Гарнизон Бездна (СИ)
— Ответ отрицательный. Нам нужно три перехватчика для полной уверенности, что объект будет поражён Гальварионом. Один сканер — не обеспечивает такого уровня точности положения объекта.
Это полный бред и враньё! Одного сканера вполне достаточно! Да я могу даже без сканера всё сделать, достаточно будет лазерного наведения. На что они намекают? Будь ты проклят Лемешев, ты что договорился с корпорациями, чтобы отдать эту точку?! А корпорации знают вообще, что творится на Тайрисе?! Или ты старый жирный ублюдок решил продать подороже и смыться?!
— Скользящий, подтверди готовность.
Нет, спасибо. Я на такое не подписывался. Вот что мне никогда на дальних рубежах не нравилось, так это полный беспредел среди командования. Они могут заминать любые факты, жертвовать личным составом, а потом отчитываться так, как посчитают нужным. Потерю десяти гиперджетов, конечно, не скрыть, но зато… Зато мы бились до последнего, товарищ Генерал! Вот именно так и скажет Лемешев.
— Искра, эскадрон Пульсар в составе трёх крыльев отправляется на орбитальную станцию для инженерного осмотра. В сложившейся ситуации, как командир эскадрона, считаю поступивший приказ самоубийственным. Приоритет: сохранение личного состава. Конец связи.
Лучше уж пойду под трибунал, нежели отправлю ребят на верную смерть. Третий вылет у Кобры, пятый у Ворона. Оба талантливые пилоты, их ждёт большое будущее. Мы и так потеряли многих… Сохраним хоть оставшихся.
Возвращаться на базу тоже нецелесообразно, нас троих сразу повяжут люди Лемешева. А на орбитальной станции я смогу выиграть немного времени. Там хотя бы разберутся, прежде чем, нацепить на меня наручники.
— Кобра, Ворон. Приказ покинуть сектор. Мы отправляемся на орбитальную станцию для диагностики и починки.
— Принято. — хором ответили ребята.
Дело за малым, осталось всего лишь уйти от целого роя Шершней, которые стремительно приближались. Мониторы состояния мигали красными и оранжевыми цветами, гиперджету было плохо. Но он всё ещё мог лететь быстро. Я даже не хотел смотреть на датчик топлива. Его мало. Надо любым способом выйти на орбиту, а там уже с помощью гравитека как-нибудь подтянемся к станции. Шершни выше определённой высоты преследовать не будут, ибо их прямая задача сопровождать «караван», но пока мы находимся в их зоне реагирования, будут грызть до талого.
На мониторе возникли границы безопасного пространства, пересекая которые мы сможем избежать боевого столкновения. Я резко потянул штурвал на себя, и машина рванула вверх. Писклявый радар меня предупреждал о том, что я вхожу в зону ближнего боевого столкновения с Шершнями. Три штуки вырвались вперёд и уже нагоняли. На каком топливе работают эти черти? Впрочем, сейчас это неважно.
Я дал резкого крену. Один из Шершней стремительно нагонял, мне от него не уйти, он настигает по перекрёстной траектории, попросту сядет на хвост и всё. Был только один способ избежать этого. Нужно сбросить немного скорость, дать ему возможность приблизиться. Несколько секунд радар фиксировал стремительное приближение, после чего в голове прозвучало «пора!», и я на рефлексах ушёл в управляемую бочку с большим радиусом вращения и максимальной перегрузкой. Результат предсказуемый, Шершень не ожидал подобного, а я уже был на хвосте, врубил форсаж на полную, вышел буквально за пару секунд на дистанцию поражения, запустил «Титан-Р» для подстраховки, параллельно спуская тысячи плазматик-патронов в секунду, прошивая ему обшивку насквозь. «Титан-Р» так и не достиг цели, так как я изрешетил Шершня на лоскуты, и он отправился к праотцам.
Со следующим подобное не выгорело, и мы буквально слиплись в долгом манёвре. «Ножницы» продолжались столько времени, что я даже начал утомляться, но Шершень не хотел уступать. Ко всему прочему моя хватка ослабла, я хуже управлял джетом банально из-за человеческого фактора. Нейрошторм работал на пределе, иначе я был бы давно труп.
— Шершень сбит. — сообщил Ворон.
Наконец я узрел малую брешь в «ножницах» и резко поднырнул, изрешетив его практически вплотную. Куски обшивки разлетелись в стороны, «срезанное» крыло буквально в метре от джета улетело далеко назад.
