Империя (СИ)

Мне больше всего нравился вариант, где основная часть моих сил займётся штурмом промышленного мира вместо роя неуправляемых зергов. Также я хотел отправить часть сил к Джиму на флот к Мэтту Хорнеру, если получится, даже вместе с кораблями. Мы будем постепенно переманивать этого благородного корсара на тёмную сторону, используя не только печеньки, желательно вместе с опытными экипажами, параллельно обучая свои силы. Нам очень нужен один успешный флотоводец, который водит за нос флота немаленького государства терранов.
Вообще, у нас была особая директива привлекать выдающихся личностей из людей всеми силами с последующей ассимиляцией. Схема уже отработана, нам нужны мозги и профессионалы своего дела. Кроме того, увеличение численности за счёт ассимиляции людских масс — неплохая идея. Конечно, мы никого не будем принуждать, но ещё перед вылетом лисицам была поставлена задача агитировать более-менее достойную часть населения получить наше гражданство со всеми последствиями. А там уже гены верности, и наш социум переварит человеческие массы, и они вольются в семью, став нашей частью. Удачный пример у нас уже есть — вон он стоит в стороне, крутя усы над корявой картой сектора.
Через пару дней наконец пришёл сигнал от флота Керриган. Она рвалась немедленно отправиться спасать своего возлюбленного, но мне пришлось долго уговаривать её подождать неделю-другую, пока мы не объединим наши силы. Тогда к ней подойдут левиафаны Калисы, что усилит её рой. Мы же с проводниками отправим свои силы захватывать промышленный мир, а я со своим флотом и флагманом буду следовать за ней. Ещё я прихвачу небольшую флотскую группу, которую постараюсь передать Джиму, впихнув ему на обучение и воспитание свою молодёжь.
С трудом уговорил девочку потерпеть ещё немного. Большую часть управления я скинул на Андерсена и основной офицерский состав. Сам спустился на мир, который активно застраивали и терраформировали. Система и так была похожа на рассерженный улей: огромная масса военного и инженерного флота носилась от планеты к планете, велась разведка соседних систем, строились аванпосты вне системы, чтобы нас не застали врасплох, случись что.
Я же в недавно отстроенном комплексе, оставшись один, привыкал к новым телам. Первый раз, когда я перекинулся в тело псионика, было сложно совладать с переполнявшими меня мыслями и были проблемы с контролем. Будь кто рядом, мог и прибить. Пришлось в темпе привыкать к новому телу. Как только я свыкся с новыми ощущениями, ко мне прибыли рексы, орки и некоторое количество астартес с небольшим составом вообще всех видов. Началась экспресс-учёба. Я привыкал к телам, учился ходить, применять их особенности и активно учился пси-способностям детей, которые для них были врождёнными. И всё, как правило, на практике. Большую часть учёбы я проводил на арене и только часа три проводил с работой со своим разумом, стараясь привести свой разум к единству. Не всё, что я хотел, я успел, но минимум был выполнен.
Вернувшись на свой флагман, я попрощался с Андерсеном. Тот менял свою приписку со своим штабом, передислоцировавшись на другой носитель типа титана. «Вестник», который станет его флагманом. Его же место займёт дочь. Андерсену предстояло повести основные силы на захват Мистафа 4. Я же со своим флагманом и охранным флотом продолжу следовать за Керриган, всячески ей помогая и притормаживая её порывы. Андерсен же, выйдя на оперативные просторы, начнёт рейды в ожидании целей от нас с Сарой. Немалая часть останется и на охране аванпоста, который мы только начали разворачивать. Ведь Менгск и месть Сары не есть наша приоритетная цель.
Оставив управление на хрупких плечах Амелии, я даже не стал дожидаться ухода в гиперпрыжок. Сразу направился на тренировочные арены, чтобы максимально подготовиться к предстоящим событиям. Единственное, что представляло интерес, было сообщение о том, что Менгск разместил квантовые передатчики в мирах зергов и на их территориях. Я попросил Сару пока не активировать их, чтобы выиграть время. Мы и так знали, что Джим жив, а мне и самому хотелось увидеть Императора.
  
