Сольвейг (СИ)

— Ты прекрасна … — Ответил Харальд не своим голосом, от волнения у викинга вспотели ладони, он вдруг сам заволновался не меньше девчонки — Позволь мне любить тебя, моя Сольвейг…
Девушка почувствовала как руки Харальда приподняли ее, и мягко положили на ложе. Волнение и любопытство сковали ее.
Горячее дыхание викинга обжигало кожу, сводило с ума.
— Ещё там, в лесу, когда я увидел тебя, я уже знал что ты станешь моей …
Сольвейг провела пальцем по широким плечам, губы Харальда так трепетно касались ее шеи.
— …И Боги услышали меня, когда твой отец отдал тебя мне, я понял что это знак … — Харальд взглянул на девушку. Пшеничные волосы разметались по постели, викинг никак не мог налюбоваться ее красотой.
Желание овладело ими, страсть подобно бурной реке, унесло их в свой водоворот.
Движения Харальда были нежными, стараясь не причинить Сольвейг боли, викинг ласкал каждый сантиметр шёлковой кожи.
Не зная что делать, девушка отдалась во власть мужчины которого любила всем сердцем. Харальд шептал ей о том, что никогда не говорил ни одной бабе.
Сольвейг плохо слышала его, и уже совсем потеряла суть его слов, а Харальд наблюдал за ней, за ее лицом, за всеми эмоциями которые до сели были скрыты для всех и для неё самой.
Внутри викинга все горело огнём, мужское естество словно налилось железом, аккуратно приподняв Сольвейг за бедра, Харальд чуть помедлив, склонился над девушкой.
Масленным взглядом она посмотрела на него, в глазах виднелся легкий страх, который присущ невинным девицам.
— Я не хочу доставлять тебе больше боли, клянусь это будет в последний раз. — Ничего не понимающая Сольвейг расширила глаза, и когда Харальд наконец вошёл в неё, ее вскрик утонул в поцелуи викинга.
Харальд остановился, пускай девка привыкнет к нему, незачем пугать ее. Собрав всю волю в кулак, викинг вновь посмотрел на Сольвейг, он удивился насколько для него самого важно видеть ее эмоции, не слишком ли больно ей было?
— Боль скоро пройдёт… — Он вновь поцеловал девушку, разжигая в ней пламя огня.
Чувствуя как в Сольвейг вновь просыпается желание, Харальд больше не мог себя сдерживать, ее руки вновь пустились в путешествие по его телу, ласки сводили с ума обоих, приподнимая ее бедра все выше, Харальд проникал в нее словно меч в ножны.
Не узнавая себя, Сольвейг не заметила как стала отвечать на его ласки, обвив его ногами, девушка уже не контролировала свои движения.
— Умница … — Шептал Харальд — Вот так, да…
Лучина в спальне уже давно догорела, оставляя в комнате лишь тусклый свет факела, который скоро тоже обещал потухнуть.
В полумраке двое влюблённых отдавали себя без остатка, даря друг другу наслаждение. Сольвейг потеряла счёт времени, женское начало было в ней раскрыто, но Харальд желал не только ее тело, вся она теперь принадлежала ему.
— Теперь ты моя. Я никогда, никому не позволю притронуться к тебе.
— А я и не хочу других …Ты моя любовь Харальд, только ты …
Опьяненный ее словами, он стал двигаться быстрее, Сольвейг распаленная до предела, жадно хватала воздух ртом, царапая его спину, ее громкий стон разорвал тишину ночи, Харальд прижался к ней, позволяя теперь и себе подняться на вершину блаженства.
Спустя время, когда оба измотанные лежали на постеле, Харальд притянул Сольвейг к себе.
— Надеюсь я не слишком причинил тебе боли?
— Это была сладкая боль. Я сама желала того. — Сольвейг вдруг смутилась и покраснела до кончиков волос. Харальд громко рассмеялся, целуя ее в макушку.
— Не плохо было бы помыться, от нас пахнет любовью. — Харальд взглянул на смятую шкуру, на ней виднелась кровь девушки, которая час назад стала женщиной.
Понимая куда он смотрит, Сольвейг смутилась.
— Тебе не следует смущаться, в следущий раз ее уже не будет, когда я вновь буду любить тебя. — Харальд наспех набросил рубаху и надел штаны.
— Что ты делаешь? — Сольвейг натянула шкуру до самого подбородка, но Харальд лёгким движением поднял ее и завернул в свой плащ.
— Мы идём в баню, а после тебя следует хорошенько покормить!
 
