Побег из Брюха Паука (ЛП)

Но, почувствовав один раз на себе DarkenfloxxedTM, я не хотел чтобы это кто-то испытал на себе. Даже если бы человек мне не очень нравился, даже если бы я его ненавидел, я бы все равно не готов был сделать это.
— Пять секунд, — говорит Абнести.
— Не могу решить, — говорю я. — Это будет рандом.
— Точно рандом? — спрашивает он. — Хорошо, тогда я дам DarkenfloxxTM Хэзер.
Я сижу, не двигаясь.
— Вообще-то нет, — говорит он. — Я дам его Рэйчел.
Просто сижу, не двигаясь.
— Джефф, — говорит он. — Ты меня убедил. Тебе без разницы. Никакого предпочтения. Я вижу это. Поэтому я могу ничего не делать. Видишь, что мы только что сделали? С твоей помощью? Первый раз. При помощи комбинации ED289/290. Которые мы сегодня тестировали. Признай, ты был влюблен. Дважды. Так?
— Да, — говорю я.
— Сильно влюблен, — говорит он. — Дважды.
— Я же сказал — да, — говорю я.
— Но, только что ты никому не отдал предпочтение, — сказал он. — Значит, в обоих случаях не осталось и следа от настоящей любви. Ты полностью очищен. Мы накачали тебя кайфом, вернули назад и теперь ты сидишь здесь, в том же эмоциональном состоянии, в каком ты был до эксперимента. Это круто. Это мощно. Мы раскрыли суть загадочного вечного секрета. Это фантастический поворотный момент! Представь, что кто-то не способен любить. Теперь он или она сможет. Мы можем его заставить. Или кто-то слишком сильно любит? Или любит кого-то, кто считается неподходящим его или её опекуном? Мы сможем эту хрень моментально уменьшить. Кто-то хандрит от безответной любви? Приходим мы, или его/её опекун — и всё, больше нет хандры! Мы больше никогда, с точки зрения эмоционального контроля, не будем кораблями, дрейфующими в открытом море. Никто не будет. Мы видим дрейфующий корабль, мы забираемся в него и устанавливаем штурвал. Направляем его/её в сторону любви. Или, наоборот, от нее. Как там поется: Все что вам нужно — любовь!? Вот вам ED289/290. Можем мы остановить войны? Как минимум мы точно сможем их замедлить. Внезапно солдаты с враждующих сторон начинают бесконтрольно трахаться. Или, при малых дозах, чувствовать к друг другу сильную симпатию. Или, скажем, у нас есть два конфликтующих диктатора, застывшие в смертельной схватке. При условии, что мы сможем разработать ED289/290 в форме таблетки, дайте мне возможность подмешать каждому диктатору такую пилюльку. Скоро они будут засовывать языки глубоко друг другу в глотки, а голубки мира пачкать пометом их маршальские погоны. Или, в зависимости от дозы, они хотя бы просто начнут обниматься. И кто нам помог всё это провернуть? Ты!
Все это время Рэйчел и Хэзер просто сидели в Большом Помещении №1.
— Всё, девочки, спасибо, — говорит Абнести в микрофон.
Они уходят, не зная, как близко они были от того, чтобы получить DarkenfloxxTM по самое не хочу.
Верлен уводит их через черный ход, т.е. не через Паучье Брюхо, а через задний двор. И это вообще-то не двор, а просто коридор с ковровой дорожкой, ведущий к нашим спальням.
— Подумай, Джефф, — говорит Абнести. — Подумай, если бы у тебя был ED289/290 в ту роковую ночь.
Сказать по правде, меня уже тошнило от того, как часто он напоминал мне о той роковой ночи.
Я начал сожалеть о содеянном практически сразу, и со временем сожалел все больше, и сейчас сожалел настолько, что его тыкание мне этим в лицо не давало нужного ему эффекта, я просто начинал считать, что он засранец.
— Я могу идти спать? — спрашиваю я.
— Еще нет, — отвечает Абнести. — До отбоя ещё куча времени.
Затем он меня отправил в Малое Помещение №3, где уже сидел какой-то чувак.
  
V
 
— Роган, — представился чувак.
— Джефф, — ответил я.
— Как дела? — спросил он.
— Нормально, — ответил я.
Мы долго сидели в напряжении, сохраняя полное молчание. Прошло минут десять.
Да, у нас тут стремные типы тоже появляются. Я заметил на шее у Рогана татуировку крысы, которую только что пырнули ножом, отчего она, видимо, плачет. Но даже несмотря на плач она режет крысу поменьше, которая просто застыла в удивлении.
 
