По краю каменного сердца (СИ)

– Ага. Но, думаю, что для нашего плана этого мало, – поддержал в ответ второй мерзавец, – Я ему петарду с краской в стол подложил. Жахнет – мало не покажется.
Небольшая часть класса разразилась смехом, который разбавлялся всё новыми и новыми вариантами расправы над бедным учителем Шибата. Он был очень мягким и неуверенным в себе учителем-новичком. Его тихий голос зачастую не мог донести и четверти нужной информации, ибо находились умники, что постоянно его перебивали. Из-за своей мягкости он вмиг стал добычей для полоумных подростков, которым было некуда девать свой негатив. Масло в огонь подливали линзы толщиной с палец и полноватое телосложение препода. Крайним аргументом было и то, что учитель носил японскую фамилию, будучи темнокожим. Такая эклектика пошла ему отнюдь не на пользу. 
Когда на доске наконец появилось цельное уравнение, вызванный к доске мальчишка спокойно подошёл к пустующей первой парте, вытащил из-за неё стул и со всего размаху метнул его в виновника сего торжества, вложив в бросок всю душу и сердце. Седалище с грохотом отбилось от парты нерадивого ученика, срикошетив в грудь другому уродцу. Смех мгновенно перерос в испуганные вздохи. Школяры тотчас соскочили со своих мест, уставившись на парня разъярёнными глазами. Главный зачинщик медленно поднялся с места, начиная хрустеть костяшками пальцев.
– Тебе жить надоело, придурошный? – процедил он.
– Кажется, одного зуба ему было мало, нужно все выбить, – заскрипел поддавала.
Иватани лишь нахмурил густые брови, опуская руку, которой только что совершил бросок. Детина, сидевший за соседней партой от маленького гадёныша, мигом поднялся в полный рост и с полной уверенностью направился к оборзевшей выскочке. Бунтарь же не растерялся и решил атаковать первым, совершая короткий выпад вперёд с чётким хуком наперевес. Костяшки звонко цокнули по жирной щеке, свин покосился в сторону, но сдаваться он точно не хотел, а потому совершил крайне удачное действие – старый-добрый деревенский удар. Попав обидчику по лицу, он упал, утянув за собой две парты, создавая троекратный грохот. Любитель влезать в неприятности, получивший по лицу, тоже повалился на пол, схватившись за щёку рукой. Тишина. Все застыли в ожидании следующих действий, однако, наперекор всем ожиданиям, парень просто молча встал и покинул класс, прикрывая за собой дверь дрожащими руками. Тяжкий вздох протянулся вдоль безмолвных коридоров, растворяясь где-то внутри опустевших аудиторий. Парень сложил свободную руку в карман и короткими шагами направился к туалету, продолжая потирать челюсть. 
Буллинг в сторону учителя продолжался уже не первый месяц. Ещё чуть-чуть, и минует уже первое полугодие с начала издевательств. Бедолаге приходилось терпеть всё это из-за невозможности найти другую работу в данный момент. Однажды юноше невольно довелось услышать разговор учителя по телефону. Судя по всему, тогда он обсуждал свои задолженности с супругой, которая в открытую пилила его по данной теме. А может, и не только по ней. Как бы то ни было, он находился в грязи по самые уши, и никто из окружения даже не попытался протянуть ему руку помощи. До чего прискорбно наблюдать за мучениями слабого человека.
Распахнув дверь, молчун прошагал до самых раковин, где и встретил учителя, протиравшего покрасневшие глаза. Рука была уже чистой, а на одежде, благо, не было пятен от той кляксы. Хоть что-то радует. Встав рядом с классным руководителем, парень принялся неторопливо умываться, при этом совсем не пытаясь начать диалог, чем создал неудобную паузу. Шибата быстро натянул очки и протёр щёки водой, сразу же оборачиваясь к своему ученику.