— Но я в таком виде, срамно! — Запротестовала Сольвейг, пытаясь выбраться из его объятий.
— Плевать на всех, отныне ты моя, я хочу что бы все это как можно скорее уяснили!
  
Глава 27
 
Неся Сольвейг в сторону бани, Харальд на ходу давал указания рабыням что бы те принесли в его комнату свежую одежду для него и для словенки.
Девушка от стыда прятала лицо в складки плаща, проходящие мимо викинги с любопытством смотрели как Ярл Харальд несёт на руках словенскую рабыню.
— Прошу отпусти меня, я могу идти сама!
Харальд лишь крепче прижал ее к себе и прибавил шаг.
— Не упрямься! Ты моя женщина и тебе нечего больше стесняться!
Хороша женщина! Думала про себя словенка. Отдалась ему, а ведь он даже не муж мне. А будь что будет, думала девушка. Все равно жизнь ее может оборваться в любой момент, так хоть любви кусочек познала…
Переступив порог бани, Харальд закрыл за ними дверь, и принялся раздеваться. Сняв с себя одежду, викинг заметил как девушка застеснялась, взгляд под ресницами прятала.
— Позволь мне самой мыться… — Прошептала она, не смея поднимать головы.
Харальд от удивления даже почесал затылок. Стесняется поди его?
Викинг вдруг по доброму рассмеялся, притягивая ее к себе.
— Малышка, этой ночью я видел тебя во всей красе! Или может быть пока ты была под плащом, у тебя что то появилось чего я не разглядел? — Подтрунивал над ней северянин и принялся стягивать с неё тёплый плащ. В предбаннике было достаточно душно, спустя время Сольвейг все же сняла с себя одеяние которое спасало ее от горячего взгляда викинга.
— Ну вот видишь, все на месте! — Смеялся Харальд, пропуская девчонку в парилку.
— Перестань Харальд! В следущий раз я пойду мыться одна. — Протестовала Сольвейг, садясь на деревянный полог.
Харальд зачерпнул из бочки горячей воды, и налил ее в деревянную кадку, рядом стояла другая бочка с речной холодной водой, зачерпнув и оттуда ковш, Харальд разбавил кипяток.
— В следущий раз, и в какой либо другой раз, в баню мы будем ходить вместе Сольвейг. В теперь вставай, я покажу тебе как моются настоящие викинги.
Сольвейг встала с полога и зажмурила глаза. Харальд полил на неё тёплой водой из кадки, вода приятно заструилась по телу.
Зачерпнув пригоршню щёлока, Харальд стал намыливать им длинные волосы девчонки, Сольвейг от стыда стояла вся красная как маков цвет. Где это видано что бы мужик бабу мыл?
Но Харальд казалось не замечал протесты, промыв ее волосы, Харальд повернул девушку к себе и впился в неё своим холодным как воды фьорда взглядом.
Не отрывая от неё взор, викинг стал намыливать плечи девушки, спускаясь все ниже, к нежным округлостям груди, на которых виднелись маленькие бусинки — соски.
Мозолистая ладонь викинга, прошлась по впалому девичьему животу, Харальд пальцами провёл по коже над рёбрами, Сольвейг вдруг слегка дёрнулась, ее губы влажные от капель воды, приоткрылись, кожа покрылась мурашками.
— Ты сводишь меня с ума… — Шепнул ей Харальд, и его рука устремилась к самому сокровенному женскому месту.
Сольвейг пыталась отдернуть его руку, но Харальд в эту же минуту усадил ее на полог.
— Доверься мне, в этот раз боли не будет…
— Я совсем не боюсь, — прошептала Сольвейг — Просто разве можно … В бане…
Девушка вдруг ахнула, когда его пальцы прошлись по нежным лепесткам ее бутона.
— Я покажу тебе ещё много мест, где мужчина может любить женщину, уверяю тебе понравится …
В этот момент Харальд раздвинул ее ноги и чуть поддался вперёд, Сольвейг изогнула спину подстать кошке, его ласки были так откровенны, что наплевав на стыд, девушка издала томный вздох.
В одно движение Харальд заполонил ее всю, разгоряченное тело Сольвейг таяло под ним словно масло, руки блуждали по телу, пальцы переплетались в страстном танце любви, страсть с новой силой накрыла их неимоверной волной наслаждения.