Доктор Крюк 2 (СИ)

Да кто ж знал, что это табуированная тема здесь?
Я прислонился к стене церкви, вдохнул горячий воздух и попытался собраться с мыслями. Гроб Дрейка был где-то рядом — я чувствовал это кожей. Священник был ключом. Надо было найти другой способ его разговорить. Морган бы предложил рому или нож к горлу, но я не хотел так. Я провел рукой по лицу, вытирая пот.
Ладно, Крюков, не все потеряно. Он знает. Значит, есть шанс.
  
Улица перед церковью кипела жизнью: дети носились с криками, старуха тащила корзину с рыбой, а вдали звенели молотки кузнецов. Я оттолкнулся от стены, решив вернуться к Генри и рассказать, что вышло из моего краткого расследования. Может, он что-то придумает.
Солнце стояло высоко, пыль скрипела под сапогами. Я направился к порту.
По дороге я размышлял над странным поведением гробовщика, а потом и священника. Может местный губернатор застращал их?
И тут меня выдернули из раздумий. Кто-то резко ткнул меня в плечо. Да так, что я чуть не упал. Я обернулся, готовый рявкнуть, и увидел аристократа. Это был испанский дворянин, высокий, худой, в расшитом камзоле и с пером на шляпе, стоял в двух шагах, глядя на меня, как на грязь под ногами. Его длинное лицо с острым носом и тонкими губами кривилось от презрения, а рука лежала на эфесе шпаги. За ним маячили двое слуг, оба с дубинками. Эти держались позади, будто ждали приказа. Я выпрямился и буркнул:
— Чего тебе? Дорогу перешел?
Он шагнул ближе, сверкая глазами.
— Ты, грязный пират, как смеешь шляться по нашим улицам? Твой вид — оскорбление для чести Портобелло! Этот крюк — позор для порядочного человека!
Ух ты! Вот это его разморило на солнце.
Толпа вокруг замедлила шаг, люди начали глазеть. Я заметил, как испанские солдаты в дальнем конце улицы повернули головы в нашу сторону. Дворянин явно искал заварушки. Это не просто случайность — он хотел меня спровоцировать.
Я ответил, понизив голос:
— Иди своей дорогой, пока я добрый.
Он побагровел, его рука сжала эфес, и он выплюнул:
— Добрый? Ты, морской крысеныш, смеешь мне указывать? Я, дон Альваро де Кордова, не потерплю такого бесчестия! Защищайся, или я зарублю тебя прямо здесь!
Толпа воскликнула, отступив назад.
Дуэль? Серьезно? Мне только этого не хватало. Я мог бы уйти, плюнуть на его вопли, но репутация в этих краях стоила дороже золота. А я не собирался выглядеть трусом перед своей командой.
Я сжал кулак и кивнул:
— Ладно, дон Альваро. Хочешь дуэль — будет тебе дуэль. Назови время и место.
Это кажется я зря сболтнул. Он ухмыльнулся, будто уже видел меня в луже крови.
— Завтра, в полдень, у старого дуба за городом. Приходи, пират, если не сбежишь. И молись, чтоб смерть была быстрой.
Я кивнул.
— Приду. И посмотрим, чья смерть будет быстрее.
Он убрал руку со шпаги, развернулся, щелкнул пальцами своим слугам и ушел, гордо задрав подбородок. Толпа зашепталась и разошлась.
А я остался стоять, глядя ему вслед. Вот это я лопухнулся. Я сам предложил ему место и время. А насколько я помню, тот, кого вызвали на дуэль, имел право выбора места, времени и оружия. Но с другой стороны, какая разница? Ну отсрочил бы я на день эту дуэль. Что бы это дало?
Солдаты в конце улицы двинулись ближе, но не вмешивались — видимо, дуэль их не касалась, пока она не нарушала приказов Гусмана. Я выдохнул и провел рукой по лицу, вытирая пот. Завтра в полдень. Отлично. Как будто мне мало было безумных священников.
Я двинулся к постоялому двору. Этот Альваро был проблемой, но не главной. Гроб Дрейка и третья часть карты — вот что гнало меня вперед. Дуэль могла подождать, хоть и не сказать, что я рвался на нее.
Ладно, Крюк, разберешься. Сначала карта, потом этот павлин.
Улицы Портобелло шумели, солнце жгло, а я обдумывал, как совместить поиски с этой дурацкой дуэлью. Морган уже ждет в таверне. Может, он что-то придумает.
Лучше бы я не надеялся на Генри Моргана. Ведь потом я об этом пожалел.