Глава 48
 
Доминион. Часть 2 Тройственный союз
   
Гиперион. Мостик
 
Мостик жил своей обычной жизнью, но весь экипаж был подавлен и пребывал в унынии. Известие о смерти Джима Рейнора сильно подорвало мораль и боевой дух не только экипажа крейсера, но и всей их дружной семьи. Рейдеры Джима переживали не лучшие времена, чувство от трагической потери Джима довлело над всеми, подтачивая их веру в их успех. Валериан, опальный сын Арктура Менгска, хоть и помог им оставаться на плаву, поддерживая в меру своих возможностей и сил, слишком сильно вносил некоторый диссонанс в их сплочённый кровью и честью коллектив. У Валериана были обширные связи с протекторатом Умоджа и множеством частных компаний и небольших сопредельных государств. Благодаря этим связям он содержал весь свой небольшой флот и значительные боевые отряды, хотя небольшим он был только по сравнению с военной машиной Доминиона Менгска-старшего. Многие мелкие государства, расположенные на одной планете, не всегда обладали даже толикой малой вооружённых сил.
Смерть Джима, невероятная сама по себе, была для большинства в команде Гипериона неожиданной и невероятной. Никто, даже Мэтт, в своих худших кошмарах не мог такого себе представить. После множества смертельно опасных ситуаций и смертельных передряг, из которых Джим вышел невредимым, трудно было представить, что его ждёт такая простая и незатейливая казнь. После его смерти рейдеры потеряли свою цель они были в растерянности. Все ранее озвученные цели и планы строились на основе указаний их ныне казнённого лидера, но теперь Мэтт, который стал вместо Джима во главе рейдеров и сам не хотел верить в его кончину, не знал, что делать, привыкнув к роли того, кто выручает, но не возглавляет всех.
Валериан не был тем лидером, которого хотели слушать рейдеры, для них он так и остался сыном их злейшего врага. Было непонятно, что он делает на Гиперионе и какие цели преследует опальный сынок императора, да и был ли он им? Все знали, насколько Менгск коварен и изворотлив в своих манипуляциях, об успехах его тайной службы чистильщиков и опытах на людях все были наслышаны, все имели вполне живой опыт перед глазами. У Валериана был свой личный флот и свои наземные подразделения, но неизвестно, насколько он был хорош в военном деле. Однако, как политик и управленец он оказался на удивление не хуже своего отца.
Мэтт Хорнер снова стоял у тактического стола и размышлял, куда им двигаться дальше. Присоединяться к силам Валериана ему не хотелось, и большая часть его ребят точно бы не поддержала. Джим был стержнем и знаменем их небольшой, но сплочённой и профессиональной армии. Когда его не стало, все растерялись и находились в шоке. Конечно, поначалу у них не было времени погоревать, потому что постоянная погоня и проблемы не оставляли свободного времени, но вот погоня от них отстала, подарив им небольшую передышку с унынием и могильным настроем на какой-либо успех.
Силы Доминиона постоянно преследовали их, и с потерей целостности рой перестал быть той грозной силой. Доминион высвободил большое количество сил, и ранее отложенные амбициозные планы были извлечены из пыльных столов генералов и адмиралов. Свободные колонии и небольшие государства ощутили на себе голодный взгляд проголодавшегося хищника, которому требуются новые ресурсы и силы взамен тех, что были потрачены. Им стало гораздо труднее проворачивать свои дела, а мелкие заказы и наймы, полученные благодаря усилиям Валериана, не спасали общую ситуацию. Никто не хотел навлечь на себя гнев военной мощи Доминиона за малейшее подозрение в связи с мятежниками и пиратами.
Тишину мостика разорвал электронный голос адъютанта, сообщившего: «Неизвестный входящий псионический поток, требуются указания».
Видимо, Сара наконец-то решила вернуться. Три с лишним года от неё не было вестей, но её появление может хоть немного взбодрит рейдеров. Хотя Керриган вызывает много споров, многие были бы рады убить ее собственными руками, а те, кто уже имел такую возможность, с удовольствием бы повторили это действие. Уже мало осталось старожилов, которые знали её до того, как она стала Королевой клинков. История её жизни весьма неоднозначна, и большинству сложно объяснить, что, будучи изменённой Сверхразумом, она стала рабом с чётко заложенной программой.