Гость из будущего. Том 4 (СИ)
Плачут гитары, ну что же пусть,
Если на парня находит грусть,
То виноваты во всем они,
Только они одниииии! — орали мы с Высоцким на пару, пока люди в переполненном зале прыгали, тряслись и плясали кто во что горазд.
В белом платье с пояском
Я запомнил образ твой.
По обрыву босиком
Бегали мы с тобой…
* * *— Ах, какой успех, какой успех, — рычал Владимир Семёнович после того, как мы по быстрому покидав технику и инструменты в автобус, отчалили от кинотеатра «Ленинград» в направлении ДК «Пищевиков» на второе своё представление. — Ты видели, Феллини, как мне аплодировали⁈
— Не тебе, а нам, — хмыкнула Нонна Новосядлова, которая сегодня отработала всю программу целиком, при этом сольно исполнив: «Страну удач», «Любовь настала» и «Синюю песню».
— Нонночка, дорогая, я это и имел в виду, — хитро улыбнулся Высоцкий. — Да меня сейчас просто распирает изнутри. В театре публика будет поспокойней.
— Меня тоже распирает, — сказал, подсев поближе Сава Крамаров. — Вопрос в следующем: как мы будем делить наши деньги? И самое главное когда?
Я покосился на дядю Йосю, который мне ещё во время небольшого антракта задал тот же самый вопрос, дескать твои оглоеды за то, что попрыгали на сцене, теперь наверное и денег потребуют? На что я заявил следующее, что выплатишь им из моей доли и точка, так как такого концерта город Ленинград ещё не видел. И кстати если мы таким составом выступим на стадионе имени Кирова, что на острове Петровском, то запросто соберём 30 тысяч человек минимум. Услышав о 30-тысячном концерте и умножив это количество зрителей на один рубль, на дядю Йосю напала самая настоящая икота. И сейчас в автобусе он, блаженно улыбаясь, словно Юрий Деточкин из «Берегись автомобиля», заявил:
— Деньги получат все с учётом тарифной ставки и самое главное вовремя.
Тем временем автобус причалил к ДК «Пищевиков», где нас уже поджидала ещё одна толпа молодёжи, над которой возвышался немного нестандартный памятник товарищу Ленину. Поговаривали, что этот монумент переделали из другого вождя революции, из товарища Сергея Кирова, который имел коренастую и широкоплечую фигуру. Поэтому Владимир Ильич около дворца культуры работников пищевой промышленности получился самым упитанным.
— Товарищи, дайте пройти музыкантам! — закричал дядя Йося, первым показавшись из автобуса, к которому прильнул любопытный народ. — Мы опаздываем на концерт! Дайте музыкантам пройти!
— Мужики, может вам помочь? — высунулся откуда-то с боку шустрый и пронырливый паренёк.
— Хватай усилки, — кивнул я. — И пусть друзья твои хватают. Несём всё на сцену в темпе вальса! — скомандовал я случайным помощникам, которые таким образом получали бесплатную проходку на концерт.
А далее началась такая кутерьма и суета, что многое пролетало мимо моего сознания. Кто-то толкался, кто-то что-то нёс, а где-то кричали: «Привет, гитары!». «Аха, привет участникам соревнований», — усмехнулся я про себя, вынося из автобуса свою гитару и несколько микрофонных стоек. И вдруг группка каких-то задорных девчонок, увидев меня пробирающимся через людской коридор, закричала: «Феллини! Мы тебя любим!». Поэтому в артистической гримёрке за десять минут до выхода на сцену моя дорогая Нонна прошептала:
— Значит так, в училище я перевожусь на заочку, жить пока будем у тебя, выступать на концертах вместе. И в твоём этом киножурнале я снимусь. И только попробуй у меня три с половиной тысячи спустить на чёрт-те что. С этого дня копим на кооператив.
— Правильно, давно пора, — захохотал Сава Крамаров, который стал невольным свидетелем разговора.
— Может быть, ещё и день свадьбы сообщите? — прохрипел Владимир Высоцкий.
— Когда надумаем, тогда и сообщим, — хмыкнул я.
И тут в гримёрку вошла заместительница директора ДК Маргарита Владимировна. Чёрная юбка по колено и белый джемпер выгодно подчёркивали спортивную фигуру 30-летней моложавой женщины. Она внесла на подносе бутерброды и несколько чашек кофе и, улыбнувшись, спросила:
— Как настроение?
