Любовь с первого боя (ЛП)

Так что, да, я закончила с этим. В основном. И я прямо сейчас могу назвать один из лучших моментов учебы в колледже.
Это прощание с мальчиком по соседству.
  
Глава 2
 
Марго
 
Я похлопала Мэтта по плечу.
— Пожалуйста, не говори, что ты переживаешь из-за своего жизненного выбора только потому, что Директор Крамер пытается быть в теме.
Он усмехнулся в ответ.
— Я не беспокоюсь о жизненном выборе, я просто говорю…
Мы со Сьюзи терпеливо ждали. Я думаю, может быть, мы обе надеялись, что хоть раз этим летом Мэтт сможет точно объяснить, почему он так недоволен тем, как мы обычно проводим время.
Он наклонился, пока его локти не уперлись в колени.
— Не знаю, я думаю, меня беспокоит, что после всех этих лет совместного обучения в школе остальная часть нашего класса все еще не понимает, насколько вы крутые, девчонки.
Мы со Сьюзи уставились на него. Потом посмотрели друг на друга. А потом мы так рассмеялись, что я чуть не упала обратно в бассейн. Сьюзи действительно упала в бассейн, когда вылезала из единорога, поэтому она ухватилась за бортик.
— Хорошо, — сказал Мэтт с терпеливой улыбкой. — Смейтесь сколько хотите. Но я говорил совершенно серьезно.
— Я знаю, — сказала Сьюзи сквозь задыхающийся смех. — И это было очень забавно.
Я же продолжала смеяться достаточно долго, чтобы ответить.
— Да, — настаивал Мэтт. — Возможно, «крутые» не в общепринятом смысле этого слова.
Это вновь меня взбесило.
— Тогда в каком смысле?
Он покачал головой, игнорируя наш смех.
— Я имею в виду, что никто не знает, насколько классная Марго, какой крутой может быть Сьюзи, или…
— Ты думаешь, я классная? — спросила я, когда Сьюзи произнесла «классная?» мне с широко открытыми глазами.
— Да, и да, — сказал он, веселье сделало его раздражение скорее восхитительным, чем привередливым. — Вы, ребята, умные, веселые, смелые и…
— О, — я положила руку на сердце, наклонилась вперед и положила голову ему на руки. — Это так мило.
Сьюзи решительно кивнула.
— Это действительно так. Спасибо, Мэтт.
Рассмеявшись, он опустил голову.
— Вы все еще не понимаете. Я знаю всё о вас, ребята, но никто другой не знает. Никто не знает, какими… какими веселыми вы можете быть.
Мы со Сьюзи переглянулись, и мне кажется, она, как и я, не знала, что на это ответить. В душе Мэтт был милым, он всегда таким был, но никто из нас не привык слышать такие сентиментальности без доли иронии.
— Полегче, Мэтт, — сказала я, толкая его руку. — У тебя есть целых десять месяцев до выпускного. Не растрачивай свою энергию слишком рано.
Сьюзи с невозмутимым видом кивнула.
— Преждевременная сентиментальность — не шутка. От неё страдает каждый десятый мужчина.
Мэтт игриво похлопал ее по голове.
— Заткнись.
Она оттолкнула его, и вскоре они попытались столкнуть друг друга в бассейн, но ни у одного из них ничего не вышло. По крайней мере, до того, как нас грубо прервали.
— Как дела, неудачники!
Брат Сьюзи прокричал это низким голосом, будто он был спортивным комментатором. Трое его друзей, которые следовали за ним, думали, что это смешно.
— Дейл, что ты здесь делаешь? — спросила Сьюзи, забыв о веселье, и хмуро посмотрела на своего надоедливого младшего брата.
И под «младшим» я имею в виду только возраст. Хотя все называли их ирландскими близнецами из-за их близкого возраста, Сьюзи и Дейл выглядели полными противоположностями. В то время как Сьюзи была невысокой и худой, Дейл был высоким и мускулистым. Хотя мы уже установили, что Сьюзи не была крутой в общепринятом смысле этого слова, Дейл определенно был таким.
Ладно, полагаю, «крутой» — достаточно субъективное понятие. Лично я предпочитаю проводить время с кем угодно на планете, кроме Дейла Брайера, но это не делало его менее популярным. Всё просто — он был спортсменом. Он играл в баскетбольной команде и, казалось, постоянно был окружен небольшой командой парней и девушек в любой момент времени. Так что да, по общепринятым стандартам он был в совершенно другой лиге, чем Сьюзи, я или Мэтт.
 
