Дом, что любил меня (ЛП)

— Подчиняйся мне. Садись в машину, — велел Шон, указывая на громадный внедорожник. Он подбросил ключи от автомобиля в воздухе, и Джейк ловко поймал их одной рукой. — Ты за рулем.
Шон прищурился, глядя на нее. Грейс не шевельнулась.
— Я никуда не поеду, пока кто-нибудь не скажет мне, что здесь происходит.
— На тебе мой ошейник, Грейс. Ты будешь подчиняться мне.
Ее лицо приняло упрямое выражение, губы поджались. Грейс посмотрела на мужчину стальным взглядом.
— Ты говорил, что это только, когда мы в спальне, Шон. Сейчас мы не в спальне. Мне нужны ответы на мои вопросы.
Вместо того, чтобы проявить благоразумие, Шон просто наклонился и схватил ее, перекинув через плечо хваткой пожарника. Грейс почувствовала, что мир — и буквально, и фигурально — перевернулся с ног на голову, и уронила портфель, когда ее тело оказалось прижато к твердому плечу Шона.
— Я передумал. Ты будешь повиноваться мне, или тебе придется адски поплатиться за непослушание. Я делаю это, чтобы защитить тебя, малышка. Следующие несколько часов пройдут гораздо легче, если ты будешь делать все, что я тебе скажу. Первый приказ на сегодня — полное повиновение. Во время допроса ты будешь смотреть на меня, ожидая моих указаний, и не вздумай лгать. Если с этих сладких губ слетит хоть одна ложь, а я об этом непременно узнаю, то ты окажешься у меня на коленях. И пощады от меня не жди. Клянусь, после того, как я закончу, ты целую неделю не захочешь садиться на задницу.
— Допрос? Что за игру ты затеял, Шон? Я не хочу принимать в этом участие.
Зачем кому-то допрашивать ее? Она начала бояться. Ее игривый Дом исчез, а его место занял холодный, агрессивный хищник. Этот зверь выглядел голодным, и Грейс испугалась, что ей уготовили роль обеда.
— Ну что сказать, молодец, Таг. Дама и так напугана, а ты еще вдобавок грозишься избить ее, — сказал Адам, его презрение было очевидным. В руках он держал ее портфель.
Грейс услышала, как открылась дверца машины, а следом — другая. Ее запихнули на заднее сиденье. В тот же миг, как женщина плюхнулась на кожаное сиденье, она начала карабкаться, пытаясь выбраться из салона автомобиля с другой стороны. У нее не было конкретного плана действий. Грейс лишь знала, что должна кое-что выяснить, прежде чем ехать куда-нибудь с Шоном. Ей стало ясно одно: она понятия не имеет, что вообще происходит. Грейс сумела добраться до дверцы, и едва ее пальцы сжались на дверной ручке, раздался щелчок. Она поняла, что все двери в машине заблокированы. А затем Шон потянул ее на себя. В ее душе, перехлестывая друг друга, одновременно закипали раздражение, отчаяние и чувство беспомощности, когда она оказалась прижата к нему.
— Отпусти меня или я вызову полицию!
— И как ты собираешься это сделать? — поинтересовался Шон, держа в руке ее сотовый телефон. Должно быть, он вынул мобильник из сумки Грейс. Шон передал его Джейку, который принялся заводить машину. Адам устроился на переднем сиденье рядом со своим партнером.
— Не в твоих интересах звонить копам. Поверь мне. С теми уликами, которые у нас имеются, они немедленно возьмут тебя под арест.
Грейс почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.
— О чем ты говоришь? Какие еще улики? Что происходит, и кто, черт побери, такой Шон Таггарт? — она практически выкрикнула эти слова, и они, казалось, эхом отражались от стен кабины автомобиля, пока Джейк давал задний ход.
— Я — Шон Таггарт, Грейс. Это мое настоящее имя. Шон Йоханссон был прикрытием, пока моя группа наводила справки о тебе и твоем боссе.
Внезапная трель телефона разрядила напряжение, а затем Шон тихо заговорил с кем-то на другом конце линии.
— Да, Йен, я именно так и сказал, — сказал Шон в трубку. Он продолжал разговор по сотовому, когда Адам повернулся, сидя на своем месте. Адам посмотрел на Грейс с немалой долей сочувствия в глазах.
— Меня действительно зовут Адам Майлз. В отличие от Шона, у меня нет послужного списка, так что я могу время от времени называться своим настоящим именем. Грейс, хочу, чтобы ты знала: я не верю, что ты замешана во всем этом. Просто тебя втянули в эту передрягу. Я говорил серьезно тогда. Мы с Джейком правда хотим позаботиться о тебе.
