Скуф. Маг на отдыхе 4 (СИ)

Не дешёвый аналог, твёрдый сырок с правильными усилителями вкуса, а вот прямо настоящий. Выдержанный в надлежащих температурных условиях не менее трёх лет.
Потому-то и не продавалась продукция, первая партия попросту не успела созреть. А теперь уже, скорее всего, и не успеет. Главный ценитель отошёл в мир иной.
Итак, Скуфидонскую приковали наручниками к одному из стеллажей, а всё так же связанную по рукам-ногам шаманку положили рядом. Сю процокала на каблучках мимо них, едва удостоив каждую быстрым взглядом. Махнула рукой своим людям, после чего рядом с девушками встал караул из пяти триад, и удалилась куда-то за стеллажи с сыром.
— Бли-и-ин, — протянула Шестакова и вдруг разревелась.
— Тише-тише-тише. Что случилось?
Ксюша попыталась объяснить, но не получилось. Сейчас её речь больше всего напоминала рандомный перебор всех гласных звуков, перемежающийся с всхлипыванием, поскуливанием и шумным втягиванием некстати убегающей сопли.
Бесстрашная, в одиночку ограбившая самый опасный клан Сингапуга, а после также в одиночку собиравшаяся его размотать шаманка не вынесла испытания беспомощностью.
— Тише-тише-тише.
Для проформы Ирина подёргала наручники, затем опустила их как можно ниже, насколько вообще позволяла перекладина, легла на пол и одной рукой смогла дотянуться до шаманки.
— Ти-и-и-ише, — как таковых открытых участков тела у мумифицированной Шестаковой не было, а потому гладить её пришлось по лицу. — Ну всё-всё-всё…
Внезапно Скуфидонской захотелось утешить её, спев колыбельную. И так же внезапно, она поняла, что ни одной колыбельной не знает. Для того, чтобы положить обожаемый кей-поп на совершенно другой мотив, нужно было как минимум знать язык. И потому-то она начала вспоминать всё подряд.
И почему-то «всё подряд» оказалось именно теми песнями, что частенько звучали в машине у брата:
— Тёмный мрачный ко-ри-дор, — на мотив «баю-баюшки-баю» пропела Ирина. — Я на цыпочках, как вОр, — и по канону чуть взвизгнула на последнем слоге.
Дальше рифма ломалась, а потому:
— Потеряли своё «Я». Два военных кораблЯ.
И снова!
— Надо мною ти-ши-на, — ещё раз попыталась Ирина. — Небо полное дож-дЯ. Дождь проходит сквозь меня…
И опять! Ну кто ж так сочиняет!
— Ля-ля-ля-ля, ля-ля-ля, — смирилась Скуфидонская.
И тут поняла, что зря старается, потому что из-под ладони раздался храп. Милый, девичий, с присвистом.
— Ну вот и хорошо, — улыбнулась Ира, подтянулась и села, облокотившись на головку пармезана.
Всё то время, пока они добирались до Воронежа, Скуфидонская без остановки думала над тем, как сбежать или хотя бы вызвать подмогу. Теперь у неё, как минимум было понимание, куда её вызывать.
Так что осталось всего-ничего. Взломать наручники, отвлечь охрану, выйти в сеть…
И связаться с Тимом. В этом она ни капли не сомневалась. Несмотря на то, что она наговорила брату, на то, что ей не дали передать весточку хакеру, Ирина не сомневалась.
Тамерлан на её стороне. Он не будет, словно герои сопливых мелодрам, смотреть на её имя на экране и вздыхать, а после прятать смартфон в карман. Не будет игнорировать сообщения из-за глупой обиды.
Он был прав с самого начала, подозревал, тревожился и искренне хотел помочь, а она просто не заметила. На лицо Ирины невольно наползла улыбка. Рыцарь в растянутых трениках. Он и сейчас, наверняка, роет сеть в поисках похитителей.
Вместо мыслей о побеге Ирина стала думать о Тамерлане.
Думала-думала-думала и что-то так устала, да ещё и стресс от похищения выматывал, — что сама не заметила, как вдруг отрубилась.
Пустота.
Темнота.
И никакого намёка на сновидения. После всего пережитого ей было максимально хорошо и уютно.
Сколько Скуфидонская провела в этом счастливом забытье непонятно, но выдернул её оттуда крик:
— Лунто-о-о-оу!
