Свой респаун (СИ)

Где-то виднелись всполохи орудий. Некоторые крейсера и челноки перестреливались, но гоняли друг друга как-то неохотно, потому как главный приз этого раунда — чёрный пинг. Всем надо было позарез найти либо Хойро, либо меня.
— Стоять на открытой местности — не лучшая идея, — Шуга толкнул меня.
Мы поспешили скрыться за телом горы, продолжая идти по тропе.
* * *
О том, что мы сейчас в Параллаксе, напоминали лишь редкие животные, гуляющие сверху по крутым уступам и представляющие дикую мутацию земных видов.
  
Как, например, Игорный Баран 0-го ранга, который и вправду был похож на барана, но только вместо головы и рогов у него был игровой автомат с длинными ручками, покрытый кудрявым мехом. Они таращились на нас, крутя три барабана вместо глаз, и звон от их джекпотов стоял на всю округу — кажется, так они общались друг с другом.
— Ох, нафиг, — вырвалось у Груздя, — Что принимали эти архайи, когда их придумывали⁈
— Сдаётся мне, — задумчиво сказал я, — Что это не они создали Параллакс, а лишь заставляют нас всех так думать. Не всё управление в их руках… Иначе зачем им так хитрить, подставляя Очаги и устраивая раунды?
— Интересно, если по этим баранам долбануть топором, пинг посыпется? — рассуждал Шугабой, которому мои размышления об архайях были не интересны.
Правда, он вдруг испуганно замер, когда по склону пронеслось существо с множеством лап. Это оказалось что-то среднее между белкой и гусеницей — беличье тело, только у неё было много лапок, и пышный хвост, который представлял из себя мохнатую изгибающуюся гусеницу. Выглядела белка и вправду жутковато.
Тамовый Белкопряд, 1-ый ранг
— Ни хрена себе, — проворчал ордынец, — И вправду, этих создателей игры надо в психушку отправить… Фу-ух, я уж подумал — паук! Хотя и эта тварь ужасная с виду.
Белкопряд, открывая пасть, которой позавидовал бы инопланетный Хищник, что-то прошипел и уполз по склону вверх, оставляя за собой след из паутины.
— Да-а-а, помнится, мы с Архаром как-то встречались с пауками, — усмехнулся Груздь, а потом подвис, задрав голову и глядя на тучи на бескрайней высоте.
Там было видно, что узкие вершины гор снова расширяются, исчезая в этих самых тучах. Именно поэтому они и назывались — Часовые Горы, потому как были похожи на песочные часы.
— Слушай, чувак, а это разве… — начал было лазутчик, но я изо всех сил ткнул его локтем, — Ай!!!
— Нет, это не разве! — прошипел я, старательно не оглядываясь в сторону Шугабоя.
— Но мы же сверху… Ауч!
— Пауки — это жуть, — тут же признался Шугабой, — У меня всё сразу немеет к чертям, как их вижу, ничего не могу с собой поделать! Ну просто это твари такие, их сразу убивать надо. Ну, я про обычных, про мелких… Земных, — буркнул он.
Груздь, вытаращив глаза от боли, потом округлил их ещё шире, переведя взгляд на меня. Ну наконец-то понял… Его губы дрогнули в ухмылке, и я, стиснув зубы, незаметно провёл ладонью возле шеи, сделав ему знак, что прибью. Вот просто в бараний рог сверну своим же бараньим рывком!
— А-а-а, пауки-и-и… — протянул Груздь Понт, и тут же закивал, — Да, да! Это мерзость вообще! Как хорошо, что их тут не-е-ету! — он аж пропел.
— А я тоже пауков не очень, — призналась Цикада, которая тоже не уловила суть наших с Груздем трепыханий, — Вообще всех этих, с лапками. Нафиг их природа придумала?
— А божьи коровки ничего такие, — сказала Аида.
— Ну, это другое!
Я, скосив глаза наверх и вспоминая, какая там громадина лазает между горами, с облегчением выдохнул. Кажется, Шугабой не уловил жестокой иронии в словах Груздя, хотя лазутчик прям так и светился, болтая с ордынцем и с видимым сочувствием слушая об его арахнофобии.
— Ай-яй-яй… — Груздь аж мотал головой, — Как я тебя понимаю.
Вот же жёваный пиксель! Прибью!
Видимо, что-то в моём взгляде вдруг сдвинуло стрелку в мозгах лазутчика, потому что он подскочил ко мне.
— Стой, Архар!
— Что?
