Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг.
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — цесаревичу Николаю Александровичу
5 сентября. Царское Село — Спала
Целую тебя и Ксению и нежно благодарю.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1402. Л. 198. — на англ. яз.)
12 сентября — первая годовщина смерти Александры Георгиевны. Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна едут в Петербург, чтобы поддержать Павла Александровича.
Вел. кнж. Ксения Александровна — кн. А. А. Оболенской
14 сентября
Какое тяжелое время для бедного д<яди> Павла вся эта неделя; так грустно не быть с ним. К счастью, он не оставался один, т. к. д<ядя> Сергей и т<етя> Элла приезжали на несколько дней.
(Российский Архив: История Отечества в свидетельствах и документах XVIII–XX вв.: Альманах. Т. XIV. М, 2005. С. 472.)
25 сентября 500-летие со дня кончины преподобного Сергия Радонежского. Торжества начались в Москве 21 сентября. Из Успенского собора Кремля до «Троицы» направился крестный ход, в котором приняло участие от 60 до 150 тыс. человек. Крестный ход из Москвы провожал великий князь Сергей Александрович. 24 числа паломники пришли в Лавру. Приехала и великокняжеская чета[670].
Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу
26 сентября. Ильинское
… надо порассказать про Тройцу. 24-го в 4 ч. со знаменитым полк<овником> Вендрихом[671] мы помчались на экстре в Лавру, куда прибыли в 6 ч. — митрополит нас встретил, мы приложились к мощам и сократились <?> во внутренние апартаменты, где чай распивали со свитой. Около 8 ч. пошли ко всенощной, которая уже давно началась — стояли мы с час и после Евангелия прикладывались снова к мощам — Леонтий[672] нас елеем помазал и дал по образку и хлебу, как всему народу; за сим мы снова пошли в митроп<оличьи> покои и сели обедать с нашими. Около 10 ч. нанес визит Леонтию и сказал ему, что ты очень огорчен, что он тебя забыл 21-го — «ну, напишу ему!» — dit le st. рёге (сказал святой отец — фр.). Потом гулял при лунном свете с нашими вне ограды монастырской; всю ночь народ прикладывался к мощам. Ночь была морозная, но тихая — красивый вид был с террас. Выспавшись отлично, в 10 ч. пошли мы к обедне — отличную проповедь сказал молодой ректор Академии[673]. Около 12 ч. тронулся крестный ход — погода великолепная, солнце грело преисправно — народу гибель, порядок отличный — Левицкий[674] твой отличался и усердствовал. Пять архиереев, смежных губерний, приняли участие в сем торжестве, в 4 местах читали молитвы из молебна пр. Сергию се fut vraiment beau et touchant — pas du tout fin de siecle! (это было действительно красиво и трогательно — совсем не конец века! — фр.).
Довольно изнуренные вернулись мы, и тут начался завтрак и любезничание с гостями, властями и св. отцами, только в 4 34 уехали мы, и были здесь в 8 ч.
(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 196. Л. 8об.-10об.)
Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна собираются за границу. Они едут в Англию, затем в Италию и, наконец, в Дармштадт.
Николай также собирается путешествовать. Елисавета Феодоровна обсуждает с ним возможность его свидания с принцессой Алисой, если он сможет приехать в Англию.
Цесаревич Николай Александрович — вел. кн. Сергею Александровичу
19 сентября. Спала — Ильинское
Остаемся здесь до 24, а затем в Скерневицах пробудем 6 дней, оттуда еду в Афины, затем на Кавказ. Обнимаю.
Ники.
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 87. Л. 149.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — цесаревичу Николаю Александровичу
27 сентября Ильинское
Мой дорогой Ники,
Лишь несколько строк, чтобы известить тебя о наших планах на осень. Хорошо бы нам встретиться где-нибудь. Мы уезжаем в то же время, что и ты — 5 октября. Едем сначала в Италию, затем в Англию 8/20 ноября, где останемся дней на 10, затем отправимся в Дармштадт.