 
— Черт бы тебя побрал, Адам. Ты что, напрашиваешься, чтобы он тебя укокошил? — брюзжал Джейк, нажимая несколько кнопок на приборной панели внедорожника.
Грейс удивилась, увидев, что в зеркалах автомобиля появилось несколько разных изображений. Похоже, в задней части машины была установлена камера, видео с которой отображалось прямо в окошке на зеркале заднего вида. Грейс склонила голову набок и увидела, что в обоих зеркалах бокового обзора тоже есть маленькие мониторы. Водитель, кем бы он ни был, мог с нескольких ракурсов видеть, как кто-то или что-то приближается к машине. Грейс сильно сомневалась, что подобная опция входит в стандартную заводскую комплектацию.
— Она заслуживает знать правду. Ты не больше моего веришь в ее причастность к этому делу, — спорил Адам.
Джейк покачал готовой.
— Это не нам решать.
Шон, по-видимому, уже заканчивал телефонный разговор.
— Хорошо, но я не позволю им забрать ее, Йен. Ты понимаешь? — он сунул мобильный обратно в карман и устремил взгляд прямо перед собой. Грейс пыталась прочесть что-либо на его лице, но оно напоминало кусок гранита. — Едем к Йену. Он позвонил Блэку. Агентство хочет поговорить с ней, но они согласились сделать это у Йена. Заночуем там, а завтра решим, что делать.
Лицо Адама стало пепельно-серым.
— Они собираются забрать ее, Шон.
— Забрать меня куда?
Ее руки начали дрожать, и она не могла остановить слезы, ручьем текущие по лицу. Джейк повернул машину в сторону автострады. Вновь начался дождь. Капли застучали по крыше внедорожника, чему Грейс была только рада. Может быть, за этим шумом мужчины не услышат, как сильно бьется ее сердце.
— Это называется «чрезвычайная выдача», — объяснил Адам. — Особая внесудебная практика, когда ЦРУ увозит тебя в другую страну для допроса, чтобы там можно было не соблюдать нормы Женевской конвенции о гуманном обращении с пленными.
— ЦРУ?
Во что, черт возьми, она вляпалась? На кой ляд ЦРУ сдалась ничтожная помощница по административным вопросам?
— Я не позволю Блэку никуда ее увезти, — прорычал Шон. — Твою мать, Адам, ты хочешь, чтобы у нее случился приступ паники? Неужели ты действительно веришь, что я позволю какому-то мудаку из Агентства прибрать к рукам мою сабу?
— Ну а чему ты удивляешься? Ты же без всяких угрызений совести отказался от нее и ушел. Ты отдал ее мне и, по словам Джейка, заявил, что даешь нам полный карт-бланш, чтобы обольстить ее.
Грейс заметила, как руки Джейка крепче сжались на руле.
— А еще я говорил, что он ляпнул это сгоряча.
— Да пошли вы все! — закричала Грейс, перепугав мужчин. Ей надоело слушать, как они без умолку грызутся между собой и спорят. — Вы расскажете мне, что происходит, и сделаете это прямо сейчас, или клянусь, я буду драться. Я буду кричать, пинать и колотить всех, до кого смогу дотянуться.
Шон обратил на нее свои холодные голубые глаза.
— Неплохо сыграно, дорогая. Ты серьезно хочешь меня убедить, будто знать не знаешь, что творится прямо у тебя под носом?
Грейс встретилась с ним взглядом. До нее начало доходить, что ее просто использовали. Эти трое мужчин, очевидно, были хорошо знакомы друг с другом, и уже очень давно. Они все это время разыгрывали перед ней какой-то спектакль. Ее переполнила горечь.
— Ну раз уж выяснилось, что у меня нет ни малейшего представления о том, кто вы такие, думаю, можно смело сделать скидку на мой интеллект. Вернее, на его отсутствие. Считай, будто мне пять лет. Попытайся объяснить мне все так, чтобы я поняла.
Шон вздохнул и на мгновение закрыл глаза.
— Господи, ты до последнего будешь отыгрывать свою роль, так ведь? Тебе незачем притворяться, Грейс. Вот такой я идиот, раз знаю, что ты натворила, и все равно намерен защищать тебя. После того, как закончится эта история с Блэком, мы поговорим об условиях моей помощи, но пока что я тебе подыграю. В течение последних нескольких лет ЦРУ выслеживало агента-изгоя. Когда цэрэушники впервые обратились в фирму, в которой я работаю, то подсунули нам его «легенду» вместо реальной биографии. Только когда у нас появились веские доказательства того, что раньше он работал в Агентстве, наш контакт признал это. Человек, которого мы выслеживаем, уже несколько лет ведет активную подпольную жизнь в качестве экотеррориста. Это дало ему возможность наладить связи с определенными группами людей, которые представлялись для него полезными орудиями. Ты так с ним познакомилась?