Не та война (СИ)
Александр Михайлович был ошарашен предложением Небогатова, который литерным поездом приехал в Дальний. И прямо в вагоне, куда он пригласил Сандро, ошарашил того предложением перехватить построенные англичанами для японцев корабли, и потопить их торпедами, осуществив внезапное нападение. Если бы кто другой предложил подобное, Сандро счел бы его сумасшедшим, настолько это отдавало жуткой авантюрой. Но чтобы выдержанный и спокойный Небогатов настаивал на таком варианте действий — вот тут следовало серьезно задуматься.
— Я ведь к вам проездом через Мукден, Александр Михайлович, и говорил с фельдмаршалом, — Небогатов усмехнулся, пожав плечами. — И получил от его императорского высочества ответ, что это дело хоть и полезное, и он его запрещать не будет, но и письменного разрешения не даст. А еще сказал, что занятие крайне рискованное в виду возможной огласки, которую не следует допускать. Но раз японцы сами готовятся к новой войне с нами, скрыть приготовления невозможно, то их следует упредить!
— Ах, вон оно что, — пробормотал великий князь, и фыркнул. «Лукавый» фактически решил начать собственную войну с японцами, уже на свой страх и риск. Но заранее «подстелил соломку» — устно одобрив план Небогатова, в любой момент мог «открестится» от действий командующего флотом. Однако такое только в одном случае возможно — если будет неудача, возникнет огласка и разразится международный скандал. А так ничего зазорного в ночном нападении «Николаша» не видит — японцы ведь так и действовали в январе позапрошлого года, напав ночью на Порт-Артур и торпедировав там броненосцы «Цесаревич» и «Ретвизан» с крейсером «Паллада». А уже утром напали на стоявший в корейском порту Чемульпо крейсер «Варяг», с которым погибла канонерская лодка «Кореец».
Теперь все возвращается на круги своя — если новая война неизбежна, то следует напасть первым и свести старые счеты. Петербург поневоле объявит войну Японии — иначе просто не может быть!
— Тогда и я присоединяюсь к мнению его императорского высочества, — Александр Михайлович наклонил голову в знак согласия. — Что мне надлежит выполнить, ваше превосходительство?
— У вас в подчинении новые минные крейсера германской постройки и с их же торпедными аппаратами в восемнадцать дюймов. Вот план операции, извольте с ним ознакомиться — ваше мнение очень важно.
Александр Михайлович взял листки и быстро пробежался взглядом по напечатанному тексту. И восхитился замыслом — два лайнера под нейтральными флагами сопровождают отряд из четырех новейших минных крейсеров, на которых будет поставлена третья фальшивая труба. И следуют оные без флага, в случае необходимости поднимают цвета кайзерлихмарине или Ройял Нэви — беспримерная наглость, к слову!
«Лайнеры» проводят предварительную разведку, на них установлены мощные германские радиостанции, на которые уже перешел русский флот — все адмиралы уже уяснили всю полезность дальней и устойчивой радиосвязи. Минные крейсера, получив с них уголь, ждут своего часа — они и встретят идущие с Англии броненосцы. А там все зависит от опыта капитана и выучки команд — всего одна торпеда с мощным зарядом новой немецкой взрывчатки может, если не отправить на морское дно огромный корабль в шестнадцать тысяч тонн водоизмещения, то причинить ему достаточно серьезное повреждение, которое не позволит ему добраться до берегов Страны Восходящего Солнца. Удачей будет приткнуться к берегу близь лежащего острова, а счастьем добраться в одну из гаваней, и там дожидаться ремонта, который продлится долгое время. А там все зависит от Токио — если намек правильно примут, то выполнят условия мира, если нет, то война начнется в более выгодной для русского флота ситуации.
Авантюра⁈ Еще какая — неимоверно дерзкая!