Ты легко можешь догадаться, к чему я все это пишу. Ты знаешь, как я стараюсь помочь и полагаюсь на великую милость Божью, чтобы Он дал Pelly мужество. Может быть, тебе отпроситься навестить тетю Аликс, ты ведь должен был приехать на свадьбу Эдди? Она была бы очень рада, а оттуда, если все пойдет хорошо, и Pelly согласится встретиться с тобой, ты приедешь к нам, в его дом (дом принцессы Алисы. — Сост.). Возможно, я кажусь настойчивой, предлагая эти планы, но ты ведь всегда говоришь со мной так откровенно, и я делаю так же. Я могла бы написать Pelly, не упоминая о твоем предполагаемом визите, чтобы разузнать обстановку, а потом, когда приедем, поговорим <с ней> и известим тебя. Право же, если бы ты поехал в Англию и там встретился с нами, задержавшись чуть дольше нас, я бы тем временем поговорила с ней дома и дала тебе знать. Этим удалось бы избежать докучливых слухов о женитьбе, которые разносятся моментально, хотя, конечно, куда ты ни поедешь — каждая принцесса, на которую ты взглянешь, будет считаться твоей невестой. Но все это неважно.
Нежные приветы от нас двоих. Желаю счастливой поездки. Да благословит Господь это <путешествие> и вразумит тебя, как лучше поступить для счастья вас обоих. Как тебе, должно быть, не терпится обрести свой дом и любящую жену. В твоем положении особенно необходимо жениться молодым, и здесь я сочувствую тебе вдвойне.
Твой любящий друг и тетя
Элла.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1253. Л. 36–37 об. — на англ. яз.)
Вел. кн. Сергей Александрович — цесаревичу Николаю Александровичу
27 сентября. Ильинское
Дорогой мой Ники, обращаюсь к тебе с большой просьбой, а именно потрудиться взять с собой и передать в день серебряной свадьбы т. Оли — маленький ящик ей от нас обоих, и большой ящик, от нас же, твоему дяде. Мне немного совестно, что один из сих ящиков громадных размеров — это портрет нашей дорогой Аликс[675]!
Мы тоже собираемся скоро заграницу, и признаюсь тебе, я страшно тому радуюсь — так хочется немножко проветриться и освежиться; вот уже 4 года, что мы никуда не ездили. Главная наша цель Англия — визит к королеве — она требует видеть жену; вероятно, мы будем жить в Виндзоре. Засим мы хотим проехаться по Италии — жена не видела Рима и окончить все Дармштадтом — конечно, завернем и в Париж по пути!
Правда ли, что ты зимою будешь командовать 1 бат<альоном> нашего полка? Как хотелось бы тебя видеть и о многом переговорить, о чем в письме пишется с трудом. До меня дошли такие странные слухи про тебя, но которым я положительно отказываюсь верить — ты не можешь так изменить[676] своим взглядам и принципам. Прости, но невольно это вырвалось.
Храни тебя Господь, мой дорогой, обнимаю крепко — до свидания. Умоляю не потерять наши ящики!
Твой Сергей.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1340. Л. 79–80 об.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне
6 октября. Москва
Моя дорогая Минни,
Всего несколько слов привета перед нашим отъездом. Мы с нетерпением ждем этой поездки в Италию и затем в Англию, тем более что полная смена обстановки и отдых благотворно скажутся на бедном Сергее, ведь морально и физически он практически не отдыхал с тех пор, как мы здесь, в Москве. Этот год было трудный — приходилось привыкать к новому нелегкому положению; сердце измучилось. Право, думаю, он страдал не меньше Павла — мысль о том, что жизнь любимого брата разбита, преследует его постоянно. В остальном у него все хорошо, и он с большим рвением исполняет свои новые обязанности…
Ты наверняка обрадуешься, узнав, что мое Общество помощи бедным детям успешно действует. Нейдгарт суетлив, но очень энергичен. И все же мне приходится постоянно охлаждать его пыл, поскольку он хочет все организовать одним махом, — гордость подстегивает его, что не всегда к месту.