Попала!. Дилогия (СИ)
— Что? — растерянно переспросила черноволосая фифа.
— Я хочу, чтобы вы смотрели мне в глаза, когда я с вами разговариваю, а не на моего мужа.
Девица покраснела. Не то от стыда, не то от возмущения. Следовало бы от первого, но наверняка румянец к её щекам прилил благодаря второму чувству.
— Так вот, я спрашиваю снова: что здесь происходит?
— Но я… Редфрит? — снова посмотрела на короля незнакомка, продолжая искать в нём поддержки.
— Леди Алана — одна из ваших фрейлин, — мрачно проинформировал меня король. — Сегодня вам их представят.
— Уверены, что леди Алана моя фрейлина, а не ваша?
— Ты опять забываешься, — сощурился он угрожающе.
Чёрт с тобой. Достал. Я отвернулась от короля и вперилась в девицу мрачным взглядом. У Редфрита нахваталась.
— Я жду. Мы отсюда не уйдём, пока вы, моя фрейлина, не объясните, что здесь произошло.
Девица негодующе вздохнула, нервно ударила по ладони веером и кинула злой взгляд на бедолагу лягушонка.
— Этот идиот наступил мне на юбку! Животное неуклюжее!
— Что, простите?
Наверное, мне послышалось.
Лягушонок задрожал всем телом и, не поднимая от земли взгляда, невнятно пробормотал:
— Я не намеренно, ваше величество. Клянусь.
— То есть вы ударили его за такую ерунду? А что будет, если я наступлю вам на юбку? Тоже назовёте меня неуклюжим животным?
И ради подтверждения своего предположения пару раз наступила на атласный шлейф красотки. От души так, даже поелозила по нему каблуком, словно тушила сигарету. Животным меня, конечно, не назвали — вслух, но в мыслях явно обругали последними словами.
— Ваше величество… — выдохнула девица, побагровев ещё сильнее. И непонятно, к кому обращалась: ко мне или к тирану.
— Ещё раз увижу, что распекаете слуг за такую ерунду, и поверьте, вам не понравится быть моей фрейлиной. Вы же знаете, на что я способна, милочка.
Милочка судорожно кивнула. Видимо, здесь все считали Даниэлу безбашенной девицей, с которой лучше не связываться. Странно, что Гите хватило наглости напичкать меня той дрянью.
— Можете идти, — отпустила свою фрейлину и любовницу мужа по совместительству.
Бросив на короля полный обиды взгляд, леди Алана вскинула голову и с видом оскорблённой невинности засеменила ко дворцу.
— Ты тоже можешь идти, — улыбнулась я лягушонку и отпустила его с миром.
— Выступление окончено? — с усмешкой поинтересовался Редфрит.
— Да, теперь можем вернуться к завтраку. Составите мне компанию?
— Боюсь, на это утро мне хватило вашей компании.
Я безразлично пожала плечами, мол, как знаешь, а Редфрит, шагнув ко мне ближе, проговорил с нажимом:
— Будь помягче с маркизой Тешен. Она хорошая девушка.
— Хорошая по жизни или в твоей постели?
Нет, мне совершенно без разницы, с кем он проводит ночи. Но вот так бесцеремонно тыкать мне в лицо любовницей, которая даже не попыталась выказать мне (своей, между прочим, королеве) почтение — вряд ли бы это стерпела здешняя Даниэла. Вот и я тоже не буду.
Не дожидаясь ответа от посеревшего деспота, примирительно сказала:
— Обещаю не портить твоей любовнице жизнь, если ты не будешь запрещать мне видеться с родными. Вот как вчера.
— Опять ставишь мне ультиматумы, Даниэла?
— Вовсе нет, — покачала головой. — Наоборот, предлагаю компромиссы. Нам ведь это и наказала делать Эсфа. Пытаться подружиться.
Король ничего не ответил. Окатив меня напоследок тяжёлым взглядом, отправился восвояси, ну то есть во дворец. Правда, вскоре я узнала, что его величество всё-таки решил сделать первый шаг мне навстречу — ко мне пришла Эдара, и мы приступили к занятиям.
Глава 8
Очень быстро я поняла, что обучаться магии — дело неблагодарное. А ещё очень нервное и энергозатратное. Сила моей тёзки ни в какую не желала быть мне послушной. Когда я злилась, она давала о себе знать лёгким покалыванием в руках. Но стоило успокоиться и, отбросив эмоции, начать концентрироваться, как учила Эдара, и магия будто отправлялась в зимнюю спячку, я больше её не ощущала.
