Доктор Крюк 2 (СИ)

— Я подумаю, — осторожно заявил я. — Но мне нужно время.
Он улыбнулся — на этот раз шире. Встал, поправил плащ и кивнул.
— Время у тебя есть. Я уезжаю по делам в Форт-Сен-Пьер, на Мартинику. Зашел напоследок, чтобы рассказать, что думаю.
Я смотрел на него и чувствовал, как внутри меня борются два желания — сказать ему, чтобы шел к черту со своими гробами, и согласиться, потому что Эльдорадо (а точнее тот ящик) манило меня не меньше, чем его. Но я не торопился. Слишком много вопросов. Слишком много риска. Он шагнул к двери, и я пошел за ним, провожая.
  
Мы вышли на палубу. Команда все еще настороженно смотрела на губернатора.
Я проводил старика. Он дошел до сходен, остановился и обернулся. Я думал, он скажет что-то еще про Дрейка, но он посмотрел мне прямо в глаза и сказал тихо, почти шепотом:
— И еще, Крюк. Не обижай Изабеллу.
Я замер. Он знает. Но как? И почему говорит об этом только сейчас? Я открыл рот, чтобы что-то ответить, но он уже спускался по сходням, не оглядываясь. Я стоял и смотрел ему вслед.
Карета у пирса тронулась, колеса застучали по брусчатке, и вскоре он исчез из виду.
Команда вокруг меня зашевелилась. Морган подошел ближе, прищурившись, и я видел, как его любопытство борется с похмельем.
Гроб на дне моря? Это звучало как безумие даже для пиратов, которые готовы лезть в огонь за дублон. Но Эльдорадо. Я уже держал в руках два куска карты Дрейка, видел эти джунгли и пирамиды, и теперь губернатор подкинул мне третий — в свинцовом ящике, на дне у Портобело. Черт возьми, я не хотел нырять за этим. Но и бросить все просто так не мог.
— Что хотел старик? — спросил Морган, кивая в сторону уехавшей кареты.
Я повернулся к нему, заставил себя расслабить плечи и криво ухмыльнулся.
— Да так, поболтать зашел. О корабле, о жизни. О том, как нам англичан топить.
Генри — сам англичанин. И как я помню из истории, он активно продвигал колониальную политику Англии. Поэтому было странно с ним говорить на эту тему.
Морган хмыкнул, но я видел, что он мне не поверил. Этот парень слишком умен. Стив шагнул ближе, нахмурив брови.
— И все? — спросил он. — А чего он сказал напоследок?
Я покосился на боцмана.
— Ничего особенного, — бросил я, пожав плечами. — Просто пожелал нам удачи.
Стив кивнул, но смотрел на меня так, будто ждал, что я добавлю что-то еще. Я не добавил. Вместо этого повернулся к команде и повысил голос:
— Ладно, хватит глазеть! Работы полно. Надо проверить паруса, пушки, припасы. Шевелитесь!
Губернатор дал мне пищу для размышлений, но я не собирался прыгать в эту авантюру с головой. Надо было подумать. И посмотреть карту.
Но сначала надо было дать приказы, чтобы корабль был готов к любому повороту. Я повернулся к Моргану.
— Генри, ты теперь квартирмейстер. Бери Стива, Кита и остальных. Надо набрать припасов — воды, рома, сухарей. И снарядов для пушек. Не знаю, что нас ждет, но лучше быть готовыми.
Он кивнул и пошел к Стиву. Что бы ни задумал губернатор, я не собирался сидеть на месте. Мы выйдем в море — скоро, может, завтра. Но куда? Портобело?
 Глава 14 
Солнце стояло высоко над Тортугой, бросая жаркие лучи на пирс, где моя команда таскала бочки с водой, мешки с сухарями и ящики с ромом. Я стоял на палубе «Принцессы Карибов», прислонившись к штурвалу, и смотрел, как Морган орет на матросов, чтобы те шевелились быстрее. Его голос хрипел после вчерашнего. Боцман тащил тяжелый ящик со снарядами.
А я был доволен. Морган проявил себя грамотно — учел рацион команды, набрал помимо того, что я указал, провизию на свой вкус.
Первыми на борт подняли тяжелые бочки с соленой говядиной и свининой. Их аккуратно укладывали в трюм, где они заняли свое место рядом с бочками пресной воды, уже стоящими в ряд. Вода — наше сокровище, ее берегут как зеницу ока, ведь в море она станет дороже золота.
