Доктор Крюк 2 (СИ)

Я выдохнул, стараясь унять нервы. Губернатор только что ушел, оставив после себя ощущение, будто я прошел по тонкой доске над пропастью. И вот теперь — сам дуэлянт. Я ждал его, да, но после разговора с Хуаном Пересом де Гусманом все это дело начало пахнуть совсем не так, как простая дворянская обида. Что-то тут было нечисто.
— Вы, должно быть, капитан Крюк, — сказал дон Альваро, и голос у него был без той напыщенности, которую я от него уже слышал. — Мой дядя… он только что был здесь, верно?
  
Я кивнул, не торопясь отвечать. Он что, проверяет? Или правда не знает, зачем приходил губернатор? Я прищурился, пытаясь понять, играет он или нет. Ветер с моря подхватил его плащ, и тот хлопнул, как парус на ветру. Красивый плащ — темно-синий, с золотой вышивкой. Не то что моя потертая куртка, видавшая и кровь, и соленую воду.
— Был, — коротко ответил я. — Поболтали о погоде. О том, как тут славно дуэли проводить.
Он чуть улыбнулся. Похоже, мой сарказм его не задел, а вот любопытство только разгорелось.
— Мой дядя не из тех, кто болтает о пустяках, — он склонил голову набок. — Что он хотел от вас?
Я пожал плечами. Не говорить же ему, что губернатор тонко намекнул мне не убивать его племянника. Это было бы слишком честно. А честность в таких делах — роскошь, которую я давно разучился себе позволять.
— Да кто его разберет, — бросил я. — Может, просто посмотреть на меня решил. Говорят, я колоритный.
Тут в разговор влез его брат. Он выпятил грудь, как петух перед дракой, уставился на меня сверху вниз, хотя роста мы были почти одного.
— Ты бы следил за языком, моряк, — процедил он, с таким презрением, что я невольно ухмыльнулся. — Мой брат вызвал тебя на дуэль не для того, чтобы ты тут острил. Извинись за вчерашнее, и, может, мы тебя пощадим.
Я посмотрел на него, потом перевел взгляд на дона Альваро. Тот стоял молча, но по лицу было видно, что он не в восторге от выходки брата. А я почувствовал, как во мне закипает знакомое раздражение. Этот щенок, весь из себя важный, с его выглаженной рубашкой и надутыми щеками, решил, что может меня тут строить? После всего, что я прошел? Да я таких, как он, на завтрак ел, когда еще был судовым врачом.
Но не успел я открыть рот, как сзади послышался голос Моргана. Он подошел незаметно и теперь стоял, скрестив руки на груди. В глазах плясали чертики — верный знак, что он готов влезть в любую заварушку.
— А ты бы, парень, поучился уважению, — сказал Морган, глядя на брата Альваро так, будто прикидывал, куда первым делом врезать. — Капитан Крюк тебе не портовый пьянчуга. Говори с ним как с равным или пожалеешь.
Брат дона Альваро побагровел. Я прямо видел, как в нем закипает злость. Сейчас он либо полезет драться, либо начнет орать. Оказалось второе.
— Да кто ты такой, чтобы мне указывать? — рявкнул он, делая шаг к Моргану. — Какой-то грязный пират смеет учить меня, дона Педро де Кордова, манерам?
— Грязный пират, который тебе шею свернет, если не заткнешься, — спокойно ответил Морган.
В его голосе было столько уверенности, что даже я поверил, что он сейчас это сделает.
Тут второй секундант, тот, что молчаливый, положил руку на плечо дона Педро, пытаясь его утихомирить. Но было поздно — перепалка уже пошла полным ходом.
— Ты хоть знаешь, с кем говоришь? — шипел дон Педро. — Мы — Кордова! Наша семья правит этими землями, пока вы, шваль морская, гниете в своих трюмах!
— Правите, пока вам шпаги в глотку не воткнули, — парировал Морган, его рука легла на рукоять кинжала. — Хочешь проверить, как быстро это случится?
Я стоял и смотрел на них, как на двух петухов, которые вот-вот начнут клевать друг друга. Дон Альваро тоже молчал, но по его лицу было видно, что ему это все не по душе. Он бросил на брата полный досады взгляд. Я вдруг поймал себя на мысли, что мы с ним, похоже, одинаково устали от этой дурацкой сцены. Но делать было нечего — дуэль затеяли, и отступать никто не собирался. Хотя, черт возьми, если бы не этот надутый индюк, может, и договорились бы миром.
