Попала!. Дилогия (СИ)

Да это же самый настоящий отпуск от тирании!
За это время я обязательно и в библиотеку наведаюсь (история — это, конечно, хорошо, но мне надо искать дорогу домой), и к Эсфе нагряну с визитом вежливости. Когда? Да вот даже сегодня. Я и так уже несколько дней откладываю наше знакомство.
Оказалось проще сказать, чем сделать. Весь день рядом со мной кто-нибудь крутился: фрейлины, Саранна, какие-то незнакомые мне люди. То советникам приспичит со мной пообщаться, узнать, когда я планирую посетить сиротские приюты Хельвивы и принять жаждущих моей аудиенции подданных. То донимать бедную королеву настал черёд усатого генерала с труднопроизносимым именем и не менее зубодробительной фамилией, который через меня надеялся выбить у Редфрита для своего сына графский титул. И так далее по списку.
В общем, к концу дня у меня трещала голова и не оставляло навязчивое желание убить всех и вся. Муж, понимаешь ли, умчался в неизвестном направлении, а мне со всеми здесь нянчиться и решать чужие проблемы.
Тут бы со своими разобраться.
В конце концов в библиотеку я так и не попала, но от посещения храма отказываться не стала. Если люди в этом мире так запросто общаются с богами, то я просто обязана попытать счастья и потолковать с Темнейшей. Тем более что пристанище Эсфы и ей подобных соседствовало с королевской обителью.
Сразу после ужина, отказавшись от вечера с придворными за игрой в карты, я велела Лео заложить карету и сопровождать меня к Эсфе. Думала, будет сложно покинуть дворец, но нет, ни один стражник не воспрепятствовал воле королевы. Разве что помимо кареты перед стенами дворца меня дожидалась аж целая кавалькада вооружённых до зубов охранников. Но лучше так, чем вообще никак. Главное, чтобы не стояли над душой и дали пообщаться с богиней.
Дорога до храма оказалась короткой. По широкой улице, подсвеченной масляными фонарями. По мостовой, блестевшей от недавно пролившегося дождя. Наверное, именно благодаря ему мне сегодня дышалось так легко и свободно. А может, отсутствие мужа действовало на меня столь благотворно.
Храм Темнейших чем-то напоминал восточную мечеть с ажурными башенками и округлыми куполами. Красиво — ничего не скажешь.
Поднявшись по ступеням из чёрного с золотыми прожилками мрамора, я миновала остроконечную арку, прошла по внутреннему дворику, в центре которого лениво журчала вода в фонтане, таком же по-восточному затейливом и нарядном.
За мной увязались два стражника и Лео, а возле входа в святая святых нас встретил местный не то священник, не то жрец. Низко поклонившись и не задавая лишних вопросов, вообще ни о чём не спрашивая, мужчина проводил меня в глубь храма.
Статую Эсфы и темневший перед ней жертвенник я узнала сразу.
— Оставайтесь здесь, — добавив в голос металла, велела сопровождающим. — Я хочу спокойно помолиться богине.
Не дожидаясь ответа, направилась к Эсфе. Вернее, к её скульптуре, сделанной настолько искусно, что казалось, этот каменный исполин сейчас оживёт и сделает шаг мне навстречу.
Поравнявшись с жертвенником, я остановилась. Вскинула голову, закусила губу и подумала, что с моей стороны, наверное, было не слишком вежливо являться к богине без подношений.
Надо было, что ли, взять с собой хотя бы корзинку фруктов.
— Эсфа, — тихонько позвала я, оглядываясь на своих спутников, но они остались далеко, за широкими колоннами и завесой из полумрака. Едва сумела разглядеть широкоплечие фигуры охранников. — Я к тебе пришла… эмм… поговорить. И поблагодарить. За то, что не допустила в ту ночь разврата в храме. — Я ещё внимательнее всмотрелась в лицо статуи, в совершенные черты роковой красавицы, и чуть слышно добавила: — Надеюсь, что ты меня слышишь. И надеюсь, что согласишься откликнуться. Я бы не отказалась от помощи или хотя бы совета. В общем, будет здорово, если мы познакомимся.
Не уверена, что именно так следует обращаться к богам, но я в этом деле, если честно, полный профан. Молиться не приучена и до недавнего времени не верила в существование высших сил.
 
