Эволюционер из трущоб. Том 5 (СИ)

Голос Советника изменился, будто он пытался разобраться в написанном на бумаге.
— Правда, в ваше прошение внесены незначительные изменения. Документы отправлены на вашу электронную почту, можете ознакомиться. — Замолчав на мгновение, Евстахов продолжил, добавив в голос стали. — Кстати, ваше прошение выплатить страховой взнос в связи со взрывом на кирпичном заводе — отклонено. Империя ведёт войну, и все средства уходят на поддержание армии. Как истинный патриот, вы должны это понимать. — Советник отчитал графа с нескрываемым удовольствием. — Вопросы?
— Нет. Вопросов у меня никаких нет. Я патриот и служу Императору не ради почестей, а потому, что так велит моя душа! — Черчесов попытался нагнать побольше поэтичности, но голос так дребезжал с перепугу, что вышло отвратно.
— Вот и замечательно.
— Архип Пантелеймонович, всего вам хоро… — Граф не успел договорить, а советник уже бросил трубку. — Козёл старый, — фыркнул Черчесов, отбросил телефон и потянулся за ноутбуком.
Открыв почтовик, Даниил Евгеньевич увидел письмо, которое пришло парой минут ранее. Это его озадачило, так как Евстахов никогда не звонит просто так. Неужели у Империи проблемы с наличностью, и он решил лично сообщить о том, что выплат не будет? Да нет. Бред какой-то.
Скорее уж он звонил, чтобы напомнить о том, что бывает с нелояльными аристократами. Да и как такое забудешь? Побоище произошло под боком. Черчесов так долго ждал этого момента. Жаждал, чтобы гнев Императора обрушился на голову Архарова.
А когда это случилось, понял, что напуган, как ребёнок. Ребёнок, который смотрит на драку двух взрослых и осознает свою беспомощность. Граф всегда считал себя сильным и решительным человеком, но на фоне Императора он был лишь жалкой букашкой, которую раздавят и даже не заметят.
— Водки, — коротко сказал Черчесов, взял сотовый и стал набирать номер Малышева.
— Может, расслабимся немного по-другому? — промурлыкала Мариночка, вынырнув из-под стола.
— Я сказал, водки, — стальным голосом пробасил Черчесов, заставив любовницу вздрогнуть от страха.
Пальцы сами собой набрали номер товарища по несчастью и потянулись томительные секунды ожидания. Малышев почему-то не брал трубку. Это одновременно злило и беспокоило графа.
— Ну! Где тебя носит? Старый чёрт!
Послышался щелчок, а следом за ним весёлый голос Малышева.
— Ха-ха! Да, девочки, не уходите далеко. Сейчас продолжим, — сказал Сергей Алексеевич кому-то и перешел на деловой тон. — Слушаю, Даниил Евгеньевич.
— Ты чем там занимаешься, старый развратник? — усмехнулся Черчесов, позабыв о приличиях.
— Играю с дочерьми. И с каких пор мы перешли на ты? — в голосе Малышева проскочили нотки возмущения.
— С тех самых, как Император удовлетворил наше прошение.
— Серьёзно? Он отдал нам земли Архарова? — изумился Малышев, который, судя по всему, и не надеялся на подобный исход.
— В таких вопросах я всегда серьёзен. — Подошла Мариночка и протянула графу гранёный стакан водки. Черчесов выдохнул и залпом осушил его, после чего прохрипел в трубку. — Проверь почту, там всё расписано.
Послышались торопливые шаги, а через пару минут Малышев выпалил:
— В смысле, передать Ирбит графу Черчесову? Даниил, это что за фокусы⁈
— Да, вот так получается. Ирбит отбил и отстроил ты, а отдают его мне, — усмехнулся Черчесов, по нутру которого разлилось сорокоградусное пламя. — Но ты не переживай. Взамен Император отдал тебе Екатеринбург. А жаль. Я надеялся, что к концу недели буду спать в Архаровском поместье. Видать, придётся тебе осуществить мою мечту.
— Ого! И правда, — радостно выпалил Малышев. — Ну, что поделать, Даниил Евгеньевич? Не всё выходит так, как мы планируем. Но не переживайте. Ирбит — отличный город. К тому же, там есть имение Архарова. Пусть оно на порядок меньше Екатеринбургского, но тоже ничего.
— Да. Да. Успокоил, — отмахнулся граф. — Когда будем праздновать нашу победу?
