Бывшие. Дочка от толстушки (СИ)

Я судорожно вдохнула и тихо усмехнулась.
– Не верю. Хотя если все-таки это правда, то я все равно не хочу тебя видеть в своей жизни.
– А как же моя дочь?
– Это моя дочь, Кораблев.
Секунда. Другая. Я надеялась услышать его шаги – тяжелые, уходящие прочь. Но в ответ лишь – глухая тишина. И потом… тихий, почти хриплый шепот:
– Я не уйду. Не могу. Я пытался забыть тебя. Долгие годы, я старался выкинуть тебя из головы, но когда сегодня увидел, то понял, чувства не прошли.
  
Я стиснула зубы. Поднялась с пола и прижалась лбом к двери.
– Ты что думаешь? После всего того, что натворил, я вот так просто впущу тебя в нашу жизнь. И мы заживем счастливой семьей. Нет, Данила. Этого никогда не будет.
– Я изменился. Я вырос.
– И я изменилась. И больше не позволяю вешать себе лапшу на уши. Так что даже не пытайся.
  
Глава 9
 
Больше у меня не было желания разговаривать с Кораблевым. Бесполезно. Он не слышит меня, не понимает. Не уходит. А я устала.
Зайдя к себе в комнату, я медленно опустилась на кровать и накрылась одеялом.
Я больше не плакала.
Не думала.
Я просто закрыла глаза и отключилась в надежде, что Кораблев больше не станет звонить или стучать в дверь и все-таки уйдет и не вернется.
Когда с утра раздался звонок в дверь, все во мне взбунтовалось. Я решительно подошла к двери распахнула ее и собиралась уже наподдать хорошенько этому мерзавцу, но на пороге оказалась София. С потрепанной свадебной прической и в спортивном костюме. С двумя крафтовыми стаканами с кофе и бумажным пакетом в руках.
– Ты что тут забыла? – спросила я сбитая с толку, совершенно не ожидая увидеть подругу в восемь утра, еще и после брачной ночи.
– Приехала поддержать тебя, конечно, – София прошла в квартиру, отодвигая меня в сторону, и направилась на кухню. Я молча прикрыла за ней дверь. – А еще я дуюсь на Виталика. Когда он рассказал мне о том, что выдал твой адрес, я готова была его прибить. Ой, Аленка еще спит? – я кивнула, и подруга перешла на шепот. – В его оправдание скажу, что он ничего не знал о вас и у него и мыслях не было, что тебя и Данилу могло, что-то связывать, – София достала из пакета шоколадные кексы и, плюхнувшись на стул, сделала глоток кофе. – Рассказывай. Он был тут?
– Был.
– И что он хотел? – подруга откусила кекс, и на ее лице остались крошки. Я подала ей салфетку.
– Я не знаю. Нес какую-то чушь про любовь, которую испытывает ко мне. Оправдывался, что для него наши с ним отношения переросли во что-то большее, чем просто спор, – отпила кофе, и во рту остался горький привкус. – Думает, что я поведусь на это, – я сделала глубокий вдох и выдох. – Честно, я надеялась, что мы никогда с ним не встретимся и он ни о чем не узнает. И что теперь мне делать? Ума не приложу. Я только выплатила ипотеку, и наверно, придется продать квартиру, и уехать туда, где Кораблев меня не найдет. Может, за границу? Наверно лучше сдать эту квартиру и жить на эти деньги в Гоа. Или…
– Погоди, – перебила меня подруга, и я уставилась на нее. – Я думаю, это не прокатит. Что-то чует мое сердце, Данила все равно найдет тебя, ведь с тобой его дочь.
– По документам нет, – упрямо ответила я.
– Это дело времени. Он возьмет и через суд добьется, чтобы его признали отцом. Кораблев крутой адвокат, и ему не составит труда это сделать.
Я поставила стакан на стол и прижала пальцы к вискам.
– Как адвокат? Он же учился на моем факультете.
– Виталик сказал, что Данила перевелся в другой университет. И решил, что туризм его совсем не привлекает. Пошел туда только потому, что у его отца туристические агентства, а ему всегда была ближе юриспруденция.
– Чтобы защищать таких же отморозков, как и он?
– Нет, насколько мне известно, компания Данилы специализируется на защите несовершеннолетних. С этого много не заработаешь, но ему приносят деньги туристические агентства отца. Кораблев поставил туда управленцев и имеет хороший доход. Поэтому тебе не следует принимать необдуманные решения. А лучше… Как мне кажется, дать Даниле и Аленке возможность общаться.
– О чем ты говоришь? Ты сама себя слышишь? Вот ты бы разрешила общаться Владику со своим настоящим отцом?
– Я, нет, – с ужасом ответила София. – Но только потому, что его отец поднимал на меня руку. И поэтому я на пушечный выстрел бы не подпустила этого козла к Владику.
– А этот поспорил на меня, – поднявшись со стула, я подошла к окну и сложила руки на груди.
– Верно, но, возможно, он и впрямь влюбился? Помнишь, есть куча фильмов, где все так и происходит. И романов.
– Ага, и их героини стройные красотки. А не толстушки, как я. И мы не в фильме. И тем более не герои какого-нибудь романа.
  
