Империя (СИ)

Лиу чувствовала лёгкое недомогание, а ведь киса, как всегда, выступала одновременно в роли батарейки и стабилизатора, направляющей силы и контроля для них обоих. Светлана плохо управляла нейтральной энергией, постоянно добавляя свет, что приводило к выгоранию личного отпечатка реципиента, а Тош вообще не мог использовать эту светлую силу. Однако маленькая либри впервые смогла создать куклу вуду, пусть и слабую, едва работающую, но всё же это был успех. Она начала танцевать, не скрывая радости от своего маленького достижения.
Катары, в отличие от мелких существ, учились быстро и легко, вызывая некоторую зависть. Однако времени на зависть не было. Его самого и десяток фантомов, отобранных им лично, загрузили по полной программе: медитации, управление источником, развитие контроля, новые приёмы, которые они называли плетениями, рунный алфавит мелких существ, и всё это в практической форме с тонами ментальных лекций. Уже сейчас можно сказать, что он стал гораздо опаснее, и это только начало того, что они могли дать всего за несколько дней.
Он подхватил рядом танцующую девочку, усадил её на плечи и повёл воинственный детский сад в сторону бара, чтобы совершить новый набег за вкусностями.
  
Валериан
 
Вот уже второй день Валериан чувствовал себя не в своей тарелке. Он уже трижды обращался к личному врачу, но тот не смог найти никаких причин его неспокойного состояния. С раздражением Валериан отложил планшет и потянулся дрожащей рукой к графину.
'Что за напасть⁈ Почти двое суток я испытываю необъяснимые симптомы: то руку сведёт, то появится ужасная сыпь, то начнёт мутить, то в груди сжимается, а сердце пропускает пару ударов. Иногда моё тело просто переставало слушаться, появлялись странные боли. А это довольно-нахальное и заботливое выражение лица Габриэля просто выводило меня из себя, но он всегда был окружён большим количеством либри, а при гостях мне приходилось держать себя в руках. — Мозг Валериана кипел, он не мог до сих понять, как эти маленькие девочки смогли сохранить своё государство в целости. — Это чудовище с пушистыми хвостами уверяло меня, что именно эти особи являются эталоном спокойствия среди своего вида⁈ Если они это эталон, то я даже думать не хочу, кто же у них тогда считается неспокойными…
Светлана, предводительница этого отряда Хаоса, была древней и очень взрослой, как говорил Курама. Валериан постоянно задавался вопросом, что означает фраза о том, что Древняя всегда знает, что делает? Является ли Древняя титулом, званием, достоинством или каким-то личным достижением для этих ситхов?
Если провести аналогии и обмолвки, то получается, что и Амелия также обладает этим «титулом»? Но тогда почему у них такая странная иерархия? Тогда почему Светлана слушает Амелию и говорит, что она главная, но если Светлане что-то взбредёт в голову, то Амелия даже не пытается с ней спорить? Никто не стремился объяснить мне, что представляет собой их по всей видимости необыкновенно-странная вертикаль власти и что на самом деле даёт этот «титул».
Проклятье! — в сердцах подумал Валериан, баюкая руку, которую внезапно пронзила боль. — Они всегда уходили от ответа, пытаясь сменить тему. А поскольку более или менее со мной общались только Амелия и Курама, то источники информации и их количество у меня были сильно ограничены. Нужно что-то предпринять, но вопрос в том, что именно я могу?'
Валериан снова всё тщательно проанализировал и пришёл к выводу, что титул Древних носили немногие граждане Империи Ситхов, но этот титул всё же имел определённый вес в их обществе, и, скорее всего, довольно значительный. Из своих наблюдений он заметил, что Курама никогда не повышала голос на Светлану, всегда была почтительна и старалась ей угодить. При этом других провинившихся она могла строго наказать, так что у всех вокруг волосы вставали дыбом.
Амелия также разговаривала с главной Либри как с равной, хотя та и находилась у неё в подчинении. Но, скорее всего, это было номинально, потому что, называя Либри Светой, Амелия явно обращалась к ней как к подруге, а не как к подчинённой, которой она отдавала приказы.
