Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг.
Дневник цесаревича Николая Александровича
16 января. Не дай Бог переживать много таких дней как сегодняшний! — Папа провел ночь беспокойно, постоянно кашляя; жар у него был сильный утром 39,6 — вечером 38,6. Мама, как лучшая жена, ухаживала за ним. Из Москвы приехал Захарьин[787], который сразу внушил к себе сильное доверие. Пошли одни к обедне и затем принимал всех внизу с Ксенией… Никогда не забуду, как напугал нас д. Владимир, говоря о серьезном положении, в каком находится Папа! Потом приехали д. Алексей и д. Павел. Немного проветривался в саду. Подолгу сидели в комнате Мама рядом со спальней. Вечером Папа стало как-будто лучше, он сам говорил, что ему полегче. Захарьин; Вельяминов[788], гр. Воронцов[789] и Апрак провели ночь в Аничкове. Дай Господь скоро увидеть облегчение в ходе болезни дорогого Папа!
6 февраля. Воскресенье. Папа в первый раз пошел с нами к обедне; на всех это произвело отрадное впечатление! К счастью, он не устал от долгого стояния; но завтракать все-таки не пошел. Струнный хор играл красивые вещи… Закусывали в 7 72 и затем отправились в мою любимую «Спящую красавицу». Ее танцевала отлично М. Кшесинская. Вернулись домой к 11 час.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 232. Л. 16–18, 37–38.)
21 марта Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна едут в Петербург, чтобы вместе с цесаревичем отправиться на свадьбу в Кобург.
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
2S марта. <Праздник Благовещения Пресвятой Богородицы>.…Поехали к Алексею выпускать птиц — Влад<имир>, Пиц и Ники были — чай — очень приятно — оттуда в Аничков — Ники едет в Кобург — с est deja quelque chose (это уже кое-что — фр.)…
28 марта.… В 5 ч. Ники пил чай в хорошем настроении…
29 марта.…Болтал с Пицем о Ники — многое странно, мелко и непонятно!..
30 марта.…В 5 ч. Ники пил чай у нас — он положительно доволен, что едет…
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 30. Л. 88, 91–93.)
Принцесса Гессенская Алиса — вел. кнж. Ксении Александровне
30 марта. Дармшатдт
… Дорогая, почему ты заговорила о том, чего мы раз навсегда решили более не касаться? Это жестоко — ведь ты знаешь, что этого никогда не может быть — я всегда это говорила, не думаешь ли ты, что теперь уже не так тяжело причинять боль тому, кого ты больше всего на свете хотела бы радовать. Но этого не может быть — он это знает, — и потому я прошу тебя не говорить больше об этом. Я знаю, Элла начнет снова, но что в этом хорошего, просто жестоко повторять, что я гублю его жизнь — что же делать, если для того, чтобы он был счастлив, я должна погрешить против своей совести. Все это тяжело, и нехорошо снова начинать разговор об этом.
(Мироненко С., Мейлунас А. Николай и Александра. Любовь и жизнь. М., 1998. С. 60.)
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
31 марта.… Пиц тоже с нами едет в Кобург. Заходили к Ники. Полное объяснение мое с Минни de laffaire de Niky — je suis satisfait — elle a de grandes emotions pour Cobourg — Dieu donne! (по поводу Ники — я доволен — Кобург вызвал в ней сильные эмоции — дай Бог! — фр.)…
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 30. Л. 94.)
Дневник цесаревича Николая Александровича
2 апреля.… В 10 простился с дорогими Папа и Мама и отправился с Сандро на станцию. Поезд уже пришел из города с д. Владимиром, т. Михен, д. Сергеем, т. Эллой, д. Павлом и их фрейлинами и адъютантами. Со мною один Кочубей[790]. В 10 ½ тронулись в путь в Кобург. Ужинали; очень приятно ехать в поезде со столовой и в таком обществе.
3 апреля. Воскресение… В 6 ½ приехали на границу и полетели дальше попарно в трех sleeping-car (спальный вагон — англ.): дядя Владимир и тетя Михен, дядя Сергей и тетя Элла, дядя Павел и я — все с своими адъютантами и людьми.
