Эволюционер из трущоб. Том 9 (СИ)

Вышло замечательно. Лезвие горизонтально разрубило правую ногу выше колена. Хлынула кровь и… Мой противник опешил от того, что я не упал. Более того. Постояв пару секунд, я шагнул вперёд. Да, кость срослась не до конца, но мой вес выдерживала с лихвой. Хвала химерической регенерации!
— Как ты…? — прошептал Остап за долю секунды до того, как на него набросились тени.
О-о-о, да! На крыше было полным-полно мест, в которых прятались чёрные сгустки, подвластные моей воле. И прямо сейчас тени, свернувшиеся в тугие канаты, захлестнули руки и ноги парня, а вместе с этим и его шею.
  
— Да, как-то встреча после долгой разлуки не задалась. Я надеялся, что мы всплакнём, вспомнив былые деньки, поговорим по душам и найдём общий язык. Но, видать, зря я на это рассчитывал, — огорчённо проговорил я, подходя ближе к Остапу.
Парень висел в метре над землёй. Руки и ноги растянуты в разные стороны, скрежещет зубами, рычит, пуская пену, по подбородку струится кровь, текущая из носа, а в глазах… Нечто, что я назвал бы фанатизмом. Такой же взгляд я видел у фанатиков пепельного культа в Дреморе. Они верили, что в наш мир можно призвать бога, который наведёт порядок и одарит каждого верующего безграничной благодатью.
А что на деле? Эти полудурки принесли в жертву десятки миллионов человек. Более того! Ритуал Призыва оказался успешен. Правда, они призвали не бога, а древнего лича, запечатанного в изолированном пласте реальности. Стоит ли говорить о том, что весь пепельный культ обратился нежитью? Да, времечко было паршивое, и сил на то, чтобы перебить эту нечисть я потратил массу.
Вот и сейчас я смотрю в глаза Остапа и не вижу в них разума, вижу только… Остап расплылся в хищной улыбке и щёлкнул пальцами. Слева и справа от меня материализовались два огненных элементаля. Один из элементалей обладал поистине выдающимися формами. Округлая попа, увесистая грудь, смазливая мордашка. Огнёв был бы в восторге! Правда, характер вздорный.
Элементали тут же бросились в атаку. По их движениям было заметно, что они не пытаются меня убить, лишь покалечить. Элементали атаковали руки, ноги, при этом дальнобойные атаки не использовали вовсе. Видимо, Остап надеялся, что они сумеют сбить мою концентрацию, позволив своему хозяину вырваться на свободу, но… Вот же, гад. Вырвался.
Пока я уворачивался от десятков ударов, сыплющихся на меня со всех сторон, Остап использовал магию ветра и рассёк теневые путы. Парень рухнул на бетонную крышу и шумно задышал. Видать, я немного перестарался и слегка придушил его. Ну и ладно. Может, хоть так он поумерит свой пыл.
— Михаил. Даю тебе последний шанс пойти со мной по-хорошему. Иначе…
Договорить он не успел. Игра с элементалями мне наскучила, и я использовал доминанту «Поглощение пламени». За долю секунды с элементалей слетело всё огненное убранство, оставив лишь два тонких угольно чёрное тела, да и они через мгновение осыпались прахом.
— Нет, Остапка. Это ты пойдёшь со мной и всё мне расскажешь о своём папаше, — хищно улыбнулся я и потянулся к магии Земли.
Бетон, на который опирался Остап, пошел рябью, и руки парня тут же утонули в серой жиже, после чего бетон обрёл свою былую прочность.
— Ты всё равно пойдёшь со мной! — срывая глотку, закричал Остап.
— А вот это ты зря. Такими воплями, чего доброго, разбудишь Гаврилова, а он из тебя с радостью всю дурь выбьет, — сказал я, покачав головой, и направился к мальчишке, которого совсем недавно считал другом.
— Ты пожалеешь, — прошипел Остап, силясь вырваться.
— Я? Пожалею? Остап, у тебя нет козырей в рукаве. Полагаю, что именно профессор Преображенский одарил тебя доминантами: «Альпинизма», «Эмпатии», «Эластичных связок», «Психологической адаптации», «Абсолютной памяти», «Магии Воздуха», доминантой «Чистый лист», судя по всему, именно благодаря ей ты и воскрес. «Магией призыва», а также доминантой «Жнец душ». Если честно, то я до сих пор не понимаю, почему ты не призвал десятки тварей, души которых ты поглотил с помощью Жнеца.
