Шайтан Иван 6 (СИ)
Удивляюсь умению графа оттоптать ноги столь значимым людям. — усмехнулся Дубельт.
— Хорошо, Леоний Васильевич, я ознакомлюсь со всеми бумагами. Назначьте время для смотрин отряда ротмистра Малышева. Как я понимаю вы не знакомились с ним.
— Виноват, ваше высокопревосходительство. Не успел, не хватило времени. — Дубель встал смирно.
— Позаботьтесь, чтобы присутствовал граф Иванов– Васильев.
— Слушаюсь, ваше высокопревосходительство.
* * *После дуэли, уже по пути к дому Андрея, я окончательно пришёл в себя.
— Мы куда едем? — выдохнул я, чувствуя, как адреналин начинает отпускать.
— Ко мне, командир! Такую удачу надо отметить и расслабиться, как следует, — Андрей сиял, улыбка не сходила с его лица. — Ох, как же ты их отделал, этих наглецов! До сих пор от восторга прийти в себя не могу.
— Ладно, — согласился я, — давай сначала ко мне заедем, домашних успокоим, а потом к тебе.
— Верно, — Андрей смущенно крякнул, — что-то я о Кате не подумал.
Катерина, увидев меня с повязкой на ноге, ахнула, схватившись за сердце.
— Катюша, всё хорошо, пустяк, царапина, — успокоил я её, махнув рукой.
Она подскочила, крепко обняла и прошептала в плечо, и в её голосе дрожали и тревога, и упрёк:
— Ну что же ты такой неугомонный? Вечно в какие-то сомнительные истории влезаешь! В следующий раз прикажу Савве или Эркену выпороть тебя для острастки, вот увидишь!
— Честное благородное слово, больше не буду, — тихо пообещал я в ответ.
— Екатерина Николаевна, прошу вас ко мне в гости! — официально, но тепло пригласил Андрей. — Кстати, повод нашим сорванцам подраться будет.
Всей нашей семьёй, в сопровождении моих людей, мы отправились к Андрею. Он настоял на праздновании моей победы в узком кругу, попросив меня взяться за плов, а Аслана — за шашлык. Приятные хлопоты потихоньку развеяли тревогу и напряжение после дуэли. Миша с Саввой умчались в имение дяди за Лейлой — он горел желанием познакомить её с Катей и Марой, чтобы она повидалась с матерью. Неожиданно пожаловали в гости полковники Лукьянов и Куликов. И, как всегда, словно снег на голову, явился великий князь Павел, шумный и явно в отличном расположении духа.
— Пётр Алексеевич, поздравляю с блестящей победой! — воскликнул он, подходя ко мне. — Порадовал ты меня, до сих пор хожу окрыленный! Александр тоже рвался приехать, да потом смутился и отступился. Видишь ли, Пётр Алексеевич, не удосужился ты его пригласить — вот он и не смог через рамки приличий переступить! — Павел рассмеялся звонко.
Полковники Лукьянов и Куликов в присутствии высочайшей особы заметно стушевались и, извинившись, вскоре откланялись.
— Ваше высо… — начал было я.
— Пётр Алексеевич, да ты что, обидеть меня хочешь? — махнул рукой Павел, с удовольствием отправляя в рот кусок шашлыка. — Я среди друзей, а ты всё «высочество» да «высочество»!'
— Да, но…
— Никаких «но»! — перебил он весело. — Павел Николаевич! А лучше просто — Павел, когда ещё выпьем.
— Павел Николаевич, — твёрдо сказал я, уловив его настроение, — предлагаю пригласить цесаревича в нашу компанию. Он ведь атаман всех казачьих войск? Пусть облачится в скромную казачью форму и приедет сюда! Без всякой помпы и парадного выезда. Мои ухорезы сопроводят. Андрей, ты не против?
— Превосходная мысль, Павел! — горячо поддержал Андрей. — Будущему государю нелишне быть ближе к подданным. Давай, собирайся и скачи к его императорскому высочеству!
— А почему бы и нет? Я мигом! — Павел вскочил, глаза его блестели. — Петр, твоей каретой воспользуюсь?
— Без вопросов, Павел Николаевич.
Цесаревич Александр был искренне поражён столь поздним и внезапным визитом брата.
— Павел? — он смотрел на брата, тревога мелькнула в глазах. — Что случилось?
— Ничего, Алекс, всё в порядке. Я — за тобой.