(ГА РФ. Ф. 601.On. 1. Д. 232. Л. 93–95.)
На свадьбу великого герцога Эрнста-Людвига Гессенского и принцессы Саксен-Кобург-Готской Виктории-Мелиты собрались представители многих европейских королевских и герцогских династий, связанных родственными узами. Были здесь королева Великобритании Виктория, император Германии Вильгельм II, и многие другие. В эти дни в замке Розенау, в окрестностях Кобурга, состоялась помолвка цесаревича Николая и Гессенской принцессы Алисы.
Дневник цесаревича Николая Александровича
5 апреля. Боже! Что сегодня за день! После кофе, около 10 часов пришли к тете Элле в комнаты Эрни и Аликс. Она замечательно похорошела, но выглядела чрезвычайно грустною. Нас оставили вдвоем, и тогда начался между нами тот разговор, которого я давно сильно желал и вместе очень боялся. Говорили до 12 часов, но безуспешно, она все противится перемене религии. Она бедная много плакала. Расстались более спокойно…
В 4 ½ приехала королева Виктория весьма торжественно: по полуэскадрону ее гвардейских драгун впереди и сзади коляски и целый батальон в почетном карауле. Все эти части прошли мимо нее на площади с дядей Альфредом[791] во главе цер<емониального> марш<а>. Мы все в полной форме смотрели на это из окон ее же комнат. Представившись ей, спустились к себе пить чай. По наряду половина семейства обедала у нее в 9 часов, а остальная часть у тети Мари[792] в 7 ½. Отправились в театр, давали смешную пьесу «Das Stiftungsfest»[793]. Посидели еще в биллиардной и затем уехали домой. Я душой устал сегодня.
8 апреля. Чудный, незабвенный день в моей жизни — день моей помолвки с дорогой ненаглядной моей Аликс. После 10 часов она пришла к т. Михен и, после разговора с ней мы объяснились между собой. Боже, какая гора свалилась с плеч; какой радостью удалось обрадовать Дорогих Мама и Папа!
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 232. Л. 96,101.)
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
8 апреля. Свершилось. Господи, благослови их! Alix пришла утром в ½ 10 ч. с Императором — говорила Михен — мы их оставили dans le salon (в гостиной — фр.) и через 20 м. они вышли сияющие — Импер<атор> сидел все у нас — он, мы и Пиц их первые поздравили. Большой завтрак у Мари — у всех сияющие лица. В 2 ч. был молебен в церкви Мари, а потом поехали на Bosenon, где плясали в честь рождения baby[794] — погода теплая — пили чай в саду — снимали массу групп. Вечером большой концерт в замке — днем была прелестная депеша от Саши и Минни. Дай Бог в добрый час!
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 30. Л. 102.)
Александр III — вел. кн. Сергею Александровичу
8 апреля. Гатчина — Кобург
Благодарим от души Тебя, Элла, Павла, счастливы и благодарим Бога. Грустно, что мы не с ними.
Саша.
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 89. Л. 60.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне
9/21 апреля. Замок Эренбург. Кобург
Моя дорогая Минни,
Как бы мне хотелось, чтобы ты увидела безграничное счастье Ники и Аликс после всех этих мучительных дней, когда они выглядели такими подавленными. Право, должна сказать, что все вели себя безупречно, ни во что не вмешиваясь. Я страшно боялась, так что с ней говорил только Ники. Они вели тихие беседы в моей спальне, и, разумеется, поначалу у нее не хватало духу сказать «да». И длилось это до свадьбы Эрни, но, уезжая с Даки, он сказал нам, что есть надежда, поскольку Аликс в первый же день написала священнику (который проводил ее конфирмацию), что она любит Ники до такой степени… Поскольку я письма не читала, содержания его передать не могу. Священник ответил ей, что он здесь не советчик, и что она должна решить сама. И вот, на следующее утро, т. е. вчера, она послала за Вильямом[795] (который все это время держался на высоте, проявляя к ней поистине братские чувства). В замок они приехали вместе, и она пошла повидать Михен (мне она сказала, что хочет поговорить с ней как с русской протестанткой). После этого разговора они остались наедине с Ники, и все прошло хорошо.