Но расслабляться рано. На хвосте третий и это проблема. Я попытался уйти в ножницы, потом выходил из манёвра бочкой, но ничего не помогало. Уж не знаю, кто управлял этой миниатюрной машиной по сравнению с гиперджетом, но моё почтение, он настоящий мастер. Дальнейшие потуги никак не спасали. Прилип и точка. Начал пытаться меня изрешетить, я уклонялся, как мог, включив задние дефлекторы. Надолго их не хватило, слишком мало энергии. Потратил практически всё во время пике… Чёрт. Ну вот он и конец. Будь, по-вашему. Всё. Добивайте. Сил никаких уже нет. Хоть в могиле отдохну!
Но внезапно выстрелы прекратились, а сам перехватчик исчез с радаров. Сзади вылетела шустрая Кобра, мелькнула мимо меня слева и устремилась ввысь.
— Шершень сбит. — доложила она.
Я выдохнул… Да, пожалуй, моё смирение оказалось мимолётным. Можно сказать, что психанул. Меня аж передёрнуло. Разумеется, я не хотел умирать. Брр… Всё, Антей, соберись. Сколько раз ты уже говорил себе это слово сегодня? Поблагодари Кобру! Поблагодари Кобру, идиот!
— Спасибо, Кобра.
— Это моя работа, Скользящий.
Чёрт… Девчонка спасла мне жизнь. В голосе её ни капли страха, полная уверенность и сосредоточенность. Она молодец, молодец… А вот я сплоховал. В последний момент. Когда уже, казалось бы, всё закончилось. Поддался слабости. Больше никогда себе такое не позволю. Теперь я её должник.
Вскоре с нами поравнялся Ворон, ещё через несколько минут мы пересекли границу и оказались в безопасной зоне. Теперь оставалось только выйти на орбиту.
— Ворон, Кобра, сколько топлива осталось?
— Сорок процентов.
— Тридцать шесть процентов.
Я посмотрел на датчик топлива. Двадцать один процент… Огромное количество ушло во время запуска наводящей стрелы на обратное экстренное торможение. Чёрт… Я снова на волоске. Может хватить, а может и не хватить. Расчётный минимум топлива для выхода на орбиту двадцать три процента.
— Приготовить машины к орбитальному запуску.
— Принято.
Когда все были готовы, я скомандовал и мы устремились в точку. Меня прижало к креслу, но я чувствовал облегчение. Единственное, чего хотелось после полёта — это поесть, поспать и почтить память погибших… Ну и обнять Кобру, конечно же. Делать я этого не буду. Не принято. Но желание есть. Может быть, когда-нибудь, в неформальной обстановке… Но точно не сейчас. Вероятно, Лемешев быстро среагирует и меня призовут к трибуналу, раньше, чем я успею увидеть своих пилотов. Но думать сейчас об этом бессмысленно. Чуть позже мы повисли на орбите Тайриса с ориентировкой на траекторию орбитальной станции.
— Включить гравитеки.
— Есть!
Вот теперь можно и вздремнуть. Уж это я точно заслужил.
— Ворон, Кобра, у нас три часа до прибытия на станцию. Приказ — отдохнуть. Конец связи.
— Принято, Скользящий.
— Есть, отдохнуть, Скользящий.
Я поднял защитный козырёк шлема, снял давящие авиационные очки. Под носом уже вся кровь запеклась. На вороте были обильные кровоподтёки, с бровей капало. Приходилось часто моргать глазами из-за солёного пота, поэтому немедля вытер лоб перчаткой, шумно выдохнув.
Как только отключил нейрошторм, ногу свело судорогой. Пришлось её спешно приводить в порядок, но никак не получалось. У меня аж зубы начали крошиться от того, насколько судорога оказалась мощной, но через несколько мгновений всё-таки удалось разогнуть мысок, икроножную чуть отпустило.
— Скользящий… — послышался неуверенный голос Ворона. — Мы же пойдём под трибунал? Ведь так?
— С чего ты это решил?
— Главнокомандующий лётным гарнизоном перепутал каналы… Поэтому я слышал весь разговор.
— Оу…
Я был в ступоре. То есть, этот идиот ещё и связью пользуется через пень колоду? Мда, за три недели я, конечно, видел тревожные звоночки со стороны Лемешева, но, чтобы настолько…