Солнце палило так, что казалось, будто песок под ногами вот-вот расплавится. Я смотрел, как Морган с доном Педро перебрасываются словами, словно горящими углями. Перепалка набирала обороты, Еще чуть-чуть — и вместо дуэли между мной и доном Альваро начнется потасовка между секундантами. Второй секундант, молчун, уже не просто держал дона Педро за плечо, а чуть ли не оттаскивал его назад, но тот вырывался, как пес с цепи. Морган, напротив, стоял спокойно, с той своей ухмылкой, от которой у любого кровь в жилах стынет. Я знал этот взгляд — он уже прикидывал, как половчее свернуть шею этому дворянскому выскочке. И, черт возьми, мне это даже нравилось, но пора было вмешиваться.
Я поднял руку, чтобы прервать этот словесный шторм.
— Хватит, — сказал я так громко, что голос мой разнесся над мысом, перекрывая шум волн. — Вы что, собрались вместо нас драться? Морган, остынь. И ты, — я кивнул на дона Педро, — придержи язык, пока он тебе не навредил.
Морган бросил на меня быстрый взгляд, но кивнул и отступил на шаг, скрестив руки на груди. Дон Педро, багровый от злости, открыл было рот, но второй секундант сжал его плечо так, что тот только зашипел и замолчал. Я повернулся к дону Альваро. Он стоял чуть в стороне, глядя на все это с видом человека, который предпочел бы оказаться где угодно, только не здесь. И, честно говоря, я его понимал. Если бы не его братец, мы бы, может, и разошлись без крови.
— Дон Альваро, давай решим это по-людски. Зачем нам шпаги? Вчера я тебя не оскорблял, ты сам вызвал меня. Пожмем руки и разойдемся. Никто не пострадает.
Он посмотрел на меня внимательно, на его лице мелькнуло что-то вроде облегчения. Похоже, он и сам не горел желанием махать шпагой. Зачем только вчера бухтел? Или он выпендривался на людях? Или перед кем-то? Перед дамой? Я уже не помню кто там рядом был.
Он сделал полшага ко мне, протягивая руку, но тут, как назло, влез его брат.
— Ты что, Альваро, опозорить нас хочешь? — рявкнул дон Педро, вырываясь из хватки второго секунданта. — Этот морской бродяга оскорбил нашу честь, а ты с ним мириться собрался? Да отец в гробу перевернется!
Дон Альваро резко обернулся к брату, его лицо потемнело. Он стиснул зубы, и рука, что тянулась ко мне, сжалась в кулак.
— Педро, заткнись, — тихо, но жестко сказал он. — Это моя дуэль, не твоя. Я сам решу, как поступить.
— Твоя дуэль? — взвился тот. — Это дело семьи! Если ты сейчас отступишь, нас засмеют во всем Портобелло! Ты что, трус?
М-да уж, примирение накрылось. Дон Альваро бросил на брата такой взгляд, что тот даже на миг притих, но было поздно. Честь семьи — штука серьезная, особенно для испанских дворян. Я видел это еще на «Грозе Морей», когда пираты дрались из-за ерунды, лишь бы не прослыть слабаками. А тут — дворянская кровь, да еще с губернатором за спиной. Отступить он не мог, даже если хотел бы.
— Ладно, — холодно сказал он, повернувшись ко мне. — Раз так, капитан, будем драться. До первой крови. Согласны?
Я кивнул. До первой крови — это лучше, чем до смерти. Особенно после намека губернатора. Я мог ранить его, не убивая, и выйти из этого живым. По крайней мере, я на это надеялся.
— До первой крови, — повторил я. — Пусть секунданты проверят оружие.
Морган шагнул ближе ко мне, а второй секундант — к дону Альваро. Дон Педро, все еще пыхтя от злости, отошел в сторону. Мы с Альваро встали друг напротив друга, шагах в десяти. Морган быстро осмотрел мою шпагу и вернул ее мне. Второй секундант сделал то же с оружием Альваро. Здесь, на Карибах, дуэли были не такими чопорными, как в Европе. Никаких тебе барьеров и судей в париках. Просто два человека, шпаги и песок под ногами. Секунданты следили, чтобы никто не жульничал, а в остальном — как пойдет. Часто все кончалось легкой царапиной и примирением за стаканом рома. Но с доном Альваро так не выйдет. Не из-за него — из-за его брата.
Я поднял шпагу, глядя ему в глаза. Он ответил тем же. Солнце стояло в зените, тени у наших ног почти исчезли. Песок скрипел. Морган отступил назад, скрестив руки, и кивнул мне, будто говоря: «Не подведи».