 Глава 19 
Я сидел в таверне Портобелло, за грубо сколоченным столом, пахнущим ромом и старым деревом и смотрел на Генри Моргана. Свет масляных ламп дрожал на его лице, выхватывая резкие скулы и хитрый прищур глаз. За окном шумел порт — крики матросов, скрип канатов, плеск волн, — а здесь, внутри, было душно от жары. Последние дни вымотали меня до предела: поиски третьего куска карты Дрейка зашли в тупик, и каждая новая зацепка обрывалась. Священник, этот чертов святоша с постным лицом, выгнал меня из церкви, будто я был прокаженным, а других ниточек к гробу Дрейка найти не удалось. Все, что у меня было, — два фрагмента карты.
Морган откинулся на стуле, держа в руках кружку с ромом, и лениво крутил ее между пальцами. Он молчал, но тишина эта — не пустая. Наконец он глотнул, крякнул и заговорил, растягивая слова, как будто пробовал их на вкус:
— Слушай, Крюк, а что если со священником этим… ну, потолковать пожестче? Он же явно что-то знает, раз так дергается.
Я поднял взгляд от стола, где мои пальцы выстукивали нервный ритм, и уставился на него. В голосе Моргана сквозила та самая дерзость, что мне в нем и нравилась, и бесила одновременно.
— Без глупостей, Генри, — отрезал я. — Нам лишняя кровь ни к чему. Если он знает, выведаем по-умному.
Морган кивнул, но как-то слишком быстро, слишком легко. Его губы дрогнули в намеке на ухмылку, а глаза скользнули в сторону, к окну, где за мутным стеклом маячили тени портовых бродяг. Я уже знал этот взгляд — он уже что-то задумал. Но я промолчал. Усталость давила на плечи, а в голове крутились мысли о дуэли, о карте, о том, как вообще я оказался в этой чертовщине.
Мы посидели еще немного. Морган допил ром, хлопнул кружкой по столу и встал, бросив напоследок:
— Ладно, капитан, придумаем что-нибудь. Пойду, прогуляюсь, проветрюсь.
— Смотри, без шума, — буркнул я, но он уже шагал к двери, и спина его в потертой куртке казалась мне слишком уж уверенной.
Я остался один. Таверна вокруг гудела: пьяный смех, обрывки песен, звон монет. Я потер виски и решил, что пора возвращаться на «Принцессу Карибов». Завтра меня ждала дуэль с этим напыщенным дворянчиком, а значит, надо было приготовиться к этому. Да и с Вежей поговорить не мешало бы — вдруг нейросеть подкинет что-нибудь дельное.
На корабле было тихо. Команда разбрелась кто куда — кто в таверны, кто к девкам. Только скрип досок под ногами да плеск воды напоминали, что я не один. Я спустился в свою каюту, зажег свечу и плюхнулся на койку. В полумраке тени плясали по стенам, а я, глядя в потолок, думал о священнике. Что-то в его лице — в этом резком «уйди» и сжатых губах — цепляло меня. Он знал больше, чем хотел показать, но как его расколоть? Убивать, как предлагал Морган, я не собирался. Не затем я лечил пиратов, учил их мыть руки и перевязывать раны, чтобы теперь самому стать мясником.
Я закрыл глаза и мысленно вызвал Вежу. Интерфейс привычно мигнул перед внутренним взором — голубоватые линии, цифры, меню. Баланс очков влияния — Баланс: 11 794 очков. На одну тысячу меньше, чем было в последний раз. Это дань омоложения списалась. В целом, неплохо, учитывая, сколько я уже потратил.
— Вежа, — начал я, — есть идеи, как вытрясти из этого святоши правду?
Холодный голос системы отозвался в голове:
— Информация о намерениях священника и его знаниях доступна за 50 000 очков влияния. Альтернативный вариант — усиление навыков убеждения, 10 000 очков.
Я хмыкнул. 50 000? Она сумасшедшая.
Убеждение, конечно, звучало заманчиво, но не сейчас. Завтра дуэль, и лучше потратиться на что-то, что поможет мне не получить шпагу в брюхо.
— Ладно, — пробормотал я, — мне завтра драться на дуэли. Что можешь предложить, чтобы я не стал кормом для рыб?
Голос Вежи отозвался в голове:
«Рекомендую навык „Основы фехтования“. Базовый уровень — 5 000 очков влияния. Доступны улучшения: второй ранг — 7 000, третий — 10 000. Активация после сна».