Доктор Крюк 2 (СИ)

Я замедлил шаг, оглядываясь. Впереди, за грудой полусгнивших бочек, виднелся старый ангар — покосившийся, с дырявой крышей, через которую пробивались лучи заката. Оттуда доносился звук — слабый, но отчетливый: стук молотка о дерево. Я прислушался. Один удар, второй, пауза — и снова. Ритм был ровный, не суетливый. Это было что-то другое — работа человека, который никуда не торопится, потому что делает ее для себя.
  
Может, мальчишка не соврал?
Подойдя ближе, я заметил щель в стене ангара — дверь, похоже, давно сгнила, и ее заменили куском парусины, которая колыхалась на ветру. Я отодвинул ткань и шагнул внутрь. Темнота обступила меня. Глаза привыкли к полумраку, и я увидел старика. Он сидел на низком табурете у верстака, согнувшись над куском доски. В руках у него был молоток и стамеска, а вокруг валялись стружки. Седые волосы торчали из-под потрепанной шляпы, лицо — морщинистое. Он даже не поднял головы, когда я вошел, только стукнул еще раз.
— Добрый вечер, мастер, — вежливо обратился я к старику. — Слыхал, ты кораблям новую жизнь даешь.
Он замер, стамеска зависла над деревом. Медленно, будто с усилием, старик повернул ко мне голову. Глаза у него были светлые, почти прозрачные, и смотрели они так, будто видели меня насквозь — от банданы до ботинок. Он молчал, и я уж подумал, что он глухой, но тут он хмыкнул.
— Может, и даю. Жизнь кораблям… — прохрипел старик. — А тебе чего надо, чужак?
Я шагнул ближе. Старик не шевельнулся, только смотрел. Видать он не из тех, кто любит пустую болтовню. Значит, сразу к делу.
— У меня бриг, «Принцесса Карибов», — я кивнул в сторону порта. — Хочу скорость прибавить. Паруса новые, может, корпус полегче сделать. На главной верфи мне отказали — очередь, говорят, хотя доки пустые. Мальчишка один шепнул, что ты можешь помочь.
Старик положил стамеску на верстак и выпрямился, хрустнув спиной. Теперь я разглядел его лучше: худой, но жилистый, с руками, что явно знали, как держать топор и рубанок. Он снял шляпу, открыв лысину и снова хмыкнул, но уже с какой-то горечью.
— Болтливый малец. — пробормотал он, будто разговаривал сам с собой. — А про верфь… Да, они тебе и не такое скажут.
— Так возьмешься за мой бриг? — спросил я. — Деньги у меня есть.
Он помолчал, будто взвешивал мои слова. Потом встал, опираясь на верстак, и прошелся вдоль ангара, хромая на левую ногу. Я заметил, что полки вокруг завалены инструментами — старыми, но ухоженными, а в углу лежали куски древесины, явно припасенные для дела. Он остановился у окна, забитого досками, и выглянул в щель.
— Возьмусь, — сказал он наконец, не оборачиваясь. — Но быстро не жди. Один я тут, помощников нет. Материалы тоже свои таскать придется — у этих шакалов с верфи ничего не купишь, бойкот у них. А ты, видать, не из терпеливых.
Я хмыкнул. Терпение — не моя сильная сторона, особенно когда Роджерс где-то там точит саблю на мою шею. Но старик был прав: без материалов и рук работа застопорится. Я уже прикидывал, как подогнать пару матросов с «Принцессы» — Стива, может, Сэма, — когда он обернулся и добавил:
— Имя у меня есть, кстати. Томас Редвуд. Зови так, а не «стариком».
— Доктор Крюк, — представился я.
Старик Томас кивнул.
— Так что скажешь, Томас Редвуд? Сможешь сделать мне бриг быстрее ветра?
Он вернулся к верстаку, взял стамеску и провел пальцем по лезвию.
— Сделаю, — буркнул он. — Но не за день и не за два. Пригони корабль сюда завтра, посмотрю, что с ним можно сотворить. А пока вали, не мешай. У меня тут еще дела.
Я кивнул. Томас Редвуд.
Я повернулся к выходу, откинув парусину, и шагнул наружу. Закат уже догорал, окрашивая небо в темно-фиолетовый, а порт вдали гудел. Сквиббс мог подставить меня на главной верфи, но здесь, в этом забытом углу, я нашел того, кто не боится его. «Принцесса» получит свою скорость. Надо только вернуться на корабль и дать Стиву приказ готовить бриг к перегонке.
