Легион. Трилогия (СИ)

– Ты скажешь это своим, – глядя прямо в глаза человеку ответил переводчик. – Мы не враги.
Вот оно в чём дело. Клим, кажется, начал понимать суть происходящего. Пришельцы опасаются, что в свете последних событий сорвётся для чего-то необходимое им перемирие и, действуя на опережение, пытаются этого не допустить.
– Я передам, – одним большим глотком допив остывший кофе, пообещал лесник. – Только решать всё равно буду не я.
– Знаю, – благодарно кивнул ОмКёрст и, встав из-за стола, пошёл к распахнутой настежь калитке. Вдруг неожиданно остановился и повернулся к человеку. – Мы освободим пленных и поможем в войне.
При этих словах у Клима чуть потеплело на душе. Ребята, находящиеся в заложниках у зоргов были его личным крестом. И если пришельцы не обманут, он наконец-то сможет вздохнуть свободно.
***
В задачу генерал-майора Шаврукова входило усиление охраны периметра силового барьера. Командование небезосновательно опасалось попытки пришельцев покинуть занятый плацдарм и, прорвав кольцо, выдвинуться навстречу своей армии.
Так же, сделав вывод из доклада подполковника Одинцова об аномально быстром разложении трупов, в обязанности Петра Семёновича вменялось создание санитарно-эпидемиологического лагеря, куда на карантин поместят всех эвакуированных жителей города. Сейчас же они находились практически на открытом воздухе, проведя ночь во временных палатках и автобусах.
Военные старались до минимума сократить контакт с потенциально инфицированными людьми и при необходимости надевали костюмы химической и бактериологической защиты, чем немало нервировали прибывающих в неведении людей. А утром из Москвы прибыла первая группа военных медиков и мобильная лаборатория.
Мало Шаврукову было этих проблем, так с подачи Саврасова добавилось ещё.
– Вот только этого мне сейчас и не хватало для полного счастья, – недовольно проворчал генерал на сообщение друга, что оставшийся внутри барьера майор Климов передал весть от пришельцев. Не любил Пётр Семенович, когда выполнению чётких приказов мешала неопределённость – враг перед тобой или нет.
– В знак своей дружбы они согласны отдать нам пленных ополченцев, – добавил Николай Григорьевич. – И заверяют, что могут оказать военную помощь в борьбе против своих земляков.
Знать здорово их припекло раз они готовы пойти на такие условия. Боятся, что новая армия пришельцев до них доберётся? Вполне вероятно. А учитывая соотношение сил рассчитывать на победу им не стоит. Вот только российские войска не позволят просто так разгуливать на своей территории всяким там мутантам и если сидящие за силовым барьером зорги этого не понимают, можно на этом сыграть.
– По-любому это не нам решать. Доложим в генеральный штаб, и что там прикажут, то и будем делать, – Шавруков, как и положено спихнул ответственность по инстанциям.
– Уже доложили, – уведомил командира корпуса вошедший в палатку полковник Кудрявцев и невольно услышавший окончание фразы генерала.
Пётр Семёнович недовольно покосился на представителя министерства обороны. В последнее время полковник взял дурную моду появляться в неподходящее время и, что характерно, без доклада. Надо серьёзно поговорить на эту тему с вахтенным офицером. Ходят тут всякие, как к себе домой.
– Вы Денис Сергеевич, как всегда выше головы прыгаете, – не скрывая раздражения, прокомментировал слова офицера Шавруков, намекая, что тот младше его по званию.
Но прежде чем Кудрявцев успел сообразить, что ответить генералу Саврасов задал свой вопрос:
– Откуда у вас эта информация? – разведчику сильно любопытно было узнать, как полковник выяснил о деталях сообщения Клима.
– Это не важно, – как ни в чём не бывало, отмахнулся от генерала Денис Сергеевич. Самоуверенности полковнику было не занимать. Чтобы вот так в наглую игнорировать начальника разведки нужно иметь очень серьёзных покровителей в Москве. – Командование решило идти на контакт. Скоро вам придёт письменная директива.
Значит всё же друзья. Посмотрим, что из этого выйдет. В крайнем случае, не имея более сдерживающего фактора в лице мирных жителей, по базе пришельцев всегда можно нанести ракетный удар.