— За… мной? — Александр непонимающе нахмурился.
— Вы удостоены приглашения, ваше императорское высочество! — Павел расшаркался с преувеличенной галантностью, но глаза весело смеялись. — Сам виновник торжества, граф Иванов-Васильев, зовёт вас на дружеское застолье. А как верховный атаман всех казачьих войск, вы имеете полное право там присутствовать. Алекс, — голос Павла стал заговорщическим и тёплым, — там будут все свои. Перестань вредничать, поехали! Только переоденься в казачью форму, попроще, безо всякой помпы. За охрану не волнуйся — люди графа с нами.
— Ладно, — неожиданно для самого себя согласился Александр, чувствуя, как скованность понемногу отпускает.
Уже мчась в карете графа, Александр обернулся к брату:
— Скажи, Павел… Почему люди графа зовут его «командир»?
— Всё просто, Алекс! — Павел оживился. — В бою выкрикивать полный титул по уставу — и долго, и неуместно. «Командир» — коротко, ясно, под пулями слышно. Хотя у полковника… — Павел задумался, подбирая слова, — для них это значит куда больше. Это человек, которому они доверяют безраздельно. Вот Андрей, к примеру, для них долго был «ваше благородие». Лишь со временем, доказав себя, он заслужил право на «командира». Да и то — только в отсутствие самого графа. Если Пётр Алексеевич рядом, командир — только он. Запутал я тебя? — Павел взглянул на брата, его охватил внезапный порыв откровенности. — Знаешь, Алекс… Только среди этих людей я чувствую себя по-настоящему свободным. Без масок. Я думал, дело в Кавказе — новые места, непривычная обстановка. Нет! — Он с силой стукнул кулаком по колену. — В Петербурге, в их кругу, мне так же легко дышится, как и в крепости, в Армянской области! — Павел тяжело вздохнул, и взгляд его помрачнел. — Но вот уедут они к себе… И останется эта великосветская трясина — лицемерие, сплетни, мертвечина. Скука и обыденность. Теперь я понимаю Андрея, почему он рвётся назад. Там для него — жизнь. Да и Лермонтов взгляни — какой вырос! А ведь состоял под надзором Бенкендорфа, как неблагонадежный…
— Да, Павел, — Александр тихо вздохнул, его взгляд на мгновение ушел в темноту за окном кареты. — К великому моему сожалению, ты прав. Если у тебя ещё есть возможность хоть изредка вырваться из этого… болота, как ты метко назвал, то у меня такой возможности нет в принципе. — Голос цесаревича звучал с непривычной горечью. Он помолчал, затем добавил, словно спохватившись: — Хотя, замечу, на Кавказе не так уж и ладно, если верить донесениям оттуда.
— Хм… — Павел задумчиво хмыкнул. Его взгляд скользнул к молчаливому адъютанту, сидевшему в углу кареты. — Алекс…
Павел лишь едва заметно кивнул в сторону офицера, вопросительно глядя на брата.
— Павел, — Александр повернулся к адъютанту, его взгляд стал прямым и оценивающим, — Илье можно доверять. Я не вижу причин сомневаться в его преданности. Прав я, Илья?
Адъютант выпрямился. Его ответ прозвучал тихо, но с железной чёткостью:
— Совершенно верно, ваши императорские высочества. Как изволили говаривать: Постараюсь делом доказать.
Карета мягко остановилась у подъезда дома князя Андрея. Из тени мгновенно возникли двое из молчаливых людей графа. Без лишних слов, с привычной эффективностью, они проводили братьев через освещённый вход прямо в холл.
Глава 22
Несмотря на все мои сомнения, Александр приехал.
— Здравствуйте, господа, — произнес цесаревич, входя с привычной величавостью. — Надеюсь, мой визит не покажется вам навязчивым или несвоевременным?
— Александр, ну что ты, право слово! — Павел повернулся к нему, разводя руками. — Ты будто на официальном приёме! Мы все искренне рады тебе, по-свойски. Правда, господа? — Он окинул нас взглядом, ища поддержки.
— Действительно, Александр Николаевич, — подал голос я, — ваше присутствие — честь для нас, и мы рады видеть вас именно по-товарищески. Пожалуйста, чувствуйте себя как среди друзей. — Я чуть помедлил. — Надеюсь, я не переступил границы дозволенного, обращаясь по имени и отчеству?
Тень официальности сползла с лица Александра, сменившись теплой улыбкой.