Попала!. Дилогия (СИ)

Не замечала я и взглядов одного из накаи. Того самого мускулистого красавца, у которого выпрашивала аудиенцию с Арайной. Эти взгляды я ловила мельком, думая о другом, а когда поняла, что с Диким что‑то не так, предупреждать принцессу уже было поздно.
Поздно себя спасать.
Тот день не заладился с самого утра. Сначала Ринне стало плохо во время снятия метки. Это должно было быть последнее посещение ведьмы, но, когда малышка потеряла сознание, пришлось прерваться. Забрав своих подопечных, провожаемая насмешливым взглядом колдуньи, я поспешила к лекарю.
– Госпожа Вертано, вы прямо как наседка, – послала она мне вдогонку. – Носитесь с этой мерзостью, как ненормальная, а могли бы просто жизнью наслаждаться. Никогда ведь не знаешь, когда она может прерваться.
– Я бы сказала, кто тут мерзость, но думаю, это и так очевидно, – обернувшись, одарила «комплиментом» су… эту стервозную сущность и пошла к мэтру Вруктилсу, чтобы осмотрел Ринну, а заодно проверил и остальных.
Не дай бог, вместо снятия меток гадина Гита с ними что‑нибудь сотворила!
Оставив фей и лягушонка у королевского лекаря, в растрепанных чувствах я отправилась к Арайне, узнать, есть ли какие‑нибудь подвижки со Спящим. Мне повезло застать принцессу прежде, чем она умчалась из дворца, но разговор с ней оставил в душе неприятный осадок. Арайна выглядела раздраженной и вела себя так, словно одно только мое присутствие ее дико бесило. Да и на придворных тоже поглядывала искоса, с затаенной злостью в глазах.
– Все в порядке? – с тревогой спросила я, стараясь поспеть за принцессой.
Накаи двигалась стремительно, словно надеялась от меня сбежать.
– А ты как думаешь? – усмехнулась она криво. – Этот идиот Галеано никак не желает понять, что сосудом может стать только здоровая, крепкая девица. Уже тошнит от насильников и душегубов… А вчера вообще заявил, что нам стоит остановиться и искать другой способ угомонить духа. Так я и думала! Зря только сюда тащилась… Вам, людям, всем не достает твердости и хладнокровия. Тоже мне, союзнички!
Я осторожно коснулась ее локтя.
– Может, Редфрит прав? Может, действительно стоит притормозить? Ни к чему хорошему насилие не приводит.
Накаи замедлила шаг, а обернувшись, хлестнула меня, как пощечиной, ядовитой иронией:
– Боги, Даниэла, прекрати наконец вести себя как его подстилка. Ты только и делаешь, что заглядываешь в рот этому монстру!
– Вовсе нет. И он не…
– Насилия он хочет избежать… Да ему просто людей своих жаль, а как убивать накаи – так это он с удовольствием и радостью!
Впервые я видела ее такой. Она и раньше не питала к королю теплых чувств, но сейчас накаи переполняла жгучая ненависть. Опасное, затмевающее разум чувство.
– Арайна, я тебя не узнаю, – начала было, надеясь ее образумить.
Но накаи нетерпеливо перебила:
– У меня нет времени подтирать тебе сопли. Умоляю, найди себе другую няньку и наконец оставь меня в покое! – Грубо оттолкнув, не обращая внимания на прислушивающихся к нашему разговору придворных, она слетела по лестнице.
Я проводила крылатую взглядом, пытаясь понять, какая муха ее укусила. Ясно, что расстроена из‑за Спящего, но зачем же на мне срываться? И Редфрита едва не проклинала…
Последнее особенно волновало. Я даже попыталась разыскать короля, но, как назло, он снова уехал из дворца. Умчался ранним утром, а когда вернется, ни его накшерр, ни стражники не знали.
Еще и Велебор устроил очередное представление. Он снова дожидался меня в моей комнате. Нервно мерил ее шагами, а услышав звук открывающейся двери, ринулся ко мне и непреклонно заявил:
– Будет лучше, если ты уедешь из Хельвивы.
– Чего? – рассеянно переспросила я, продолжая думать о ссоре с Арайной.
Причуды северянина были последним, что меня сейчас волновало.
– Рута соберет твои вещи, я велю заложить карету. Отправишься в Айсорию, есть у меня там знакомые. Они о тебе позаботятся и…
– Велебор, прекрати. Я никуда не поеду. – Коснулась его плеча, заглянула ему в глаза. – Пока накаи здесь и решается вопрос с духом, я останусь в Хельвиве. А дальше… А дальше будет видно.
 
