Мой психолог. Научи меня любить (СИ)

Не говоря ни слова, она берёт меня за руку и тянет к площади, где мы оставили мопед. Мы садимся на него, и она тесно прижимается ко мне всем тело, крепко обвивает руками торс и прислоняет ноги к моим бёдрам. Я не спрашиваю ни о чём, просто направляю мопед в сторону нашего лагеря. Мы мчимся по ночной дороге со скоростью, на которую только способен этот транспорт. Встречный ветер немного остужает моё разгорячённое тело, но не желание. Чувствую ее руки, сцепленные на моём животе, и млею от удовольствия. Ангелика кладёт голову на моё плечо, полностью доверившись. Оставив мопед у домика персонала, я беру Ангелику за руку и молча веду к бунгало. На перепутье между нашими домиками, останавливаюсь и, взяв её лицо рукой, приближаю к своим губам. Девушка двигается мне навстречу, подавая явный знак, что согласна. Скользя руками по моим плечам, она обвивает ими мою шею и льнёт ко мне всем телом, углубив страстный поцелуй. Я подхватываю ее на руки и вношу в свой домик. Не прерывая поцелуй, несу к кровати и опускаю на прохладные простыни. Нависаю над ней, упираясь руками в матрас. Нежно поцеловав в губы, смотрю в её глаза. Тусклый светильник мягким, тёплым светом освещает её красивое лицо. Она не отводит и не прикрывает смущённо глаза, а смотрит на меня, широко открыв их. С приоткрытых, припухших от наших поцелуев, чувственных губ срывается шелест учащённого дыхания. Её грудь призывно вздымается, а руки застывают на моих плечах. Пальцы слегка сжимаются, словно требуя от меня продолжения…
— Анге…
Она прикрывает мои губы тонкими пальчиками, не дав ничего сказать. Сама находит пуговки и начинает неспеша освобождать меня от одежды. Скинув рубашку на пол, провожу руками по её бёдрам, талии, груди, и Ангелика, томно выдохнув, выгибается. Покрываю её шею поцелуями, скользя по нежной коже языком, рукой продолжая ласкать изгибы желанного тела. Ладошки Ангелики скользят по моим плечам, спине, бокам, исследуя и поднимая во мне волны нежности. Отвечая на мои ласки и поцелуи она тихо постанывает, прижимается и выгибается от каждого моего движения. Я поднимаю подол платья всё выше и покрываю её бёдра влажными горячими поцелуями. Касаюсь губами бархатной кожи плоского животика, и она немного вздрагивает. Выгибается навстречу, когда я начинаю ласкать его языком. Её тело источает нежный женский запах, такой… тонкий… напоминающий юность, и я хочу напиться им так, словно умираю от жажды.
Ангелика отзывчиво подрагивает от моих прикосновений и дарит ласки в ответ. Мои руки останавливаются вместе с платьем на её груди, и она приподнимается. Я помогаю ей, одновременно снимая сарафан через её голову. На секунду замерев, она даёт мне возможность полюбоваться её красивыми плечами и округлой грудью в тонком кружеве белья без чашечек, которое не скрывает, а наоборот подчёркивает естественную красоту. Ангелика обхватывает ладонями моё лицо и теперь сама активно проявляет инициативу в поцелуе. Маленький язычок дразнит мой, ласкает рот, зубы. С каждым движением она льнёт ко мне, прижимается, чтобы почувствовать меня. Её руки изучают, даря чувственные прикосновения, а в моём теле уже такой пожар, что я сдерживаюсь, чтобы не напугать её своим напором. Хочу дарить ей нежность, блаженство, эйфорию. Хочу слышать её томные стоны наслаждения, а не громкие выкрики похоти. Нежный цветок, трепетная птичка, ранимая и тонкая душа — так я её чувствую и безумно желаю прикоснуться не только к её телу, но и к обнажённой душе… слиться с ней…
Осознаю, что она мне нужна не меньше, чем я ей, как лекарство для исцеления души. Никогда не испытывал к женщине что-то даже близкое к тому, что сейчас бурлит во мне, такого же яркого и многогранного по силе. Я чувствую, что друг в друге мы найдём больше, чем физическое удовлетворение своих желаний.
