Л.Е.С. Пробуждение (СИ)

— Ну, ничто человеческое и киборгам не чуждо, — констатировал я.
— В том то и дело, что человеческое. Дружба, преданность, любовь, самопожертвование. Компьютеру это зачем? Ему не цивилизацию нужно возродить, а механических воинов создать для завоевания! Это же проще! И вот ИИ производит второе поколение — у них мозга уже не было, начисто. Его заменили микросхемой. Ничего не скажу — хорошая, мощная, во многом даже превосходящая по скорости мышления, микросхема. И даже если у этих киборгов тело почти полностью было человеческое — мозг был заменен. Такая, скажем, промежуточная ступень технореволюции устроенного гениальным, но совершенно сумасшедшим искусственным интеллектом, который сидит где-то в самой глубине Техно-города.
— Ничего, — сказал я. — Скоро мы до него доберемся! С выродками покончим, князя выловим, а потом туда, в кибермуравейник. Разберемся и с этими паразитами, вырвем сердце этой гидре!
Ант усмехнулся.
— Все ты превращаешь в какой-то юмор!
— А так легче воспринимать эту реальность! — ответил я. — Когда все, как в сказке — чем дальше, тем страшней! Только с юмором, иронией и сатирой можно выжить. Иначе, просто с ума сойти. И застрелится. А я жить люблю, как говорится, привык. Да и свои вопросы надо успеть решить. А для этого как раз и нужен светлый и позитивный настрой.
Ант серьезно посмотрел на меня, задумался о чем-то.
— Я тебя понял. Это как защитная реакция на твою миссию. Такая ответственность. Я бы сам не знаю, как себя вел.
Ну да, подумал я, но говорить ему пока не стал. Знал бы он, что, перед тем как получить эту миссию, меня из другого времени выдернули, вселили в тело этого парня, Никифора, а о прошлой жизни стерли все в подкорке.
В этот момент к нам подошел один из команды в маске.
— Ант, все готово, можем выдвигаться.
Ант быстро поднялся. Лунный романтизм улетучился, вернулся прежний Советник по безопасности, командир специального отряда киборгов. Я поднялся следом.
— Камень при вас? — спросил Ант.
— Да.
— А для Ника взяли, что я просил?
— Так точно. Вот.
Парень протянул мне небольшой предмет. Не тяжелый. Когда только я его развернул, то смог понять, что это. В темноте, даже при луне, все было серым и размытым. Это оказались крупные трехглазые очки с широким ремнем.
— Надевай, — сказал Ант. — Ты же обычный человек, в темноте ничего не видишь, а это тебе поможет хоть как-то быть похожим на нас.
Я осторожно надел на себя странные очки, которые плотно легли на лицо, как водолазная маска, подтянул ремень до нужного комфортного размера. И вообще ослеп.
— Сейчас, — сказал Ант, задел рукой что-то на очках и… изображение преобразилось! Выглянуло бледно-желтое солнце и осветило все вокруг! Я даже прищурился от неожиданности.
— Что, уже утро? — спросил я.
Ант и парень засмеялись.
— Да, утро. В этих очках у тебя теперь всегда будет утро. Как тебе? Удобно? Все видно?
— Да вообще отлично! Сами придумали?
Ант пожал плечами.
— Скажем так, доработали.
Ант сказал парню в маске.
— Петя, давай всех собирай, через три минуты выходим. Связь с Максом?
— Все отлично, — ответил Петя. — Они их ведут. Три километра.
— Хорошо. Значит минут через двадцать они будут у Гнезда.
Я спросил:
— Что за Гнездо?
— Мы так назвали логово Головы, ну этого, князя.
Я удивился.
— А я назвал это место Табором. Они же как цыгане там живут. Костры палят, палатки эти, шкуры.
— Ну да, похоже. Только это не цыгане, а выродки, звери. Поэтому и Гнездо.
— Логично, — подтвердил я. — А что мне еще дадут в дорогу? А то ведь я теперь с этими электронными глазами наравне с вами могу идти!
— Не переживай! Налегке тебе идти не дадим, не переживай.
Одели меня по высшему мутантскому классу. Я стал выглядеть, да и ощущать, себя не хуже всех этих киборгов. Легкий шлем, специальная маска и перчатки, разгрузка, автомат, ботинки. У меня даже осанка выправилась. Ну, держитесь теперь, выродки и киборги!