Затем пошли мешки с сухарями — твердыми, как камень, но незаменимыми в долгом плавании. Их грузили осторожно, чтобы не раскрошить драгоценный хлеб. Следом несли бобы и горох, упакованные в холщовые мешки, — они будут основой наших похлебок. Генри лично проверял каждый мешок, щупая его руками, оценивая вес и качество.
На палубу подняли бочонки с соленой рыбой и вяленым мясом. Генри приказал добавить несколько ящиков сушеных фруктов. Лимонный сок и уксус, закупоренные в глиняные кувшины, заняли свое место в кладовой, рядом с бочками рома и вина. Алкоголь — не для веселья, а для того, чтобы смешивать его с водой, когда та начнет портиться.
Припасы грузили без задержек, это значило, что скоро мы сможем выйти в море. Куда — я пока не решил, но после разговора с губернатором в голове крутились мысли о Портобело, о гробе Дрейка, о том, что может лежать на дне.
Морган подошел ко мне, вытирая пот со лба.
— Все почти готово, Крюк, — сказал он, кивая на пирс. — хватит на пару недель. Снаряды тоже взяли, хоть и не новые, но Джек Гром разберется. Что дальше?
— Молодцы, — сказал я, хлопнув его по плечу. — Пусть заканчивают и отдыхают.
Он прищурился, будто хотел спросить что-то еще, но только кивнул и отошел, крикнув Стиву, чтобы тот поторопил лентяев. Я смотрел ему вслед и думал, что Морган — это не просто пара рук и шпага. В нем было что-то большее. Может, я и правда дам ему корабль, как обещал. Толковый парень. Не зря он потом наведет шороху на Карибах. А может он под моим флагом это сделает? А у меня есть флаг? Только «Веселый Роджер». Может надо придумать? Хорошая мысль.
Я спустился в каюту, закрыл дверь за собой. Теснота каюты обняла меня. Я сел, откинулся на стуле и провел рукой по лицу. Утро было хорошим, несмотря на визит губернатора.
Изабелла. Я невольно улыбнулся, вспомнив ее.
— Вежа, — сказал я вслух, глядя в пустоту. — Ты тут?
Перед глазами мигнул интерфейс. Механический голос Вежи зазвучал в голове.
— Здесь, носитель. Чем могу помочь?
— Скажи-ка, — начал я, постукивая пальцами по столу. — Где еще можно улучшить корабль? Не только же в Сент-Китс есть толковый мастер?
Интерфейс мигнул. Вежа заговорила, а я слушал, затаив дыхание.
— В каждом крупном городе Карибского бассейна с верфью доступно уникальное улучшение для корабля, — сказала она. — В Сент-Китсе вы уже получили скоростные паруса от Томаса Редвуда. Они дают плюс три узла к скорости и устойчивость в шторм. В Тортуге можно улучшить вооружение — мощные пушки. Скорострельность выше на двадцать процентов, дальность выстрела — до восьмисот ярдов. Стоимость в очках влияния — от двух до трех тысяч, в зависимости от качества.
Я нахмурился глядя на цифры, который высветились перед глазами. Восемьсот ярдов? Это же почти километр! Мои старые пушки, которые стояли на «Принцессе», били ярдов на пятьсот, и то в хороший день. А скорострельность… Джек Гром, мой канонир, душу бы продал за такое. Это было то, что нужно. С такими пушками мы могли бы дать отпор любому — хоть Роджерсу, хоть испанцам. Или англичанам, как намекал губернатор.
— Сколько у меня очков? — спросил я, наклоняясь вперед.
— На вашем счету было 13 394 очка влияния, — ответила Вежа. — После омоложения за последние пять дней осталось 12 394 «ов». За нахождение второй части карты и включение в состав команды знаменитого Генри Моргана, вам начислено еще 5 000 «ов». Баланс: 17 394 «ов».
Я улыбнулся, потирая подбородок. Семнадцать тысяч — это было отлично.
Я мог сделать «Принцессу» еще сильнее.
— Хорошо, — сказал я. — Пушки мне нужны. Лучшие, какие есть в Тортуге. Что для этого сделать?
— Идите на верфь, — ответила Вежа. — Там есть литейщик, мастер своего дела. Обычно он работает только для губернатора, но за 7 000 «ов» вы получите пушки, а старые сдадите в счет оплаты. Остальное — ваша харизма и тысяча дублонов.
Я ухмыльнулся. Харизма. Это я мог. Встал, поправил куртку, проверил, на месте ли крюк за поясом. Взял с сундука тысячу дублонов. Надо было идти.