Мимо неё пробежал старик-сингапурец. Тот самый, что в уже закончившемся представлении отыграл роль отца Чао. Теперь вальяжности в нём было ни на грамм. Старик был крайне взволнован.
— Лунто-о-оу!
Тут же откуда ни возьмись материализовалась Сю, и старшие триады завели меж собой оживлённый разговор на родном языке. О чём, вообще непонятно. Но то, как засуетились косоглазые, Иру очень порадовало.
  
Кажется, у них появилась надежда.
Призрачная?
О, нет!
Ублюдки хаотично бегали туда-сюда, орали друг на друга и доставали оружие. Двое магов-физиков уже завалили несколько стеллажей и сделали из них подобие баррикады. А сама Сю, после того как раздала бойцам ценные указания, начала превращаться в банши.
— Близость битвы налицо, — пропела Ира, не в силах сдержать улыбку. — Ща сломают вам лицо…
* * *
Человек, который додумался поставить маячки на весь автопарк Василия Ивановича Скуфидонского, обязательно получит премию. Ну… если доживёт до Сингапура, само собой. А вот человек, который просохатил приближение тревожных точек к Воронежу понесёт наказание уже сейчас. Безо всяких если.
Что делать, если это один и тот же человек, совершенно непонятно.
Но так ведь сейчас вообще многое непонятно. Паника, неразбериха и смятение овладели рядами клана Сколопендр.
Триады и без того устали с дороги. Многие не спали больше суток, часть до сих пор до конца не размяла ноги от многочасового сидения за рулём, а некоторые вообще не доехали. И весть о последних стремительно распространялась среди триад, что тоже не играло на руку.
Бойцы знали об оружии «последнего шанса», точнее, как раз этого шанса не оставляющего. Но клан был силён, и ситуаций, в которых к нему приходилось прибегать, не случалось давно.
Так что сознание, что носишь на себе собственную смерть, мягко говоря, бодрости не прибавляло.
Ехали машины Сколопендр разрознено и, насколько это возможно, разными дорогами.
Кого-то взяли за задницу доблестные сотрудники ДПС, всё-таки ориентировки были разосланы по всей Империи, и отрабатывать их было нужно. Всё же сингапурцы были достаточно приметными, тем более, что некоторые даже не успели сменить транспорт.
Кто-то попался на заправке, кто-то сломался в дороге и без знания языка не сумел найти новое средство передвижения, а кто-то на панике, что называется, ливнул и теперь будет обживаться в российской глубинке.
Итого до Воронежа добралась лишь половина делегации Сколопендр. И каким бы продуманным не казался отход триад со стороны, на деле всё было не так радужно.
Остановка на сыроварне должна была быть передышкой. Триадам нужно было поспать, перегруппироваться и решить, что делать дальше. Что, как и, что немаловажно, когда. Ведь Сю на полном серьёзе рассматривала вариант затихариться на недельку-другую. Рассчитать всё до мелочей, будто крыски подожрать недозревший пармезан и только потом двинуться дальше.
Туда, где на тот момент будет легче спрятаться.
Ну кто их будет искать в российской глубинке? Здесь и деревни-то поблизости только на бумаге значатся. Дома брошены или хозяйственно заколочены. Жители перебрались к цивилизации.
Место Гордей подобрал хорошее. Самое то, чтобы пересидеть.
Не вышло.
Люди Сю не успели толком даже расслабиться, как им вновь предстоит либо бежать, либо сражаться.
— Я не знаю, Лунтоу! — Лиля упала на колени. — Клянусь!
Лилипутка и без того выглядела слишком крохотной рядом с левитирующей банши, ну а на коленях — так вообще комичная сцена получалась. Как будто гномик молится тёмному богу, который выполз из недр заброшенных шахт. Правда, никому из присутствующих смешно не было.
А речь сейчас шла, как нетрудно догадаться, о том, как Скуфидонский смог вычислить стоянку триад. Ведь именно Лилия Верзилина, она же, как выясняется, Гудкова, — предложила спрятаться на сыроварне отца. А значит, главный подозреваемый.
— Это не я! Не я!
— Ладно, — прошелестело бледное чудовище. — Я верю тебе, девочка.
Верю, не верю — на самом деле без разницы. Глава Сколопендр до сих пор не определилась с главным: бежать или сражаться. Старик Шан, как главный из офицеров клана, безо всяких приказов сверху на всякий случай готовился к бою.