— А нафига этот… — он кивнул назад, в сторону оставшейся за горами деревни, — … нафига он нам про награду сказал?
Я хотел было спросить, какую награду он имеет в виду, но вдруг и сам задумался. То-то у меня какая-то мысль всё крутится в голове, а я её уловить не могу.
— Да ещё и в десять раз больше, чем за нас… — пожаловался Шугабой.
У меня остро возникло чувство, как вокруг сгущаются тучи. Кажется, пока мы там развлекались на Катящейся Горе, вождь желтокрылых просто продал нас подороже.
— Ну, ты понял, о чём я, чувак? — Груздь полез за кинжалом, а потом обернулся, — Да ну твою ж мать! Мой ножик у пингольеров!
Он пнул со всей силы камень, запулив его куда-то вверх, и оттуда послышался испуганный стрёкот игровых автоматов. Это Игорные Бараны, меланхолично наблюдавшие за нами со склона и жующие оставленную Белкопрядом паутину, кинулись наутёк.
— Так-то хвостатый прав, — сказал Шуга, — А чего это желтокрылые так нам распомогались?
— Ну, их гнетёт то, что их цивилизация потеряла физическую плоть… — сказал я, будто успокаивая себя, — И они поэтому питают к нам хорошие чувства.
Сказав это, я особо и сам не поверил своим словам. Хотя звучало красиво, да. Но глупо…
— Ага, ага, десять раз, — усмехнулся лазутчик.
— С нами они тогда тоже особо на контакт не пошли, — проворчал Шуга, — Это ведь не мы начали-то…
Рассуждать, хотят нас обмануть желтокрылые или нет, было глупо — правды ведь не узнаем. Единственное, они могли как-то передать весточку исхюрам или тем же ноэмо. Хотя могли и задержать нас… Но не задержали.
Ну, а как бы они задержали? Мы бы стали сражаться, даже пусть их больше. Ну, убей нас желтокрылые, и мы бы отправились на алтарь воскрешения. Так что, кто бы нас не искал, мы им нужны живьём…
Вот они и осторожничают, усыпляют нашу бдительность. Чтобы разом поймать и скрутить меня.
Самым правильным сейчас было просто подстраховаться. Да и задница Груздя всегда чувствовала такие вещи, поэтому не зря он свои подозрения озвучил. Не к добру это.
— Давай-ка дуй наверх, — сказал я Груздю, — Смотри в оба, а мне пока подумать надо.
— Только предложить хотел, — ухмыльнулся лазутчик и, подойдя к валуну, нырнул в тень, чтобы через несколько секунд оказаться высоко на склоне. Там он, пригнувшись, стал всматриваться вдаль.
Я же залез в инвентарь и ткнул в яйцо Бинтуронга. Оно засияло, и тут же передо мной в облаке света появился питомец… Ну, наконец-то!
Бинтик, замяукав, стал носиться по скалам, прыгая и дёргаясь, будто засиделся и лапы разминал. Только-только вылезшие Игорные Бараны тут же попрятались, завидев такое чудовище.
Засмотревшись на чудных животных, бегающих скалам и уступам, я призадумался. И заявил, едва оседлал подскочившего маунта:
— Значит, так. Будем идти по верху…
— В смысле? — Цикада запрокинула голову.
— Если нас ждут, то будут ждать здесь, на тропе. Сражаться нам ни в коем случае нельзя — даже если победим, ноэмо точно будут знать, что мы здесь.
— Да они и так знают, — проворчал Шугабой.
— Значит… — я потёр подбородок, — Значит, надо сделать так, чтобы они продолжали так думать.
— Есть засада впереди, пять игроков, — сказал Груздь, появившись рядом из тени.
Шугабой кашлянул.
— Саня, если реально нас подставили, то и сзади должны подпирать, — он усмехнулся, — Ну, я бы так сделал… Да я бы вообще уже давно все крейсера сюда пригнал.
Я покачал головой.
— Каждый Очаг хочет нас себе, как лакомый кусочек. И хочет по-тихому, чтобы другие не услышали и не увидели…
  
Глава 18
 
Вылезать вместе с Груздем и палиться я не решился — вдруг там среди игроков класс охотника или стрелка? Эти глазастые, и наверняка разглядят меня, тем более верхом на Бинтике.
  
Поэтому пришлось довериться навыкам Груздя. Тот, нырнув в тень, отправился рассмотреть поближе. Правда, я его предупредил, что лишний риск ни к чему — вдруг у тех игроков есть скиллы, позволяющие почуять лазутчика?