А они, оказывается, очень даже реальны.
Откуда-то сбоку как будто подул ветерок, и меня охватила лёгкая дрожь. Она усилилась в несколько раз, когда за спиной раздался тихий голос, а плеча коснулась чья-то рука.
— Долго же ты ко мне собиралась, девочка. Я уж думала, мы с тобой никогда не встретимся.
Обернуться я не успела. Мгновение, и вот уже Эсфа передо мной: стоит по другую сторону жертвенника и хитро улыбается, кокетливо поводя плечиком. Вживую (если так можно выразиться) она была ещё красивее и полностью соответствовала своему роду деятельности. Как там её величают? Богиней плодородия и всепоглощающей страсти? Пышная грудь и округлые бёдра буквально кричали об этом самом плодородии. Пухлые губы сулили сладостные мгновения тем мужчинам, которым повезёт коснуться их поцелуем, а пламенного цвета кудри подчёркивали и делали ещё ярче эту чувственную, роковую красоту.
В общем, выглядела её темнейшество отпадно, а что улыбается мне, так это радует. И ободряет.
Заставив себя перестать изображать пень с глазами, я тоже улыбнулась и сказала:
— Как выяснилось, у королевы дел невпроворот. Я уже который день о вас думаю, но только сегодня удалось вырваться из дворца.
Эсфа оглядела меня с ног до головы внимательным взглядом, присела на край жертвенника, закинув ногу на ногу, и деловито поинтересовалась:
— Подношения принесла?
Вот зря без фруктов пришла!
Я развела руками, а богиня, поправив распахнувшуюся длинным разрезом юбку, милостиво сказала:
— Ладно-ладно, на первый раз прощаю. Ты ведь у нас иномирянка, а что с иномирянки взять? Про пантеоны наверняка ничего не знаешь и как умасливать того или иного бога тоже. Мне ведь не всякое подношение придётся по душе.
— О-о… А-а… Вы… — заблеяла я, не способная выдавить из себя что-то членораздельное.
Обернувшись на своих провожатых, услышала беззаботный голос богини страсти:
— Они нас не слышат, да и не видят меня. Я являюсь только тому, кому мне угодно. И только когда мне угодно.
— Благодарю за оказанную честь, ваша божественность, — так до сих пор и не придя в себя, на выдохе выдала я.
Божественность? Ой, да пофиг! Главное, она знает. Нет, не так! Она. Знает!
— Не стоит благодарить, — по-приятельски махнула рукой Эсфа. — Мне самой было интересно с тобой познакомиться. Как отношения с мужем? Он меня слушается?
— Старается, но у него это не всегда получается. — Боясь, что Эсфа передумает и исчезнет или что мне вдруг снова поплохеет, я решила брать быка за рога. — Ваше темнейшество, а вы мне не поможете вернуться обратно?
— За обратно — это к Эдаре, — даже не дав себе секунды на раздумья, ответила Темнейшая. — Тут я вам, ваше величество, ничем помочь не могу.
Не величество я. И не жена тирана. Я домой хочу! К папе с мамой. И в первую очередь к телу своему, самому родному, любимому, драгоценному.
— Но как же так? — расстроившись дальше некуда, воскликнула я.
— Хочешь сказать: вы же богиня, ну что вам стоит зашвырнуть меня обратно! Я правильно поняла? — явно веселясь, иронично поинтересовалась её божественность.
Я неопределённо пожала плечами. Гневить богов, как известно, может быть чревато, но если Эдара действительно единственная, кто может вернуть меня обратно…
Вот гадство.
— Вытащить твою душу из этого тела не проблема. Проблема заключается в другом: только тот, кто призвал тебя в этот мир, сможет проводить тебя домой. Ты ведь не хочешь лишиться плоти и всю вечность маяться на земле, не способная обрести покой?
— Не хочу, — помотала я головой.
 
— Вот и я так подумала. Поэтому или жди, пока колдунья решит отправить тебя в твой мир, или… О, да сегодня прямо день открытых дверей! — Богиня вытянула шею и посмотрела куда-то у меня за спиной.
Обернувшись, я увидела завёрнутого в плащ полуночного гостя или, скорее, гостю. Вот она откинула капюшон, раскрыв своё лицо. Мильдгита. К счастью, чародейка направилась в другой конец храма. К статуе грозного на вид мускулистого мужика с рогами да ещё и в набедренной повязке.