Я вышел из ангара Томаса Редвуда. Порт вдали шумел — гомон торговцев смешивался с пьяными выкриками и скрипом канатов, — но здесь, в заброшенной части верфи, царила тишина, нарушаемая только плеском волн да редким стуком молотка изнутри. Я постоял с минуту, глядя на «Принцессу», которая покачивалась у причала, едва различимая в полумраке. Ее силуэт казался мне живым — корабль ждал перемен.
Я зашагал обратно к кораблю, обдумывая дальнейшие действия. Надо было перегнать «Принцессу» сюда завтра, как сказал старик, и подогнать пару рук — Стива с Сэмом, может, еще кого из команды. Материалы — другая головная боль. Если главная верфь бойкотирует меня из-за Сквиббса, придется искать доски и парусину где-то еще. Может, в портовых лавках или у контрабандистов. Дублоны у меня были — не густо, но хватит, чтобы купить самое нужное. Я ускорил шаг. Ботинки вязли в мокром песке у кромки воды. В голове уже складывался список: дерево, смола, гвозди, паруса. И время, которого у меня почти не оставалось.
На палубе «Принцессы» было тихо — команда разбрелась кто куда, одни спали в гамаках, другие играли в кости. Стив встретил меня у борта, скрестив руки, с видом человека, который все держит под контролем.
— Ну что, капитан? — буркнул он, кивая в сторону верфи. — Нашел кого искал?
— Нашел, — ответил я, переваливаясь через перила. — Старик один, Томас Редвуд. Завтра перегоняем «Принцессу» к нему, в заброшенную часть порта. Готовь людей, Стив. Я тебя с Сэмом возьму — помогать будете.
Он кивнул, не задавая лишних вопросов и я прошел к штурвалу, бросив взгляд на горизонт. Тьма сгущалась. Я провел рукой по дереву штурвала, ощущая его шершавость под пальцами. Завтра начнем.
Утро пришло с криками чаек и запахом жареной рыбы. Я вылез из гамака, где спал на палубе, размял шею и спустился к команде. Сэм уже суетился у канатов, а Стив отдавал приказы, чтобы снять якорь. Я коротко объяснил, что мы идем к Редвуду, и через час «Принцесса» медленно поползла вдоль берега, к той самой заброшенной верфи. Когда мы пришвартовались у старого пирса, я снова увидел ангар — в дневном свете он выглядел еще более обшарпанным, но стук молотка внутри не умолкал. Старик уже работал.
Я спрыгнул на пирс, махнув Стиву и Сэму следовать за мной. Мы вошли в ангар, и Томас Редвуд поднял голову от верстака. На этот раз он был не один — рядом лежала груда досок, а на полу валялся топор. Он вытирал пот с лица тряпкой, глядя на нас с легким прищуром.
— Пригнал, значит, — сказал он, кивая в сторону «Принцессы». — Хороший бриг. Старый, но крепкий. Чего с ним хочешь?
— Скорость, — в который раз повторил я, подходя ближе.
Он хмыкнул, бросил тряпку на верстак и прошелся к выходу, хромая сильнее, чем вчера. Мы вышли следом, и он остановился у пирса, оглядывая «Принцессу». Его глаза скользили по кораблю, как у врача по больному, и я заметил, как он что-то бормотал себе под нос, будто прикидывал размеры и вес.
— Скорость, — протянул он, поворачиваясь ко мне. — Можно. Паруса поменять — раз. Корпус обстругать, убрать лишнее — два. Но это не день работы, Крюк. И не два. Доски нужны, парусина, люди. У меня вот только эти руки, — он показал свои ладони, мозолистые и узловатые. — А у тебя что?
— У меня есть они, — ответил я, кивнув на парней за спиной. — И дублоны на материалы. На главной верфи не куплю, но в порту найду, где взять. Ты только скажи, что нужно и начинай.
Томас кивнул. Он вернулся в ангар, сел на табурет и взял в руки карандаш, начав черкать что-то на куске доски. Я подошел ближе, глядя, как он рисует — грубый набросок корпуса, мачт, парусов. Его пальцы двигались уверенно, несмотря на возраст. Мне кажется, он не просто плотник. Этот старик знал корабли так, как я знал скальпель и швы.
— Скорость — это не только паруса, — сказал он, не поднимая глаз. — Это баланс. Убери с корпуса лишний вес, но не переборщи, а то киль опрокинет. Паруса новые — да, но легкие, не тяжелые, как у этих лодырей с верфи ставят. Я могу сделать. Но ты пойми, Крюк, меня тут не жалуют. Выживают. Работы не дают, чтоб я на пенсию ушел. А я не уйду. Пока дышу — строю.