Факт, на который он любил указывать каждый раз, когда ему выпадал шанс.
— Мама сказала, что мне разрешено приглашать гостей, а не тебе, — сказала Сьюзи, вставая и торопясь остановить своего брата, когда он направился к ее телефону, который в настоящее время был подключен к наружной акустической системе и играл легкий инди-рок, который так любила Сьюзи.
— Успокойся, зануда, — сказал Дейл. — То, о чем моя суровая мама не узнает, ей не навредит. — Он адресовал последнюю часть своим друзьям, которые благодарно засмеялись, как будто он был стендап комиком.
Сьюзи это не понравилось.
— Я серьезно, Дейл.
— Я серьезно, Дейл. — Ответил он высоким голосом, передразнивая Сьюзи, легко дотянулся до нее, вытащил вилку из ее телефона и воткнул в свой. Через две секунды музыка переключилась на что-то ужасное — какой-то хип-хоп с басовым ритмом, от которого у меня заболели уши.
— Дейл! — Она гналась за ним, когда он возвращался к своим друзьям, ее рыжие кудри покачивались, когда она бежала, чтобы не отставать от его длинных шагов. — У нас обоих будут проблемы, если…
— Нет, если ты меня не сдашь, зануда. — А ты этого не сделаешь. Он не сказал эту часть, но мы все знали, что это правда. Несмотря на то, что Сьюзи и Дейл постоянно дрались друг с другом, они были братом и сестрой, а также сыном и дочерью… ну, я не стану употреблять слово «жесткая», хотя некоторые могут.
Мама Сьюзи была строгой и пугающей. Ее отец был немного более непринужденным, но он позволил их матери взять бразды правления в свои руки, когда дело доходило до наказаний, и, скажем так, она бы заставила темницу лондонского Тауэра постыдиться. О, она не использовала телесные наказания, но известно, что малейшее нарушение ее правил приводило к многомесячным домашним арестам, а ее излюбленное средство пыток? Ограничение доступа ко всем без исключения технологиям, что было одинаково болезненно как для Сьюзи, любящей видеоигры, так и для ее брата, любившего зависать в социальных сетях.
Я предположила, что есть два пути, по которым могут пойти дети, воспитанные такими строгими родителями. Дейл пошел по пути восстания, а Сьюзи выбрала другую крайность.
Но, несмотря на все ее девичьи наклонности, Дейл был прав. Она ни разу не сдала его, потому что, как она выразилась, была такая вещь, как братский кодекс. Типа, буквально «братский кодекс», а не тот, который запрещал парню приставать к девушке другого.
Как бы то ни было, мы с Мэттом без сомнения знали, что все ее угрозы — несмотря на то, что они впечатляюще выкрикивали и обменивались ругательствами, от которых мог бы покраснеть моряк, — лишь сотрясали воздух.
Проблема была в том, что Дейл тоже это знал. И все его друзья тоже. Вероятно, поэтому они не обращали на нее внимания, уже переключив внимание на какую-то другую задачу, которая, по-видимому, заключалась в открытии задних ворот, которые вели на улицу за их домом.
Мэтт подошел ко мне, и я не преувеличиваю, когда говорю, что мы застыли в тихом шоке. Я не хочу показаться суперскрытной или что-то в этом роде, но… может быть, так оно и было, потому что я впервые увидела бочонок.
Ну, я имею в виду, впервые в жизни. Я посмотрела достаточно фильмов, спасибо большое, поэтому знала, что такое пивной бочонок, даже не спрашивая. Можно было с уверенностью сказать, что Мэтт тоже, судя по тому «вау», которое он пробормотал себе под нос.
Ого. Все мои мысли в этот момент. Окей, ладно, может быть, бочонок, появившийся на вечеринке перед началом учебного года, не был чем-то очень удивительным… буквально для кого-то еще. Но бочонок, появившийся в доме Сьюзи и на нашей вечеринке?