Я пальцами медленно стягиваю бретельки лифа с её плеч, и Ангелика сама мне помогает его снять. Сидя, мы застываем. Я продолжаю созерцать красоту её тела, упругие, округлые полушария идеального размера: чуть больше моих ладоней, с небольшими, аккуратными, розовыми ореолами сосков, которые призывно напряжены и манят к себе. Ангелика кладёт ладонь мне на грудь и медленно скользит пальцами по рельефу мышц, цепляет соски и спускается ниже на пресс. Она тоже с любопытством меня изучает, нежными касаниями поднимая во мне всё новые и новые волны возбуждения. Поднимает глаза, бездонные, глубокие, и я тону. Обхватываю руками её голову и целую. Ангелика чувственно отвечает, переплетая язык с моим, нежно покусывая и посасывая мои губы в ответ. Запускаю пальцы в её волосы, подаюсь вперёд, и она опускается снова на кровать. Не в силах себя уже сдерживать, обрушиваю на неё страсть рвущуюся наружу. Сминая и лаская, дарю горячие поцелуи, вывожу влажные линии по коже, начиная от шеи, плеч, ключиц. С наслаждением обхватываю губами розовый сосок, сжимая грудь рукой, и дразню его языком. Ангелика выгибается и оплетает меня ножками, ворошит пальчиками мои волосы. Я оттягиваю сосок губами, несильно, чтобы не причинить боль, и снова посасываю. Она стонет от наслаждения и сжимает мои волосы в кулачки. Какая же она отзывчивая и чувственная. Она словно чувствует меня каждой клеточкой тела и стремится навстречу. Это самое прекрасное — видеть и ощущать, что тебя так же сильно хотят, как и ты.
 
Лаская её и спускаясь ниже, к пупку, животику, слушаю её горячее дыхание и стоны, которые словно музыка ласкают мой слух. Касаюсь губами тонкого кружева на лобке, и Ангелика со стоном всхлипывает. Через тонкую ткань губами чувствую, как от возбуждения пульсирует маленькая горошина клитора. Трусики намокли от её влаги, которая источает дурманящий запах. У каждой женщины он индивидуален, но этот… неповторим настолько, что я даже не знаю с чем его сравнить: тонкий, свежий, как морской бриз, нежный, как аромат цветка…Пальцами тяну за ткань, и она приподнимает попку, помогая мне освободить её от белья. Замирает, сжимая пальчиками простынь, когда я, на миг замерев, любуюсь ею. Склоняюсь, и Ангелика слегка сводит ноги. Стесняется. Неужели её муж никогда не делал этого?
— Марк… — выдыхает она.
— Доверься мне, — нежно говорю, проведя рукой по плоскому животику и целуя его. Она расслабляется и разводит бёдра.
Решаю начать процесс постепенно, лаская и целуя её бёдра с внутренней стороны. Она вздрагивает от возбуждения каждый раз, как я касаюсь кожи, и это безумно заводит. В моих штанах уже такой стояк, что сейчас брюки порвёт, но я хочу попробовать её на вкус, потом всё остальное. Добравшись до самого сладкого, целую набухший клитор, и Ангелика снова вздрагивает, ахнув от ощущений. Удерживая её за бёдра, нежно начинаю ласкать её языком. Она дрожит, и снова сжимает пальчиками простынь. Выводя восьмёрки, даю ей привыкнуть к новым ощущениям, и постепенно наращиваю темп, применяя разные техники. Она стонет сначала тихо, томно, а потом, уже не сдерживаясь, начинает ответно двигаться от желания меня ускорить, но я сдерживаю её от активных действий, одну руку положив на животик и лаская его. Её стоны и всхлипы учащаются, вторя ритму моих ласк. Пальцами провожу по краю, собирая влагу, и проникаю указательным внутрь. Ангелика содрогается, сжимает мои волосы и издаёт громкий стон. Подаётся навстречу и начинает двигаться, когда я, нащупав заветный бугорок, ласкаю его. От ощущений и удовольствия она почти захлёбывается стонами и всхлипами. Лаская рукой её грудь, смотрю на неё, чтобы видеть, как ей хорошо. Ей нравится, и мне это доставляет неописуемый кайф. От этого ощущения, в паху сводит спазмом в желании получить ответные ласки, но потом… в другой раз. Она должна довериться полностью, привыкнуть…
— Марк… я хочу тебя, — прерывисто шепчет, севшим от возбуждения голосом.
Приподнимаюсь, смотрю в её глаза, а она, ухватившись за мои плечи, в нетерпении тянет меня к себе. Её грудь вздрагивает от частого и горячего дыхания, дразня и потираясь о мою кожу твёрдыми сосками. Провожу пальцем по её губам, и вижу, как от своего же запаха её глаза затуманиваются. Он тоже её пьянит, заставляет терять контроль над разумом, включает инстинкты. Ангелика обхватывает мой палец губами и засасывает его.