Адмирал Брусилов рассчитал все точно — в Дальнем и Порт-Артуре собрана 3-я Тихоокеанская эскадра, которую вице-адмиралом Чухнин привел сюда вместе с ним. Ее называли «черноморской», так как ядром послужили броненосцы «Три Святителя», «Ростислав» и флагман вице-адмирала Чухнина, новейшей постройки «Князь Потемкин-Таврический», на котором прошлым летом была предотвращена попытка мятежа. С ними прошли Босфор и Дарданеллы два новых, как говорится с «иголочки», бронепалубных крейсера 1 ранга, построенных по типу «Богатыря» — «Очаков» и «Кагул». А сопровождением пошли три старых канонерских лодки и полудюжина новых эскадренных миноносцев — Черноморский флот разом лишился половины своего состава, причем лучшей.
Сам великий князь Александр Михайлович привел с Балтики оставшиеся корабли, не успевшие войти в состав 2-й Тихоокеанской эскадры. Два броненосца — новейший «Слава» и старый «Император Александр II», на который установили новые котлы, но не заменили артиллерию, за неимением новых орудий. В отряд включили четыре новейших минных крейсера с германскими пушками и торпедными аппаратами, и три дестройера русской постройки, последние из оставшихся, которых постоянно преследовали поломки. В отряд включили броненосную канонерскую лодку «Грозящий», к которой присоединился на Средиземном море «Храбрый» — такая же канонерка, но мореходная, с новой артиллерией.
Он сам держал свой флаг на отремонтированном броненосном крейсере «Память Азова», фактически старого фрегата. С него убрали одну мачту и срезали часть надстроек, установив к двум еще три устаревших 203 мм пушки Обуховского завода, и заменив шестидюймовые на новые 120 мм орудия. А вот другой крейсер — «Адмирал Корнилов» перехода не выдержал, слишком одряхлел за долгие годы службы, и вернулся обратно в Кронштадт, где присоединился к ветхому «Петру Великому», что на страх врагам был переведен в класс эскадренных броненосцев. И все — Балтика окончательно опустела, на море остались совсем древние корабли вроде переименованных в броненосцы береговой обороны «адмиралов», или ветхих плавучих батарей с канонерскими и броненосными лодками викторианских времен. По поводу «Не тронь меня» — русские моряки давно и грустно шутили, добавляя вторую часть уже неофициального названия, весьма печального — «а то развалюсь». Имелись еще старые миноносцы, которым можно было выходить в море исключительно в штиль — иначе могли просто утонуть.
Но все же дошли до Дальнего Востока, пусть и пришли тогда, когда война закончилась. И не зря — теперь снова воевать придется. Благо эскадра усилилась старым броненосцем «Наварин», героически сражавшимся в Цусиме под флагом адмирала Фелькерзама. Также перешли в Дальний единственный уцелевший броненосец береговой обороны «Адмирал Ушаков» и крейсера — «богини» со «Светланой». Да здесь в Дальнем, и в Артуре, благо привели доки с заводом в порядок (японцы их сами использовали и не успели взорвать), спешно ремонтировали «Полтаву», «Баян» и «Палладу», а с ними с десяток мелких кораблей и миноносцев. Жаль только, что на это потребуется много времени, а война ждать не будет…
«Память Азова» после модернизации…
Глава 7
— Все продумали, кроме одного — на лайнере должны быть женщины и дети, и обязательно китайцы в прислуге, а у англичан негры! Теперь «рожайте» их как можно быстрее, пока не встретились с «нейтралом», они мимо Чифу снуют один за другим, как заведенные. Придумайте что-нибудь — наши матросы завсегда смекалкой отличаются!
Эссен выругался в три загиба, однако все недовольство было обращено втуне — он понимал, что сам допустил оплошность, не предусмотрел. Да тут с ума сойдешь, получив всего три дня на подготовку огромного вспомогательного крейсера к выходу. И при этом соблюдать полную маскировку — формально в море должен был уйти один-единственный лайнер, оказавшийся в порту. Война с японцами как полгода закончилась, и держать в тихоокеанских водах быстроходные корабли под Андреевским флагом не было смысла. Министерство финансов и сам председатель совета министров потребовали перевода бывших лайнеров, большинство из которых было куплено во время войны в Германии, к мирной рутинной работе, или продать их обратно, и на этом получить деньги, проведя пресловутую «экономию».