— Хотел оставить этот козырь в рукаве. Но, видимо…
Остап в очередной раз не смог закончить фразу. За моей спиной громыхнула дверь, заставив обернуться.
— Мишка, какого хрена тут… — начал было выскочивший на крышу Серый и осёкся.
Вместе с Серым на крышу выбежал и Артём.
— О… Остап? — неверяще спросил Артём, приоткрыв рот от удивления.
— Рад встрече, ваше благородие, — ухмыльнулся Остап, а в следующее мгновение вокруг нас стали появляться фиолетово-чёрные пространственные дыры, из которых полезли разнообразные твари.
У всех без исключения существ была антрацитово-чёрная кожа, они не издавали звуков, лишь двигались, падали на крышу, трясли головами и зыркали на нас, скаля пасти.
— Остап! Я думал, ты мёртв! — выкрикнул Артём, не обращая внимания на происходящее вокруг.
— Мёртв? — усмехнулся Остап. — Можно и так сказать. Через шесть лет и двести двадцать семь дней я и правда буду мёртв, если не подохну раньше. — Голос Остапа дрогнул, как будто он испытывал ни с чем не сравнимую боль. В следующую секунду с лица парня пропали все эмоции и он сухо сказал. — Взять их.
Четыре десятка тварей молниеносно выполнили приказ и бросились в атаку. Чёрные, поблескивающие в лунном свете зубы клацнули, пытаясь перекусить мою берцовую кость. Я оказался быстрее. Резко поднял ногу и опустил её со всей силы на череп твари. С хрустом голова вервольфа лопнула, разметав по крыше зловонное фиолетовое месиво.
Слева от меня пронеслась волна пламени, объяв сразу десяток тварей. Пара гарпий, неистово лупя крыльями, помчались прочь, озаряя ночь огненными всполохами. Серый призвал топор и кромсал чёрных сущест,в словно мясник на бойне. Одним словом, рубилово происходило знатное.
Зазевавшись на долю секунды, я едва не стал калекой. С небес на меня обрушился птерос. Незатейливо, грубо, прямолинейно. Он рухнул сверху, пытаясь придавить, а вместе с этим — переломать мне кости. Уйдя в перекат, я позволил птичке на всём ходу врезаться в бетонную крышу. Удар вышел такой силы, что клюв твари проломил бетон, а сам птерос погиб, возможно, от сотрясения мозга. Конечно, если у него был этот самый мозг.
Я почувствовал мощные всплески маны. Бурной волной они накатывали на меня, обдавая лицо сильными порывами ветра. Взгляд моментально зацепился за Остапа. Ветряными лезвиями он пытался прорубить бетон, чтобы освободить свои руки. Мелкая крошка летела во все стороны. Остап даже не планировал экономить ману. Щедро тратил её без остатка. С хрустом он выдернул правую руку из бетона.
— Как будто я дам тебе сбежать, — оскалился я и рванул к Остапу, уворачиваясь от острых клыков призванных тварей.
Удар наотмашь. Вервольф отлетает к краю площадки. Его задница рухнула в пропасть, а острые когти передних лап стали беспомощно царапать крышу, пытаясь удержать псинку от падения. Слева в мою сторону метнулась гарпия, выставив перед собой две куриные лапы. Долететь она так и не сумела. Молния сорвалась с моих пальцев, превратив птичку в жаркое.
Шаг, ещё один. На лице Остапа проступило изумление, смешанное со злостью. Протянув руку, я схватил его за предплечье и краем глаза заметил, что в воздухе формируются два ветряных клинка. Воздушные завихрения засвистели со страшной силой, готовясь в любое мгновение сорваться с места.
Вот же, морока. Было бы намного проще убить Остапа. Но я не хочу этого делать. Мысленно отдал приказ «Ут, активировать модификатор похитителя!».
В следующее мгновение всё пошло совсем не по плану. Я был уверен, что ветряные лезвия атакуют меня, стараясь отрубить руки или ноги, но они молниеносно устремились… к Остапу. Первое лезвие отсекло правую руку парня по локоть, второе лезвие срезало левую кисть.
  
Я изумлённо уставился на правую руку Остапа, которую продолжил держать. Вот же, сумасшедший ублюдок. Хотя, чего я удивляюсь? Видимо, у него имеется доминанта, позволяющая отрастить новые конечности, раз он ими так разбрасывается.