Мой психолог. Научи меня любить (СИ)

— Как прошел твой день? Я скучал, — наконец-то спрашиваю, оторвавшись от мягких губ.
— И я скучала, безумно, — улыбается моё сокровище и трётся носиком о мой нос. — Я ужасно голодная.
— Тогда поехали ко мне. По пути расскажешь, какие события сегодняшнего дня, превратили тебя в такую фурию, которая не оставила мне даже ни малейшего шанса к медленной и длинной прелюдии.
Она запрокидывает голову и игриво смеётся. Закусывает губку и смотрит прямо в глаза манящим взглядом. Просто удивительно, как она раскрылась за такой короткий срок. Или может быть она всегда и была такой, просто её муж не мог разбудить в ней всё это? Может он даже не старался?
Лика обхватывает мою шею руками и мягко целует в губы. Дразнит язычком и, улыбнувшись, снова целует. Во мне снова кипит желание. Я не успел насытиться, насладиться моим сокровищем, но думаю, что дома лучше продолжить. У нас вся ночь впереди и утро…
  
Глава 13/2. МАРКУС
 
Такси довозит нас довольно быстро, и мы уже входим в мою холостяцкую обитель. Сначала мы забираем Рокки у моего хорошего друга, который живет на соседней улице. Пес так рад меня видеть, что чуть не сносит меня с ног, а его хвост как маятник, ходит из стороны в сторону, не переставая.
Сильным рывком Рокки опрокидывает меня на траву, а сам забирается сверху и нагло оставляет на мне килограммы слюней.
— Рокки, мальчик, я тоже рад тебя видеть, приятель, — беспомощно пытаюсь остановить его попытки утопить меня и тереблю за уши и щёки.
— Он очень скучал, Марк. Я хотел уже звонить тебе. Ты вовремя, — вводил меня в курс дела друг.
— Спасибо тебе, Лукас, — жму другу руку, успокоив наконец-то Рокки.
Он переключился на Ангелику, а я засмотрелся на это зрелище. Мне всегда хотелось, чтобы моя девушка любила этого пса также, как люблю его я.
Рокки падает передними лапами в ноги Ангелике и смотритна неё преданными глазами. Лика треплет его за ухо, а он поворачивается на бок, подняв переднюю лапу и открыв живот для поглаживаний.
Попрощавшись с другом и поблагодарив его за помощь, пришлось прервать идиллию между Ангеликой и Рокки.
Прогуливаясь по вечерней тихой улочке, в направлении дома, я ощущаю полное счастье. Мое сокровище прижимается ко мне, а я обнимаю её и и целую в висок. Пес бегает вокруг нас, играя и радуясь, а мы просто наслаждаемся моментом. Мне бы хотелось так с ней всегда гулять по вечерам. Вообще быть с ней рядом, ощущать её аромат, нежность губ, прикосновения, близость…
Дом встречает нас прохладой, все жалюзи опущены, поэтому дневное солнце не смогло пробраться внутрь. Рокки пробегает вглубь дома. Соскучившись, обнюхивает свои владения. Немного успокоившись, что всё на месте, в том числе и мы, он ложиться на свой лежак в ожидании ужина.
За время нашего пребывания в маленьком, солнечном раю, я уже знаю, что Лика любит и заказываю нам ужин в своём любимом ресторане. Усталость перелета и длинный напряженный день, отбивают желание готовить.
— Я приму душ?
— Конечно, располагайся.
Через десять минут, я не успеваю раздеться, как Лика выходит свежая, с мокрыми волосами, обёрнутая в полотенце, и мой взгляд зависает на ней. Она лёгкой походкой приближается и льнёт ко мне, обхватив руками за талию.
— Я ведь так могу и забыть про ужин, — шепчу в губы, что целуют меня.
— Ну уж нет, — смеётся, — я ужасно голодна. Поэтому, — закусив нижнюю губу, она ведёт пальчиком по моей обнажённой груди, прессу до самой линии брюк. Снова поднимает на меня многообещающий взгляд, — сначала еда, потом всё остальное.
Ужин доставили быстро и мы, расположившись в гостиной, с аппетитом ужинаем. Рокки тоже получает свою заслуженную порцию, от чего, думаю, радуется еще сильнее. Пока мы ехали в такси, Лика рассказала мне события сегодняшнего дня, немало удивив и порадовав. Теперь же тема продолжилась.
— Как думаешь, я справлюсь с ролью главы компании? — пережевывая очередной кусочек, вдруг спрашивает Лика.
— Даже не сомневаюсь в тебе. А ты?
— Если честно, то мне немного… волнительно…
 
