее, — предположил Веренир.
— Или настоящее. Тогда мы, возможно, еще успеем!
Исха подхватилась.
— Висгарт, не мог бы ты отвести Бо к няне? Очень тебя прошу!
— Исха, не нужно тебе ехать. Я сам разберусь, — сказал Веренир серьезно. Но она даже не посмотрела в его сторону, хотя прекрасно расслышала.
— Маленький мой, мне нужно уехать ненадолго, — взяла она Бо за плечи.
— Чтобы спасти малыша?
— Да, чтобы спасти малыша, его маму и папу, а еще его бабушку и дедушку. Они все его очень любят.
— Хорошо, — мальчик опустил глаза и взял за руку Висгарта, с которым он иногда тоже играл, а потому не возражал, чтобы тот увел его.
Веренир удивился, что этот человечек так легко сдался. Обычно он не отходил от Исхи ни на шаг.
— Скорее, Веренир! — женщина взяла его за руку и потащила к выходу из сада.
— Исха, тебе лучше не ехать, — попытался еще раз воззвать к ее благоразумию маг.
Но одного ее взгляда хватило, чтобы понять: если он хочет оставить ее в замке, придется приковать к стене в темнице. И то далеко не факт, что она не выберется. Она училась обращаться со своей силой. Он сам ее учил. И делала успехи. Такие, что иногда десница ее начинал опасаться. И втайне благодарил небеса, что она его любит, а не ненавидит. Не хотел бы он иметь во врагах столь опасного противника.
— Ладно, — сдался он. — Дай мне четверть лучины, я подготовлю войско.
Была бы воля ведьмы, она вылетела бы из замка ровно в тот момент, когда прочитала о том, что сотворили логовцы. Но она понимала: Веренир прав, а потому быстро отправилась к себе в покои и сменила синее бархатное платье на серое шерстяное, которое не жалко испачкать в дороге. Через четверть лучины, как и сказал десница, они уже выезжали за ворота.
Их провожал только Витабут. Исха замечала, что после их победы над объединенными войсками империи и королевства, шуйца стал относиться к Верениру гораздо более терпимо. Она даже сказала бы «мягко», если бы это слово вообще можно было применить к этому человеку с холодными, как лед, и такими же светлыми глазами. В свои чуть больше пятидесяти зим он не имел семьи и, насколько видела ведьма, одиночество его ничуть не тяготило.
— Веренир! — окликнул шуйца, когда кавалькада почти покинула территорию замка через главные ворота.
Маг обернулся.
— Береги моих ребят.
Тот только коротко кивнул и дал команду всем двигаться быстрее.
Исха прекрасно понимала, почему Витабут так говорит. Несмотря на победу в войне, княжество сильно пострадало. И каждый хорошо обученный воин сейчас был на вес золота. Впрочем, Веренир взял с собой всего дюжину. Но зато самых умелых.
Исха сидела на своей белой с рыжими пятнами на спине кобылке. Она не захотела с ней расставаться, когда переехала в замок, справедливо решив, что ту послал ей сам Ясногорящий. Тем более Крапинка, как теперь звали лошадь, имела очень мирный нрав и покладистый характер. Идеальное животное для неуверенного в своих способностях всадника.
  
— Готова? — посмотрел на Исху Веренир, когда они выехали из столицы на тракт.
— А ты? — посмотрела она на мужчину. — Ты только оправился от ранения. Выдержишь?
— За меня не волнуйся, — он улыбнулся почти только одними глазами и протянул ей руку. Исха пожала ее и кивнула.