Наконец, Абнести включает громкоговоритель.
— Всё, ребята, спасибо, — говорит он.
— Это чё за хрень была? — спрашивает Роган.
Хороший вопрос, Роган, подумал я. Почему мы просто молча здесь сидели? Так же, как до этого Хэзер и Рэйчел просто так сидели. И тут меня осенило. Чтобы проверить мою догадку, я рванул в Паучье Брюхо. Помещение, которое Абнести намеренно никогда не закрывал, чтобы показать, что он нам полностью доверяет и не боится.
И угадайте, кто же там был?
— Привет, Джефф, — говорит Хэзер.
— Джефф, свали, — говорит Абнести.
— Хэзер, скажи-ка, мистер Абнести не просил только что тебя решить, кому из нас — мне или Рогану — ввести немного DarkenfloxxTM? — спрашиваю я.
— Да, — отвечает Хэзер. Должно быть ей дали дозу VeriTalkTM, потому что она не пыталась уйти от ответа, несмотря на укоряющий взгляд Абнести.
— Вы случайно не трахались недавно с Роганом, Хэзер? — спрашиваю я. — Так же как со мной? И ты не влюбилась ли в него, так же как в меня?
— Да, — отвечает она.
— Хэзер, ну реально, — говорит Абнести. — Сейчас кляп засуну.
Хэзер оглянулась в поисках кляпа, на VeriTalkTM всё воспринимаешь слишком буквально.
Вернувшись к себе, я окончательно сложил два и два: Хэзер спала со мной три раза, скорее всего она столько же спала с Роганом, так как для чистоты эксперимента Абнести должен был дать мне и Рогану равные дозы VivistifTM.
И тогда, говоря о частоте эксперимента, оставалась ещё одна незавершенная часть. Если я знал Абнести, он везде старался соблюдать симметрию, так что не должен ли теперь Абнести провести опрос Рэйчел, чтобы узнать кому бы она с большей радостью дала DarkenfloxxTM — мне или Рогану?
По окончанию короткого перерыва, мои подозрения подтвердились: мы снова сидим с Роганом, в Малом Помещении №3!
Мы опять долго сидим и молчим. Он в основном чесал свою маленькую крысу, а я старался смотреть на него так, чтобы он не заметил.
Затем, так же как в прошлый раз, Абнести включил громкоговоритель и произнес: Все, ребята, спасибо.
— Дай-ка угадаю, — говорю я. — Рэйчел сейчас у тебя.
— Джефф, если ты не перестанешь, я тебе… — говорит Абнести.
— И она только что отказалась давать DarkenfloxxTM мне и Рогану, — прерываю я.
— Привет, Джефф, — говорит Рэйчел. — Привет, Роган!
— Роган, — говорю я. — Ты сегодня, случайно, не трахался с Рэйчел?
— Было дело, — отвечает Роган.
Мозг быстро прокручивает ситуацию. Рэйчел трахалась со мной и Роганом. Хэзер тоже трахалась со мной и Роганом. Все трахались друг с другом, влюблялись, а потом переставали любить.
Какие чокнутые засранцы придумали этот эксперимент?
Не поймите меня неправильно, я участвовал в разных чокнутых проектах, как например, когда мне дали что-то, что позволяло реально слышать музыку, и когда они поставили Шостаковича, мне казалось что надо мной летают настоящие летучие мыши, или когда я перестал чувствовать ноги, но, тем не менее продолжал стоять более пятнадцати часов без движения перед муляжом кассового аппарата, одновременно чудесным образом получив возможность без проблем в уме вычитать и делить многозначные цифры.
Но все эти чокнутые проекты в подметки не годились этому.
Я уже и представить не мог, что они придумают завтра.
  
VI
 
Правда, сегодняшний день ещё даже не закончился.
Меня опять позвали в Малое Помещение №3. И там опять сидел какой-то незнакомый мужик.
— Привет, я Кит! — говорит он, подлетая с протянутой рукой.
Он был высоким глотком южного воздуха — белоснежные зубы и вьющиеся волосы.
— Джефф, — говорю я.
— Очень рад знакомству, — отвечает он.
Мы опять сидим молча. Стоило мне посмотреть на Кита, как он тут же обнажал свою ослепительную улыбку и иронично мотал головой, как будто говоря: странная у нас работёнка, парень.