Легион. Трилогия (СИ)

– Пустой, – выкрикнул Александр, отстёгивая последний рожок.
Чижов обернулся к командиру.
– Держи. Больше нету, – сержант кинул старлею новый магазин.
Чижов отвлёкся всего на несколько секунд, но и этого хватило, чтобы получить в грудь два смертельных ранения.
– Твари, – зло огрызнулся Белов, вставляя рожок. На войне, как на войне. Ценой жизни одних людей спасаем жизни других.
Александр выпустил ещё две очереди и что было сил побежал к машинам, за которыми уже успели укрыться оставшиеся в живых товарищи. Заметив бегущего к ним командира, бойцы прикрыли его скупым огнём. Патронов уже почти ни у кого не оставалось.
Едва старлей добрался до машин, как пришельцы вновь пошли в атаку. На этот раз остановить их было некому. Белов мысленно простился с жизнью. Если вражеские лазеры прожигали стальную пластину и мешки с песком, то сквозь тонкий автомобильный металл пройдут, как нож сквозь масло.
И тут произошло то, чего так ждал Ерошин и во что почти перестал верить Белов. За спиной послышался рёв мотора. Служебный «уазик» на пределах мощности двигателя мчался прямо на людей, и лишь в последний момент, взвизгнув тормозами остановился. Первым из машины выскочил сам Одинцов с пулемётом в руках. Где он его раздобыл, лейтенанту интереса не было, главное, что он был.
Подполковник опустился на землю, поставил своего «Печенега» на сошки и хищно оскалился глядя в коллиматорный прицел.
– Ну, что, ублюдки, держите гостинец от Андрюхи Одинцова.
И серокожие мутанты на своей шкуре познали лишь малую толику военного потенциала людей. Шквал крупнокалиберных свинцовых пуль безжалостно косил врагов, разрывая мясо и ломая кости. К пулемёту разведчика присоединились «Абакана» эмчеэсников. Те, по наказу подполковника, стреляли скупыми короткими очередями, придирчиво выбирая цель.
Противник залег, пытаясь огрызаться в ответ, но получалось это слабо и неуверенно. Не ожидая подобного огневого натиска, солдаты врага оказались деморализованы. И как только пулемёт замолк, требуя перезарядки, захватчики побежали прочь.
Одинцов от досады зло скрипнул зубами. Сюда бы систему бесперебойного боепитания «Скорпион», всех бы в капусту нашинковал. Но чего нет, того нет. Пусть бегут, преследовать не будем. Главное отбились, уже хорошо.
– Раненых срочно в больницу, – распорядился начальник обороны города. – С ними один шофёр, там есть, кому встретить. Все остальные кто ещё в силах мне нужны здесь. Потерпите парни, скоро вас тоже сменят.
Возражений не последовало. Каждый понимал, что так надо, что больше некому. И ещё была слабая надежда, что получив жёсткий отпор, враг больше не полезет. По крайней мере, в ближайшее время. А там уже придёт свежая смена. Вот только где её взять Андрей Викторович даже не представлял.
– Ты здесь, откуда взялся? – грозно нахмурив брови, поинтересовался Одинцов, повернувшись к старшему лейтенанту.
– Стреляли, – с трудом разомкнув пересохшие губы, глухо ответил Белов.
– Понятно, – подполковник был зол и в другое время Александр обязательно бы занервничал под его тяжёлым взглядом, но сейчас ему было всё равно. Андрей Викторович это прекрасно понимал и решил оставить разбор полётов на потом. – За то, что самовольно покинул вверенную тебе позицию, я с тебя ещё спрошу. А сейчас… спасибо.
Одинцов протянул старшему лейтенанту руку. Белов отрешённо её пожал.
***
ОмГиорн сидел на деревянном ящике и отрешённым взглядом изучал надписи на стене выполненные на незнакомом языке местными аборигенами. Капитан не знал, какую смысловую нагрузку они несли, но это его и не интересовало. Он думал о своём поражение, всё остальное было лишь фоном.
Как такое могло произойти? Он боевой офицер непобедимых имперских легионов не смог сломать сопротивление гражданских ополченцев в несколько раз уступающих в численности его отряду. Позор и бесчестие, которое можно смыть только кровью врагов. Захватить населённый пункт для капитана отныне стало принципиально важно. Как и для генерала.
