Гарнизон Бездна (СИ)

В свете фонарика Андрей подбирается к панели, вскрывает её, находит нужное место, втыкает предохранитель, поворачивается к нам.
— М-мы готовы?
— ДА! — хором отвечаем с Овцебыком.
Тогда Андрей подходит к рычагам и поворачивает каждый. Когда опускает последний рычаг, основной генератор начинает раскручиваться, я прям слышу, как он набирает обороты. После чего постепенно включается свет по всему судну.
— Срочно дельтуем на мостик! — командую я. — Бежим друг за другом в том же порядке, что и шли сюда.
— Понял! — кивнул Овцебык.
— П-погнали. — заикаясь промямлил учёный.
Мы рванули, что было сил, бежали через все коридоры, повернувшись в один момент направо, я увидел Уголька, стоящего с пистолетом в руках. Либо он был ранен, либо на нём была чужая кровь. Среагировав, он выстрелил с опозданием, я пролетел мимо. Но это значит, что он погонится за нами. Понимаю, что допустить этого нельзя. Нужно во что бы то ни стало закрыть их в модуле. Кто не спрятался, я не виноват. Разворачиваюсь без предупреждения, возвращаюсь к панели. Слышу топот бегущего Уголька, а за ним, судя по всему, и всей его шайки.
— Антей! Ты от нас никуда не денешься! Я тебя запомнил, ублюдок! Молись, чтобы ты умер раньше, чем я доберусь до тебя. Потому что я буду пытать тебя, я отрежу тебе всё!
Запускаю панель управления герметизацией. Она чертовски долго запускается! Набираю команду, ввожу пароль. Шаги уже совсем близко. Если этот чёрт меня увидит, то только прострелит обе ноги, а потом я даже боюсь представить, что со мной произойдёт. Уже тянусь к кнопке закрытия модуля, но корабль вновь знатно тряхануло, полетели отовсюду искры, послышался звук гнущегося и лопающегося металла, включилась сигнализация. У нас крупная утечка воздуха. Эти мушки сделали своё дело гораздо быстрее, чем я думал.
Поднимаюсь, делаю шаг вперёд и бью по кнопке кулаком. Дверь опускается прямо перед лицом Уголька, который истошно орёт и брызжет слюной в иллюминатор. На секунду я выдыхаю, но он начинает стрелять в стекло, и оно не выдерживает после третьего выстрела. Затем Уголёк просовывает ствол в образовавшееся отверстие и пытается подстрелить меня. Но я отхожу к стене и ухожу в сторону мостика. Корабль снова дёргает так, что я теряю равновесие и чуть ли не падаю. Подбегаю к двери мостика, меня там ждёт Герда. Она открывает, впускает меня, я вваливаюсь запыхавшийся.
— Где тебя носило?!
— Блокировал выход из модуля столовой. Но это надолго их не задержит!
Послышались ещё выстрелы. Они будут ломать эту дверь любыми способами и тогда мы не сможем их скинуть.
— Срочно блюпринты, Герда!
Она суёт мне чертежи, еле-еле нахожу нужный, примерно прикидываю, который из рычагов отвечает за сброс того модуля, где мы закрыли Уголька и всю его шпану.
— Антей!
— Подожди, надо разобраться… Какой рычаг?
— АНТЕЙ! У нас проблема!
— Да что такое?!
Смотрю на Герду, потом в иллюминатор, где образуются уже крошечные дырочки. Из них выходит воздух. Герметизация полностью нарушена. Корабль тем временем несёт к обелиску.
— Сука!
— Скинешь модуль, когда взлетим! Нельзя терять ни секунды, иначе все сдохнем! — орёт Герда, и она права.
Резко садимся в наши кресла, я активирую все полётные системы. Герда включает дефлекторы — это нам даст какое-то время прежде, чем корабль полностью развалится на куски. Маршевые начали прогреваться, но сейчас нужна обратная тяга. Врубаю её, затем бегу к панели разворачиваю все основные и дополнительные маневровые в сторону обелиска. Андрей и Овцебык стоят рядом и смотрят с замиранием сердца.
Посудина хоть и в отвратительном состоянии, но начинает сопротивляться притяжению. Правда, если судить по звукам, мигающим датчикам, а также аварийному освещению, мы вот-вот отправимся к праотцам. Но если уж отправляться, то не без песни!
— Отключаю дефлекторы, направляю всю мощность на обратную тягу.