— Думаю, часа через три я буду у вас. Накрывайте столы, — торжественно сказал Малышев и положил трубку.
  
Черчесов расплылся в довольной улыбке, и ему на колени тут же плюхнулась Мариночка.
— У нас только что стало больше земель? — спросила девушка.
От её вопроса глаз Черчесова дёрнулся. Даниил Евгеньевич не любил, когда Мариночка говорила «мы», «наше», «нас». Не было никаких «нас». Был лишь граф и его желания, а Мариночка… А что — Мариночка? Она верит в светлое будущее, где она станет графиней. Пусть верит. Ведь без веры человек мёртв. Тем более, не хотелось бы разбивать сердце столь умелой любовницы.
— И земель стало больше и веселья, — усмехнулся Черчесов. — Малышев, старый дурак, так и не научился читать мелкий шрифт в договорах. Екатеринбург разрушен до основания, а по договору восстановление города ложится на плечи его владельца.
— Данечка, а почему ты так злорадствуешь? Я думала, вы с Малышевым друзья. — промурлыкала Мариночка, запустив руку под рубашку графа.
— У аристократов не бывает друзей. Лишь временные союзники. — Черчесов взял девушку за грудь и заглянул ей в глаза. — Понимаешь, к чему я клоню?
— Нет, но я с радостью помолчу и послушаю твои мудрые рассуждения. — Улыбнувшись, Мариночка соскользнула между ног графа и расстегнула ширинку на его штанах.
— Так и быть, поделюсь с тобой своей мудрость… о-о-о! Да. Хорошо, — протянул граф, блаженно зажмурив глаза. — Архаров устранён и из ближайших соседей у меня остались лишь Малышев и Юсупов. А значит, начинается новая игра.
* * *
Короткими перебежками мы добрались до ворот военной части. На столбе висела табличка надписью «в/ч рода Богдановых № 545415». Табличка уцелела, а род Богдановых — нет. Печально. Впрочем и род Архаровых тоже висит на волоске от полного забвения.
Я заглянул в приоткрытую калитку и присвистнул. Такого количества сожженной бронетехники я в этом мире ещё не встречал. Два десятка машин. Перевёрнутых, разорванных, покорёженных и даже раздавленных в лепёшку. Выглядело это устрашающе.
Но в то же время, я был рад тому, что существ, сотворивших подобное, нет поблизости. Встреть нас зверюга, способная раздавить бронетранспортёр, шансы выжить равнялись бы нулю.
— Может, ну его нафиг? — спросил Леший, крепко сжимая армейский нож в руках.
— Без еды мы долго не протянем, — коротко ответил я и перебежками двинулся от одного сгоревшего бронетранспортёра к другому.
Даже сейчас здесь пахло гарью. Машины разбросаны хаотично, как будто военные не ожидали нападения и впопыхах пытались оказать сопротивление. На эту же мысль наталкивали казармы, сложившиеся гармошкой. Судя по форме завала, удар пришелся прямиком в центр здания, могло ли что-то крупное упасть сверху? К примеру, многотонный крылатый монстр? Или же сюда зашвырнули какую-то тварь?
Как бы там ни было, очевидно лишь одно. Отбить нападение не вышло. В земле там и тут виднелись покорёженные куски железа, которые ранее были автоматами. Парочку я даже выковырял и попытался достать из них магазины. Безуспешно. Заклинило намертво. И снова ни одного тела. Твари сожрали всё, что можно было сожрать, а оружие защитников превратилось в бесполезный хлам.
Жаль, никто из нас не умеет ковать клинки. Куча добротной стали пропадает зазря. Кстати, об этом. У меня куча Слёз Мироздания, я знаю руническую письменность и могу сформировать нужную структуру для усиления предмета. Можно попробовать усилить наше оружие рунами. Ничего феноменального не выйдет, так как энергии в белых Слезах Мироздания маловато, но хоть какую-то пользу они принесут.
Правда, заниматься усилением снаряжения стоит в безопасном месте, а не здесь. Я с горечью посмотрел на руины казарм. Под завалами погибли десятки солдат. Жалко их. А ещё жалко, что я не могу добраться до их доминант. Тогда бы их смерть не была напрасной и смогла бы нас невероятно усилить. Впрочем, может там и нет никаких останков, ведь черви могли пролезть под землёй и всех съесть.