  
– По-хорошему надо бы прочесать периметр в поисках уцелевших, – Саврасов словно прочитал мысли Шаврукова. – Одинцов, Климов и ещё пара бойцов, что сейчас сидят на карантине, вполне могут это сделать.
Николай Григорьевич обращался непосредственно к командиру корпуса, но представитель министерства обороны и тут влез со своими пятью копейками:
– Нет, – резко высказался полковник в приказном тоне, словно имел право приказывать генералам. Или имел? – Никаких операций на оккупированной территории. Это может спровоцировать зоргов на необдуманные действия. Майор Климов останется за барьером, и будет выполнять обязанности посредника между нами и пришельцами, а также осуществлять разведку.
Кудрявцев, похоже, вообще берега попутал. Но справедливости ради стоит отметить, что он дело предлагал.
– Что скажешь, Пётр Семёнович? – обратился к Шаврукову разведчик. Кем бы полковник себя ни возомнил, последнее слово всегда за командиром.
– Так и сделаем, – после недолгих раздумий подытожил генерал-майор. – Денис Сергеевич, не смею вас больше задерживать.
Кудрявцев удовлетворённо кивнул и покинул общество генералов.
***
На серокожих ублюдков Кирилл наткнулся совершенно случайно. Как такое могло произойти, что они раньше не заметили друг друга не понятно. Точнее, со стороны молодого человека, это было вполне простительно, но вот чтобы обученные вражеские солдаты проморгали противника – это уже был косяк.
Вышло так, что Кирилл зашёл в одну из обезлюдивших деревень в поисках продовольствия. Есть хотелось ужасно. До голодного обморока и кругов перед глазами, конечно, ещё было далеко, но на пустой желудок много не навоюёшь. Питаться было жизненно необходимо. Да и с питьевой водой были определённые трудности. Это только в кино можно смело напиться из речки и не получить серьёзного расстройства желудка со всеми вытекающими.
Заходить в деревню совсем не хотелось. Не доставляло удовольствия видеть полуразложившиеся трупы людей и домашних животных. Причём убивали захватчики только собак, оставляя в живых кошек и уводя скотину. Словно наперёд знали, что за хозяина верный пёс может и в глотку вцепиться. Однако голод не тётка, пришлось себя перебороть.
В первом же доме Кирилл наткнулся на труп старика. По крайней мере, парень подумал именно так. Скорее по наитию, ибо точный возраст, как и пол, определить в этом изуродованном гниением теле смог бы разве что только патологоанатом. Возле кровати, на которой лежал мёртвый мужчина, стояла тумбочка, а на ней целый набор таблеток, почти пустой стакан воды и автоматический тонометр. Отсюда следовало, что это был либо инвалид, либо уже довольно пожилой человек. Он даже не мог спастись бегством, чужаки просто вошли в дом и убили беспомощного хозяина.
Дольше оставаться в комнате Кирилл не смог. Неприятное зрелище плюс трупный запах, разогнать который не могло даже распахнутое настежь окно, выгнали молодого человека обратно на улицу.
В следующем доме было примерно то же самое. Семья из трёх человек: мать, отец и подросток, судя по длинным волосам девушка. Все трое находились в сарае на заднем дворе, видимо пытались спрятаться, но не получилось. Пришельцы с истинно арийской педантичностью отыскивали выживших и уничтожали. Подонки.
Естественным желанием Кирилла было уйти отсюда и как можно скорее. Однако парень его переборол. Что толку ходить от дома к дому, если везде будет одна и та же картина, с одной лишь разницей в количестве трупов и мест где они будут находиться?! Твёрдо настроившись, парень решительно пошёл к крыльцу.
И тут фортуна в очередной раз доказала, что молодой помощник фермера является её любимчиком. Не успел Кирилл сделать и пару шагов, как на входной двери скрипнула пружина, издавна выполняющая роль доводчика.
Ещё толком не осознав, что произошло, парень метнулся в сторону и спрятался за бетонными кольцами колодца. Вот ведь как, прошло всего лишь несколько дней с момента вторжения, а тело уже само научилось реагировать на возможную опасность, приобретя необходимые навыки. Это не в учебке, жизнь на грани смерти тренирует лучше любого инструктора.