Глава 10
 
Данила не давал о себе знать четыре дня. И если честно, я безумно рада этому. Наверно, он понял, что для всех будет лучше, если мы продолжим жить как жили. Отдельно друг от друга…
– Водичка?
– Есть.
– Печеньки?
– На месте.
– Морковные палочки.
– Взяли, – отрапортовала Аленка, осматривая содержимое своего маленького рюкзачка в виде обезьянки. – Поехали, – застегнув молнию, дочка накинула его на плечи и выйдя в коридор, надела на голову шлем.
Поехали…
В этом году я научила Аленку кататься на двухколесном велосипеде. Заодно и себе приобрела горный велосипед, ярко-желтого цвета, чтобы мы могли с дочерью гонять вдвоем.
Наши вечера теперь все похожи: поужинали, собрали рюкзак, надели кроссовки – и поехали. Иногда в парк, иногда, как сегодня, – до усадьбы. Там спокойнее и есть речка. Мы садимся на лавочке, болтаем и перекусываем. А когда возвращаемся домой, быстренько моемся и сразу спать.
Наши вечерние поездки благоприятно влияют на сон, обычно Аленку трудно уложить, но после катания на велосипеде, ей достаточно опустить голову на подушку, как она сразу засыпает…
Мы свернули с асфальтированной дороги и поехали по тропинке сквозь высокие сосны. Аленка спереди, а я, чтобы видеть ее, сзади.
– Не устала? – спросила я, наблюдая, как дочка упорно крутит педали.
– Не-а. Давай, догоняй.
– Маленькая батарейка, – проговорила тихо и улыбнулась.
Мы проехали по тропинке и выехали к небольшой старинной беседке. Сюда мы еще не заезжали, обычно по другой дороге едем.
– Может, сегодня здесь перекусим? – спросила дочка и, бросив велосипед, зашла в беседку, прыгнула на скамейку и начала выгружать содержимое своего рюкзачка на стол. – Тут так интересно. И красиво.
– Точно, и мне нравится, – я слезла с велосипеда и поставила его на подножку.
– Мам, глянь! – радостно выкрикнула Аленка, посмотрев мне за спину. – Данила приехал!
Дочка слезла со скамейки, схватила морковку и побежала к Кораблеву.
Я обернулась и окинула его недовольным взглядом.
Так! Значит следил за нами.
Данила слез с синего велосипеда и улыбнулся дочери.
– Привет, – сказала ему Аленка, подняв голову. – Ты приехал!
Он присел, чтобы быть с ней на одном уровне.
– Конечно. Обещал же.
Я нахмурилась.
– Ты ей что-то обещал?
Он посмотрел на меня спокойно.
– Да. Обещал, что если она позовет – приеду.
– Позвала?
Аленка обернулась ко мне и кивнула.
– Да!
– Когда?
– Мы же на свадьбе танцевали. Помнишь? Я ему сказала, что мы с тобой каждый вечер катаемся на великах. А Данила спросил, можно ли ему тоже покататься? Я сказала: можно. Только надо шлем. Вот он и приехал. И смотри, у него есть шлем!
И она захлопала в ладоши, довольная и счастливая.
– Ну раз так… – только и вымолвила я.
  
– У нас есть печеньки и морковка, будешь? – предложила Аленка.
– С удовольствием.
Дочка взяла Данилу за руку и повела в беседку. А я осталась стоять немного в стороне, прислушивалась к их разговору.
Аленка не переставала щебетать, рассказывая о себе даже то, что не следовало ему знать. Но она не могла остановиться. Как мне кажется, она хочет очаровать Данилу, чтобы он не раз еще появился в нашей жизни…