– О, Иватани. Ты уже закончил? Не думал, что ты так быстро закончишь, а то рассчитывал пофилонить ещё немного, – он попытался натянуть неуместную улыбку, но не смог, увидев как хмурый мальчишка поднял на него взгляд, будто надеясь услышать продолжение, – Ну… – мужчина упёрся обеими руками в раковину, начиная сверлить своё отражение в зеркале взглядом, – Ладно, могу не ломать комедию. Знаешь, мне кажется, я сделал что-то плохое. Не могут же дети просто так меня ненавидеть? Да? Ой, нет… – оторвав руки от умывальника, учитель сложил их на груди и расслабил плечи, делая шаг в сторону двери, – …чего же это я? Это ведь была просто детская шалость, так? А я ещё и расстроился… Вот простофиля. Дети ведь не со зла это сделали, небось, да? Я... – осёкся он, так и не закончив.
 
Иватани щёлкнул пальцами, вмиг приводя загнавшегося учителя в чувство. Прыснув остатками воды с пальцев в раковину, парень вытер ладони о рукава рубашки, после чего молча протянул учителю кулак. Искреннее непонимание образовалось где-то в глубине зрачков Шибаты, отчего он сначала коротко вздохнул, а после снова свёл брови, как сделал это в классе пару минут назад. Немая сцена продолжилась на моменте, когда Иватани потряс кулаком, ссылаясь на него вновь. Учитель с некой опаской сжал пальцы в кулак и неуверенно попытался отбить кулачок ученику, однако тот оказался решительнее и резко подал руку вперёд, давая нужную силу для стука. Мужчина напрягся ещё сильнее, однако, когда Иватани расслабил кулак и показал большой палец, сразу же попал в некое состояние эйфории. Этот момент показался ему каким-то особенным. Расплывшись в улыбке, он гордо развернулся и направился к выходу.
– Спасибо, – кинул он напоследок, явно набравшись уверенности.
Коротко кивнув в ответ, Иватани дождался, пока учитель покинет уборную, после чего обессиленно сел на корточки, упираясь лицом себе в колени. Холодный кафель вокруг давал хоть немного остудиться после образовавшегося в классе кипящего котла.
***
– Миссис Иватани, вы знаете, зачем я вас пригласил? – пробасил шероховатый голос.
– Прошу меня простить, но у меня слишком много предположений, – вполголоса протянула девушка, аккуратно садясь в кресло, складывая свою сумочку на колени.
– Ваш сын. Он… не совсем ладит со сверстниками. Ему тяжело даётся общение, а потому я решил поговорить с вами об этом лично. Ваш супруг слишком занятой человек, я не могу просить его о встрече. Хотя, признаться честно, мужская сторона в данном вопросе нам бы очень помогла.
– Он опять подрался, да? – на удивление спокойно предположила мать.
– Знаете, в этот раз я не могу назвать данное происшествие дракой. Как говорят его одноклассницы, некоторые дети издеваются над учителем Шибата, и Дин постоянно за него заступается. В прошлые разы дети просто смеялись над ним, затем начались редкие стычки, в которых ваш сын просто защищался, но… сегодня он сам полез в драку после уроков. Его сильно побили, но он отказался даже идти в медпункт.
– Ох, весь в отца, – с досадой вздохнула девушка, прикрыв глаза, – Его чувство справедливости его же и погубит…
– Не могли бы вы помочь мне разговорить его? Мне важно знать его точку зрения. Не могу же я решать вопрос, опираясь только лишь на слова очевидцев.
– Я не могу вам ничего обещать. Не знаю почему, но вне круга семьи он не особо хорошо общается с людьми.
– Правда? – поправив очки, охнул директор, – Я думал, что он просто из принципа отмалчивается. Интересно. Вы показывали его врачу? Может, это какое-то заболевание?
– Мы пробовали. Тот доктор сказал, что его ситуация похожа на болезнь алекситимии, однако обследование показало, что Дин полностью здоров.
– Это никак не относится к его динамо? – быстро проговорил мужчина, словно понадеявшись, что этот вопрос останется неуслышанным.
– Нет-нет, исключено. Мой мальчик не обладает способностями. Уже, считайте, почти семнадцать лет, а динамо так ни разу и не проявилась.