— Да, так бывает, когда не ожидаешь, что другие люди так возвышают тебя и доверяют сложное дело. Но, подозреваю, что они не стали бы этого делать, если бы не рассчитывали на то, что у тебя все получится. Теперь дело за малым — поверить в себя.
— Да, но именно это меня и пугает, Маркус. Вдруг я не справлюсь и подведу всех. Вдруг я окажусь плохим руководителем?
— Но, ты ведь и так была руководителем? Ничего ведь не изменилось? Просто теперь в твоем подчинении немного больше человек.
— Немного? Ты преувеличиваешь, это значительно больше. А финансы? Я никогда не управляла финансами…
— Все равно ты справишься со всем. Тем более, тебе предложили помощь.
Ангелика задумывается. Потом улыбается, но я вижу в ней какую-то напряжённость.
— Как на это отреагировал Альберт?
Она вздыхает, делает глоток вина, и, словно вспоминая их разговор, а может справляясь с эмоциями, обуревавшими ею, отвечает:
— Он был растерян, но думаю, предполагал такой финал. А еще… Я отдала ему документы на развод, — повисает тишина, и я в который раз рядом с этой женщиной теряюсь. Я не знаю, что сказать. Снова… Если я обрадуюсь, будет очень явно моё отношение ко всему, а если расстроюсь, она может все неправильно понять. Кто я теперь? Психотерапевт или мужчина, жаждущий быть с этой умопомрачительной женщиной? Ведь эти две роли несовместимы.
— Я…
— Что ты испытала при этом? — решаю, что лучше переключить ее внимание на её чувства и оттянуть время на реакцию.
— Честно… Мне стало как-то легче и, возможно, спокойней. С меня словно сняли темные очки, которые не давали увидеть настоящую картину вокруг меня. Настоящего Альберта, — она вздыхает, опустив глаза на бокал, который поворачивает пальцами за ножку, — который, оказывается, и не любил меня никогда. Я была так слепа, что не замечала очевидное. Только сейчас я поняла, что наши отношения всегда были далеки от идеальных. Ты… — она поднимает на меня свои красивые глаза и продолжает: — показал мне какая я на самом деле. Какой я могу быть, когда чувствую себя свободной от мнения других, от давления…
Я протягиваю руку через стол и сжимаю её тонкие пальчики. Подношу мх к губам и целую каждый. Глаза Лики искрятся нежностью, и я тону в её взгляде. Прижимаю её ладошку к щеке, и она проводит большим пальцем по моим губам.
— Ты стал для меня таким близким, — шепчет она. — Ты открыл мне саму себя, помог поверить в свои силы… А еще, ты показал мне каково это быть по-настоящему желанной, — она сглатывает от волнения, — а не просто исполнять долг любящей супруги. Я думала… думала, что любила Альберта… Но, кажется, моя юношеская влюблённость растаяла в реальности, как дым, а я всё не замечала этого и по инерции продолжала убеждать себя, что люблю… — глаза Лики загораются. Она подаётся вперёд, и наши лица приближаются навстречу друг другу. — Но с тобой я познала настоящие эмоции от интимной близости и секса. Теперь я не хочу другого…
Последние слова, она практически шепчет мне в губы, а я уже растворяюсь в её бархатистых нотках, призывающих меня не медлить ни секунды. Но…
Рокки начинает подвывать, и мы смеемся, так и не встретившись губами.
— Что, парень, ревнуешь?
Магия момента развеивается, но притяжение никуда не исчезает. Я беру Лику за руку и поднимаю из-за стола.
— Пойдём.
Не встретив ни капли сопротивления, веду Лику в спальню. Откинув плед, опускаю её на прохладные простыни, сам же оказываюсь сверху, накрывая сладкие губы своими. Неудержимое желание накрывает нас, не оставляя даже шанса, быть не задетыми волной возбуждения.
Хочу ответить ей на все её признания, но не вижу смысла в словах. Ей они не нужны. Лика достаточно наслушалась в своей жизни. К чему сотрясать воздух пустыми обещаниями и давать какие-то обещания… Лучше я докажу ей все своими поступками. Тем более, я уже всё для себя решил. Она моя! Моя половинка, моя единственная, волнующая моё сердце, женщина, моя радость и я хочу быть с ней. Только с ней и всегда. В душе уже живет целый букет чувств, но гораздо больше я могу показать ей, погрузив в мир заботы и любви, уважения и понимания, дать почувствовать себя любимой и желанной. Да, именно любимой. Я… люблю её…