— Для того, чтобы научиться обращаться с силой, тебе придётся отсекать все эмоции. Для этого нужна концентрация, собранность и регулярные тренировки, — расхаживая по спальне, читала лекцию чужая, а теперь временно моя наставница.
— Но почему я должна в себе что-то блокировать, если эмоции помогают мне приводить силу в чувство? — Я с досадой встряхнула руками, и мелкие искорки соскользнули с пальцев, тут же растаяв в воздухе.
— Они не помогают, а наоборот, мешают. Не умея владеть собой, ты не сумеешь овладеть и магией. Скорее, она овладеет тобой, и из-за этого могут пострадать другие. Ты ведь не хочешь кому-нибудь навредить?
Ну это смотря кому. Маркизе Цепеш… Пепеш? В общем, чернобровке-любовнице я бы с удовольствием навредила. Основательно так, чтобы ей больше неповадно было спать с чужими мужьями. Тьфу ты! Я хотела сказать, лупить веерами чужих лягушат.
С чужими мужьями — то пожалуйста, на здоровье. По крайней мере, с одним конкретным мужем, которого я готова отдать ей в безраздельное пользование. Пусть и дальше продолжает заботиться о королевских чреслах, благословляю её на это дело.
— Даниэла, о чём задумалась?
— О королевских чреслах, — ляпнула я рассеянно.
Поймав вопросительный взгляд Эдары, быстро поправилась:
— Я хотела сказать, о креслах. Королевских. Вон те у камина смотрятся вполне симпатично, вы не находите?
— Не отвлекайся, — отрезала Эдара и продолжила вкладывать в меня магические знания.
Спустя где-то час голова готова была треснуть подобно шмякнувшемуся на землю апельсину, а я готова была взвыть волком. Ничего не получалось, ничего не выходило. Стоило разозлиться, как кожу начинало знакомо колоть, но как только сердце в груди выравнивало свой ритм и я становилась самой невозмутимостью, всё прекращалось.
— Бесполезно! — Я рухнула на постель и прикрыла глаза, вынужденная признать, что в магии я полный профан.
— Вовсе нет. — Эдара приблизилась к кровати. Ободряюще улыбнувшись, протянула мне руку, предлагая подняться. — Неужели ты думала, что у тебя сразу всё получится? С первого раза, по щелчку пальцев. Так не бывает, дорогая. Ничто не даётся без усилий, помни об этом.
Вернувшись в сидячее положение, я спросила:
— Уже придумала, как будешь очищать душу Даниэлы? И сколько это займёт времени?
Колдунья слегка нахмурилась:
— Дай мне несколько дней, хорошо? Сейчас я пытаюсь выяснить, с кем в последнее время пересекалась Даниэла, какие книги читала, чем интересовалась. Если пойму, что привело к этой трагедии, сумею всё исправить.
— А если нет?
Мадам ведьма поджала губы, упрямо тряхнула светлыми волосами, собранными в замысловатую причёску.
— Я в любом случае докопаюсь до правды, но мне, как уже сказала, нужно время. Потерпи, Даниэла. Тем более что на твоей стороне Эсфа, а значит, в ближайшие дни Редфрит тебя точно не тронет.
Это если Алана не будет увиливать от работы. Впрочем, подозреваю, истеричная маркиза — не единственная пассия его величества. Постель ему в любом случае кто-нибудь согреет, а я пока займусь делом: постараюсь разобраться, куда всё-таки попала, а заодно понять, какие шансы у меня вернуться обратно.
Эдаре и Фантальмам я не доверяла.
Заметив, что колдунья собирается прощаться, я удержала её за руку.
— Ты так и не рассказала мне, кто такой Теобальд. Да и о многом другом тоже хотелось бы узнать. Что это за мир, почему вы так пренебрежительно относитесь к феям и лягушатам, чего мне стоит опасаться?
Помимо Редфрита, его душки-ведьмы, психованных королевских фанаток и возможного убийцы Даниэлы. Я по-прежнему не исключала версию, что на леди Фантальм было совершено покушение. А значит, и я тоже в зоне риска.
Прелестно. Просто прелестно.
Тяжело вздохнув, Эдара опустилась на край кровати.
— Всё произошло так неожиданно. Ещё вчера утром я с замиранием сердца ждала королевскую свадьбу, а потом… крики и плач Саранны, распростёртое на полу тело моей миары… разговор с Фантальмами и… — Колдунья встрепенулась, а подняв на меня затуманенный взгляд, быстро произнесла: — Но ты спрашивала о Теобальде.