ОмГиорн не стал утаивать от командования свои неудачи и первым делом, как только потрёпанные легионеры вернулись на свою временную базу, тут же доложил обо всём командующему. Как и ожидалось, ОмКрасс впал в бешенство, кричал на подчинённого и грозил самыми немыслимыми карами. Когда же порыв праведного гнева иссяк, и к генералу вернулось здравомыслие, он принял стойкость защитников города за брошенный лично ему вызов. А подобной дерзости командующий Шестым Имперским легионом не прощал никому и никогда.
  
Так в распоряжение ОмГиорна были отправлены дополнительные силы, а сам капитан получил приказ в течение двух суток взять город или повеситься на любом приглянувшимся ему дереве.
– О чём задумался командир? – к капитану подошёл лейтенант ОмВарт.
ОмГиорн тяжело повернул голову в сторону своего заместителя. Полностью погрузившись в свои мысли, он не сразу смог переключиться на разговор.
– Решаю, как нам выполнить приказ, – наконец ответил офицер. – Может, что посоветуешь.
ОмВарт отрицательно покачал головой. Город людей оказался неожиданно твёрдым орешком, к тому же имеющим неплохую огневую поддержку. Тут без вдумчивого анализа не обойтись, раз уж не получилось взять его с наскоку.
– Всё ещё считаешь, что зря скомандовал отход? – капитан припомнил, как яростно возражал против этого лейтенант.
– Мы бы их раздавили, – не стал отказываться от своих слов ОмВарт.
– Только какой ценой? – ОмГиорн не хотел подвигов в духе Великого Противостояния, когда командование без раздумий бросало солдат в самое пекло, и жизнь простого зорга ничего не стоила. По мнению историков в той войне сгинуло почти восемьдесят процентов населения планеты, а климат настолько испортился, что былую красоту природы теперь можно увидеть только на чудом сохранившихся произведениях искусства довоенных лет. – Я не готов пойти на такие жертвы.
Бывший майор лишь развёл руками, мол, ты командир тебе и решать.
– Что сказал генерал? – ОмВарт знал, что капитан докладывал о провале операции командующему, но при самом разговоре не присутствовал. Связь осуществлялась по закрытому каналу.
– Дал два дня и выделил тридцать четыре тройки в подкрепление. Всё, что он смог собрать. Даже лагерь остался почти без прикрытия.
– Нас здесь так мало?! – удивился лейтенант. Как и весь младший офицерский состав, он был не в курсе точной численности военного контингента присутствующего на плацдарме. – О какой экспансии может идти речь с такими силами?!
ОмГиорн покосился на товарища. ОмВарт и сам уже понял, что на эмоциях сказал лишнего, испуганно оглянулся и, не заметив лишних ушей облегчённо выдохнул.
– Не нам оспаривать решение командования. Наше дело выполнять приказы, – капитан вкрадчиво напомнил лейтенанту букву устава и вновь вернулся к теме разговора: – Прорываться на этом участке больше не будем. Противник совсем не дурак и усилит пост.
– Я сделал бы также, – согласно кивнул помощник. – Считаю разумным пощупать оборону в других местах.
ОмГиорн уже думал об этом и в итоге решил отказаться от подобной затеи. С таким подходом к их решающей атаке будут готовы на любом направлении. Лучше усыпить бдительность и ударить там, где не ждут.
– Поступим иначе, – командир встал с ящика и, сделав несколько привычных отработанных движений, размял затёкшие мышцы. – Атаки на этот пост не прекращать, но действовать малыми силами. Пошумели, отошли, опять пошумели. На других направлениях только разведка. Необходимо найти слабое место в обороне или обходные пути, минуя заставы.
– Долго, – высказал свои сомнения бывший майор. В отличие от осторожного капитана лично он предпочитал тактику старой школы – решительным натиском сломать хребет сопротивления и дальше уже добивать рассеявшихся врагов.
– Время пока есть, – командир подошёл к окну. Посмотрел сквозь единственное сохранившееся стекло в деревянной раме на суету во дворе занятого ими завода. Побитые легионеры приходили в себя. Кто-то просто отдыхал, кто-то чистился и проверял амуницию, специально обученные зорги хлопотали возле раненых, которых оказалось неожиданно много. – Уроды!