Терпеть не могу, когда он так смотрит. Словно я его собственность, у которой просто не может быть права голоса. По мнению Ярого, я обязана выполнять все его приказы, потакать любым капризам и вот таким спонтанным вывертам.
– Даниэла, ты многого не знаешь и многое не понимаешь, – не желая сдаваться, продолжал наступать посланник.
Теперь уже он сжимал руки на моих плечах и едва ли меня не тряс. Видимо, надеялся, что так я быстрее сдамся и уступлю его внезапной прихоти.
– Ну так объясни. Расскажи то, о чем я не знаю и чего не понимаю.
– Переговоры проходят не так гладко, как мы рассчитывали. Отношения между людьми и Дикими все более напряженные. Я опрометчиво понадеялся, что с легкостью смогу положить конец многовековой вражде. Но это не так. Не хочу, чтобы ты пострадала. Послушайся меня и уезжай. Так будет правильно.
Высвободившись из его рук, отступила под стремительно темнеющим взглядом.
– Тогда мне тем более стоит остаться. Возможно, я единственная смогу повлиять на короля и накаи, если они снова окажутся на грани войны. Так что пока Дикие здесь, я из Хельвивы ни ногой.
На какой‑то миг показалось, что он сейчас зарычит и бросится крушить все вокруг: уж больно злой у князя был вид. Возможно, так бы и случилось, если бы не чародейки Сетхэйна. Я постоянно видела их вместе, этих северянок с надменными лицами.
Ко мне они тоже явились всем скопом и проговорили с порога:
– Ваша светлость, мы вас повсюду ищем.
В мою сторону даже не взглянули, будто его светлость общался с воздухом.
– Вы нужны нам, – добавила ведьма с толстой косой через плечо, а потом с нажимом уточнила: – Дело срочное.
Поморщившись, будто собирался сплюнуть себе под ноги, Велебор бросил на меня взгляд и командорским тоном сказал:
– Вечером продолжим.
После ухода посланника и речи не было о том, чтобы что‑то там читать. С каждой минутой, каждым часом тревога ощущалась все сильнее. Удавкой перехватывала горло, ядовитой змеей сжималась вокруг сердца. Я не могла усидеть на месте, не могла ничем отвлечься.
То и дело убегала мыслями то к Арайне, то к Редфриту, то к князю, поведение которого мне все больше не нравилось.
Как только Редфрит вернется, обязательно поговорю с ним о Велеборе. Да, вот прямо сегодня. А чтобы не проворонить его возвращение, пойду‑ка лучше на прогулку. Изнывать от беспокойства вполне можно и в парке. Заодно и от жары поизнываю, но хотя бы буду точно знать, когда вернется Галеано.
Возможно, даже получится перехватить его до того, как затеряется в хитросплетениях дворцовых галерей.
Схватив первую попавшуюся книгу, отправилась в королевский парк караулить свою родственную душу. К счастью, дневной зной спал. Медленно, как будто нехотя, солнце клонилось к кронам деревьев. Устроившись на скамейке под ветвями старого дуба, я раскрыла книгу где‑то на середине. Даже взгляд на страницы опустила, мысленно уговаривая себя успокоиться и отвлечься чтением. Отсюда была хорошо видна подъездная аллея, так что незамеченным его величество точно не проедет. А от того, что буду себя накручивать, станет только хуже.
Так что взяла себя, Даня, в руки и бегом просвещаться! Что тут у нас? Ах да, легенда, повествующая об истоках вражды чудных народов с людьми.
Должно быть познавательно и интересно.
Увы, окунуться в предания прошлого я не успела. Вздрогнула, услышав, как за спиной хрустнула ветка. В следующее мгновение сильные мужские пальцы сжались на моих плечах. Острые когти вонзились в корсаж, и меня, словно перышко, подняли над землей. Испуганный крик смешался с глухим шелестом крыльев, а зов о помощи заглушила вжавшаяся в мои губы ручища. Другой рукой Дикий крепко удерживал меня под грудью. Оттолкнувшись от земли, взмыл над деревьями, с каждым мгновением отдаляясь от дворца.
 
Унося прочь меня.