Мы начали двигаться понемногу назад.
— Получается! — с надеждой в голосе сказала Герда.
— Давайте, ребят, выжимайте из неё всё, что можно! — подбадривал нас Овцебык.
  
Посудина уже практически выскочила из магнитно-гравитационного поля обелиска. Я был уверен в этом, потому что мы буквально застыли на месте и единственное, что удавалось это нагнетать силу выброса топлива.
— Чёрт!
Ещё немного и вырвемся, я чувствую. Переключаю ещё с десяток тумблеров, сразу после этого тряхануло не по-детски. Затем резко судно начало набирать скорость задом. Я вскочил с кресла, чтобы переключить маневровые, затем вернулся и схватился за штурвал, предварительно выпустив закрылки.
— Рекомендую ухватиться за что-нибудь, потому что сейчас будет полная задница!
Овцебык и учёный вцепились в поручни, а я начал управлять круизером так, будто это гиперджет. Времени было совсем немного. Пускаю его в длинный разворот, чтобы повернуться маршевыми прямо к обелиску, вскакиваю снова, будь проклят инженер, который проектировал капитанский мостик, и выключаю обратную тягу.
— Герда! Вырубай все маневровые!
— Есть!
Машина стоит задом к обелиску, я врубаю полный форсаж, и мы постепенно начинаем ускоряться.
— Управление на тебе, а мне нужно сбросить балласт! — ору своей помощнице, она кивает.
После этого бегу в другой конец мостика, и начинаю изучать все рычаги сброса модулей. Изучать блюпринты уже нет никакой возможности, нужно делать всё быстро. Если рычаги сброса топливных отсеков ещё более-менее внятно распределены, то вот те, которые отвечают за сброс модернизированных модулей, вообще располагались вразнобой. Как будто инженеру поставили задачу вывести рычаг, а уже как, почему, зачем — эти вопросы его не сильно интересовали. Смотрю на панель модулей, но на ней нет нужного. Всё, что есть — это старая модель корабля, ещё не модернизированная, со сбалансированным разделением модулей.
Ладно. Придётся наугад. Гипотетически, если я активирую верный рычаг, на модели корабля ничего не изменится, потому что это кажется единственный модернизированный модуль, отсутствующий на схеме. Если не считать, конечно, дополнительные топливные, но они-то как раз обозначены вполне чётко. Мне, Радон Иванович Кобальт, неплохо ты посудинку свою перекроил.
Разбиваю стекло, дёргаю за ржавый тёмно-красный рычаг со всех сил. Чувствую, как нечто отделилось от корабля. Но явно не с той стороны… Отлетело что-то справа. А нужный модуль находится слева, ближе к центру.
— Чёрт!
— Что ты сбросил?! Машина накренилась на пять градусов!
— Кажется не то я сбросил…
— Антей, соберись! — Герда была вне себя от ярости.
— Не дави на меня!
Да чтоб меня! Дёргаю соседний рычаг. И по ощущениям произошло чудо! Нужный отсек отстыковался от нас. Понятия не имею, предусмотрена ли там система мягкой посадки.
— Есть! По ощущениям оно!
Смотрю на схему судна. Ничего не изменилось. Значит тут были два модуля, которые не встроены в общую систему. Что ж. Буду знать.
— Рано радуешься! — рычит моя помощница.
— Что стряслось? — подбегаю к креслу, бухаюсь в него. — Только не говори, что у нас нет топлива!
— У нас нет топлива!
— Как мы проморгали этот момент?!
— Ну хорошо, я неверно выражаюсь, у нас СКОРО не будет топлива. Где-то пробоина!
— Где тот корабль, который ты обнаружила на радаре?
— Совсем недалеко.
— Заруливаем туда, построй траекторию.
— Что, если это не корабль?
— Вот с высоты и глянем.
В глубине души, я, конечно, не верил, что нам так повезёт. Корабль, в этом секторе, да ещё и в паре километров? Откуда ему там взяться? С другой стороны, «Внезапный» трещит по швам, на нём мы далеко не улетим, особенно с учётом того, что топливо потихоньку уходит. Где нам найти ещё топлива?
Герда выводит траекторию на панель полётов, я выруливаю, мы набираем небольшую высоту, амортизаторы пока не убираю. Хотя они и сильно мешают. Мало ли, что произойдёт…
Через несколько минут, я вижу внизу размытое пятно. Выглядит действительно, как брошенное судёнышко. Не может быть.