Воины спецотряда построились у ворот, Петя проверял снаряжение, давал какие-то указания, делал замечания. Я оправлялся в сторонке от них, подгонял под себя форму, готовясь к переходу. Не заметил, как подошел Ант, взял меня за плечо.
 
— А вот то, за чем ты приходил вчера.
Открыл небольшую сумку, медленно достал ограненный камень. Я замер, глядя на него. Вовсе он не был белым, без газа он был голубоватый, так же как мой мягко светился, будто светлячок внутри был запаян.
Я сдвинул очки, чтобы посмотреть без прибора. В темноте он не светился вообще, если не считать игры лунного света на гранях. Обычный в общем камень, только темно-синий.
Я протянул ладонь, Ант вложил в нее камень. Ничего особенно и в весе. Только вот тепло было от него, словно только что на солнышке нагрелся в летний полдень.
— Вот интересно, как это работает? — спросил я.
— Я думаю, — ответил Ант, бережно укладывая камень обратно в сумку, — когда придет время, мы все узнаем.
— Ну, недолго осталось.
— Это точно, — вздохнул он и крикнул бойцам. — Парни, выходим! Арт первый, Петя замыкающий!
Построившись в колонну по одному, мы быстрым шагом двинулись через полосу отчуждения в Лес.
Заскрежетали цепи, поднимающие за нами ворота. Скрип стих, когда ветки неблагосклонного к мутантам Леса сомкнулись за крайним в колонне Петей. И мы погрузились в тишину ночного Леса.
Продвигались будто бы по той же тропе, которую прорубили до этого выродки. Это ускоряло движение и гарантировало от ловушек и прочих неожиданностей самого Леса. Иногда только то ветка ожившая норовила за шиворот схватить, то под ногами ночной зверек пробежит, типа ёжика. Но привыкнув к сюрпризам местной флоры и фауны, я уже не шарахался от этих сюрпризов, как в первые дни. Ветка схватила — не оглядываясь смахнул ее. Ёжик ползёт — подожду, или просто перепрыгну колючую кочку. Никаких поганок я больше не пинал почем зря, урок усвоил. Хоть Лес и не любил мутантов, но они к нему все равно относились с уважением. И, как бы не кичились своей независимостью, уважали его законы — ведь они были на его территории.
Почему-то с автоматом я не ощущал себя в Лесу в полной безопасности. Чего-то не хватало, и это было интуитивным. Я на ходу подобрал рядом с тропой длинную более-менее прямую палку метра полтора длиной и толщиной удобной для обхвата. Пока продвигались по тропе заточил один конец — получилось вполне сносное копье, почти такое же, как и мое, только не из железного дерева. Ну, хоть что-то, думал я.
В очках ночного видения было комфортно. Через какое-то время я даже не обращал на них внимания, мягкий корпус плотно прилегал к лицу, не давил. Я даже забыл, что вокруг царила ночь — шел спокойно за мутантами в цепи, как днем. Видимость была ограничена только высокой травой, кустами и колоннами деревьев. А полная луна сверху светила, как солнце.
Примерно через час колонна остановилась. Ант был передо мной, по рации ему передали невнятное сообщение. Я переспросил.
— Мы подошли к Гнезду, — сообщил он вполголоса, обернувшись. — Но похоже выродки оставили свое убежище и удрали.
— Всем табором? — спросил я. — Вместе с детьми?
Ант принял еще одно сообщение по рации.
— Сейчас группа проверит, ждем пока здесь.
А потом поднял руку, попросил всех вокруг замолчать. Что-то было не в порядке в Лесу. В ночной тишине, кроме шума деревьев, даже мне был различим странный звук. Мерные глухие удары, от которых подрагивала земля. И эти удары были все ближе, все отчетливей.
— Оружие к бою! — крикнул Ант.
Все тут же последовали приказу: защелкали затворы, стволы поднялись и ощерились вправо и влево в колонне.
В последний только миг до меня дошло, что это за удары.
Но сказать ничего не успел.
Раздался мощный протяжный рёв впереди, затрещали сучья, трава и кусты падали, как скошенные и через миг огромная туша медведя вломилась в нашу колонну, сминая и расшвыривая лапами сразу несколько бойцов. Затрещали короткие выстрелы. Туша проломилась через тропинку, унеслась в Лес, затерялась за большой сосной. Пули летели вдогонку, срезая траву, кусты, откалывая щепки от дерева.