— Боевое, — прорычал Высоцкий, заинтересованно вскинув одну бровь.
— Боевое — это хорошо, — вмешался в диалог дядя Йося, взяв одну чашку себе. — Кто у меня сегодня улетает в Москву, готовность десять минут. Автобус отвезёт прямо в аэропорт.
— Мы летим! — поднял руку Олег Видов, ответив за себя и Викторию Лепко.
— Я бы остался, но у меня завтра в театре спектакль, — важно пробурчал Владимир Высоцкий. — «Добрый человек из Сезуана», может, слышали? — спросил он у помощницы директора ДК.
— Каждый культурный человек, хотя бы раз его где-то слышал или где-то видел, — протараторил я. — Совсем забыл, вашу персону, Владимир Семёнович, хотят ангажировать на концерт бардовской песни. Я правильно выразился? — обратился я к Маргарите Владимировне.
— Верно, — кивнула она, с интересом разглядывая будущего кумира миллионов, у которого кроме «Коней привередливых» пока сильных песен не было.
— Ну, я не знаю, — заважничал Высоцкий, — в «Театре на Таганке» плотный график…
— Феллини, давай на сцену, нужно настроить звук, — проворчал Толя Васильев.
— Пять сек, — буркнул я, когда все музыканты «Поющих гитар» с бутербродами в руках потянулись на выход из гримёрки. — Дядя Йося, что у нас планируется на следующее воскресенье?
— В воскресенье 13-го сентября нас хотят видеть в городе Гатчина, — ответил он. — Программа примерно та же: две дневные творческие встречи и вечерний концерт на городской танцплощадке.
— Не знаю, кто как, а я поеду, — первым согласился Сава Крамаров.
— И мы поедем, — ответила за себя и за Олега Видова Виктория Лепко.
— Я тоже за, — кивнул Высоцкий. — Только тут такое дело, со мной хотят приехать: Валера Золотухин, красавица Нина Шацкая, она сыграл в фильме «Коллеги». И ещё одна молодая симпатичная и талантливая актриса — Таня Иваненко.
— Солить мне что ли ваших красивых актрис прикажете? — недовольно забухтел мой дальний родственничек. — Ладно. Пусть едут за ставку в 25 рублей за концерт.
— Сорок, — буркнул я. — Ребята молодые и перспективные. Надо бы им на первых порах помочь.
— Кхе-кхе, — задумчиво прокашлялся дядя Йося, решая, стоит со мной ругаться из-за мелочухи или нет. — Хорошо, пусть едут за сорок.
— Молодец, дядя Йося, — хлопнул я своего родственника по плечу. — Правильно, не надо делать из обычных денежных знаков презренного культа «Золотого тельца». Олег, Вика, Володя, я на сцену, удачной вам дороги, — сказал я, приобняв и пожав руки своим друзьям.
* * *Примерно около часу ночи ни мне, ни моей любимой Нонне Новосядловой, ни Саве Крамарову, который на время съёмок в киножурнале должен был заехать в гостиницу только с завтрашнего дня и сегодня квотировался на моей раскладушке, не спалось. Опять сказался эмоциональный заряд, полученный во время концерта. К слову сказать, выступление в ДК «Пищевиков» прошло без серьёзных эксцессов. Несколько раз на сцену пробивались девушки с букетами цветов, которые они вполне интеллигентно вручали мне и другим музыкантам ансамбля. А ещё была одна драка за пределами ДК, которая к танцевальному вечеру не имела ни малейшего отношения, так как двое пареньков, не поделив одну милую барышню, расквасили друг другу носы, что вполне могло произойти в другом месте и в другое время.
Нонна из-за бессонницы разложила на тарелке пирожные, приобретённые в кафе «Восток», я принёс с кухни горячий чайник, а Крамаров к столу заявился с котом Чарли Василевичем, которому тоже спать не хотелось.
— Странное состояние, сна ни в одном глазу, — усмехнулся Сава. — Твои-то, наверное, в ресторан рванули? Ха-ха. Мы как из ДК вышли, на них вон, целый десяток девчонок повис.
— Имеют законное право, — кивнул я, имея в виду музыкантов ансамбля. — Они все молодые и холостые. Тем более завтра у них выходной, почему бы часть денег не прогулять?