Чего стоила только одна обмолвка Амелии «…Светику не интересны большие летючки, она не хочет свой Титан. Лучше подождать, когда наконец снимут запрет на звёздочки смерти, вот тогда-то она да закажет себе самую большую Смертючию звёздочку смерти с большучей библиотекой!..». Для Валериана эта обмолвка говорила о многом.
Валериан понимал, что Светик обладает властью и ресурсами для строительства корабля класса «Титан», но желает нечто большее. Судя по всему, «звёздочка смерти» — это особый класс кораблей или даже станция. Однако его мучило жгучее любопытство: что это за запрет на строительство и почему он существует, несмотря на все возможности ксеносов, которое они уже увидели? Каждая крупица информации порождала новые вопросы и догадки.
Ещё одно интересное наблюдение касалось торговли, которая началась на второй день на Гиперионе. Это был древний примитивный обмен, бартер или просто мена. Самым желанным товаром стали книги, причём книги в своём первоначальном виде ценились либри практически на вес родия. Ксеносы были готовы на многое, чтобы заполучить их. Можно было получить оплату от любой другой особи за что угодно: хочешь огненный меч, убрать шрамы, скинуть десяток-другой лет — спектр услуг и товаров был обширным. Меньшее можно было получить за электронные носители информации, и тут уже играла большую роль хранимая информация. Более всего ценились учебники и методички, и далее по академическому списку — любые теоретические и прикладные знания.
Если бы Валериан знал заранее о такой особенности имперцев, он бы привёз всю свою личную библиотеку со своего корабля на Гиперион. Старая Игнес, его личный медик, получила за несколько книг и пачку своих научных записей настоящий джек-пот: улучшенную броню с пси-чарами, которая вызывала восхищение у призраков и фантомов, омоложение с коррекцией внешности, обмен знаниями, медицинские препараты ксеносов, оборудование, и всё это было привязано к ней. Каким-то образом ксеносы могли привязывать набор хирургических инструментов к определённому человеку, и горе тому, кто попытается взять их в руки.
Валериану было обидно и больно думать о том, что некоторые люди обменивали книги и другие источники знаний, столь ценные для ксеносов, на обычные материальные блага, такие как драгоценные камни и металлы. Он считал их идиотами первостатейными.
Ему требовалась информация, и он мог её банально купить, но вот момент был упущен. Ситхи скупили всё, что их интересовало. На единственную книгу старого классика он смог выменять всего десять ответов, которые, естественно, породили массу новых вопросов. Притом, что не на все вопросы он получил ответы, ему просто в открытую говорили задать другой вопрос, даже не поясняя, почему на, казалось бы, банальные вопросы те не хотят отвечать, да и часто получал очень расплывчатые ответы.
По мнению пришельцев, самым богатым оказался Свонн. У него была небольшая личная техническая библиотека, множество схем и чертежей. Особенно пришельцам понравилось то, что старый механик хранил большую часть своих знаний на бумажных носителях. Их также заинтересовали технические решения, которые придумал сам инженер.
В результате один инженер на корабле слегка помолодел и изменил свой биологический код, обзавёлся новым протезом и навесной инженерной бронёй. Также он получил два десятка малых реакторов пришельцев и помощь в улучшении снаряжения рейдеров и самого Гипериона. Кроме того, теперь он пил так, что даже меки ему завидовали, если верить бурчанию Светика.
Мэтт был доволен, а Свонн готов был приплясывать на месте. Благодаря реакторам Гиперион получил возможность не только поддерживать полноценно щиты, но и держать защитную матрицу на полной мощности свыше двух часов. Мощность орудий увеличилась на сорок процентов, скорострельность — на семьдесят, а дальность — вдвое после помощи двух меков в апгрейде судна. Свонн и Мэт уже всерьёз обдумывали, как применить часть улучшений на других крейсерах.