подарок для бывшего (СИ)

Правда все же успела непроизвольно дважды за час трухнуть мои нервы. Я выскочил из машины и подошел к лежащей девчонке. Она уставилась в меня своими большущими черными глазами. Зрачки огромные, как чёрные дыры, радужки практически не видно. Бегунья, мечтательно улыбнулась, обозвала меня ангелом и упала в обморок.
Я перенёс девушку в салон машины и намеревался везти в больницу, но потом вспомнил, что в машине есть аптечка. Покопавшись в ней, я нашёл бутылку с нашатырем и, недолго думая, сунул спящей красавице этот спирт под нос.
И да, я в курсе, что нельзя его давать вдыхать тем, кто уже потерявшим сознание, но в тот момент в состоянии стресса моя голова работала не совсем ясно. Я сначала выполнил механическое действие, а потом подумал о последствиях.
Девчонка тут же среагировала и чихнула с такой силой и громкостью, что я усмехнулся. Если бы собственными глазами перед собой не видел миниатюрную, худенькую девушку, то я бы точно решил, что чихать так может только здоровенный, толстоватый мужик.
– Что произошло, Вера?
– Тут такое дело…
– Девушка, а можно побыстрее, я спешу. – слышится ещё один голос в трубке. – Да-да. Я быстро. – голос Веры дрожит, но она не плачет. Уже хороший знак.
– Костя, извини, что беспокою вот так. Ты не мог бы мне помочь? Забрать меня отсюда можешь? У меня украли сумку на улице. А там было все: и кошелёк с деньгами, и телефон, и даже спортивная форма. Я попросила у прохожей женщины позвонить, но из головы все телефоны вылетели. Только твою визитку в кармане джинсов нашла.
– Диктуй адрес.
– Извини, что я так звоню без предупреждения. Ты наверное занят, а я…, – отчетливо слышу как ее голос ломается.
Веру постепенно накрывает осознание произошедшего, адреналин спадает, нервное перенапряжение накатывает. Она вот-вот заплачет.
– Вера, диктуй скорее адрес.
Встаю из-за стола и, махнув рукой Артему, быстро покидаю ресторан. Еще раз прошу Веру успокоиться, по возможности сесть в каком-то кафе или хотя бы лавочке и дождаться меня.
Отключаю вызов садясь в машину. До указанного места ехать где-то минут двадцать. Надеюсь девчонка к тому моменту никуда не исчезнет.
Найти Веру оказалось проще простого. Она села, как мы и условились, рядом с домом, адрес которого мне продиктовала. Правда вместо лавочки или кафе, она выбрала обычный бордюр. Сидит прямо в светлых брюках на нем и беззвучно льет слезы на рядом растущую траву.
– Вер. Вера, – я негромко зову её по имени несколько раз. Она не реагирует. Ну точно спящая красавица. – Вера. – повторяю я чуть громче.
Девушка дёргает плечами и медленно поднимает голову. Затем резко выпрямляется на ногах и повисает на моей шее.
– Ты приехал. Действительно приехал.
Такой поворот событий заставляет меня немного опешить. Не спешу отстранять беззащитную девушку от себя. Вера дрожит так, будто через неё проходит электрический ток, частыми волнами. Я даже через футболку чувствую, какие у неё ледяные руки.
Вера напоминает мне сейчас испуганно котёнка, который ластится к тому, кто проявляет хоть немного ласки.
– Все, все, успокойся, Вера. – я осторожно кладу ей руки на плечи и стараюсь успокоить ее ровным голосом. – Все хорошо, Вер. Грабитель больше не причинит тебе вреда.
– У него был нож – жалобный всхлип издает девушка. – И если бы я не отпустила сумку…
– Ты сделала все правильно. Никакие вещи не стоят целой жизни, Вер. Ты - молодец. Успокойся. Виноват во всем грабитель, не ты.
– Спасибо тебе, Костя. Спасибо.
– Не за что.
– Ты мог не приехать. Мы ведь почти незнакомы. А еще я молчала две недели. Я думала, ты не вспомнишь меня и пошлёшь куда подальше. Спасибо тебе еще раз.
– А я вот все равно не забыл тебя, мартышка.
– Кто? – Вера отстраняется, во все глаза смотрит на меня. – Как ты меня назвал?
– Вот вы женщины всегда умеете услышать самое ненужное из всего предложения.
– От моих слов щеки Веры становятся немного розовее, чем минуту назад. Видимо прокрутила в уме еще раз мои слова и поняла, что я все еще её помню.
 
– Пошли, Вера – магнит для неприятностей. Угощу тебя чашкой кофе и булкой. А потом уж домой отвезу.
Глава 4.
Константин.
Мы сидим на веранде какого-то кафе, неподалеку от того места, где я нашёл Веру. Другого заведения общепита в радиусе пятисот метров не оказалось. Блюда из здешнего меню не особо внушают доверия, поэтому мне действительно приходится заказать нам два кофе и булку с вишнями. Правда, в последний момент Вера попросила уходящего официанта заменить один кофе на горячий шоколад.
– Кофе ещё больше разгонит моё колотящееся сердце, – зачем-то объяснила мне свой выбор Вера.
Я просто кивнул в знак согласия.
Мы сидим какое-то время молча. Вере сейчас не нужны слова утешения или поддержки. Все равно не помогут. Ей просто необходимо успокоить, прежде всего, мысли в голове, переключить фокус внимания с произошедшего на что-то другое, дабы прекратить так сильно трястись.
Ее волосы до сих пор немного спутаны, на белой майке виднеется след от чьей-то руки, но Веру свой внешний вид абсолютно не волнует. Она неспешно попивает заказанный шоколад и наблюдает за проходящими мимо нашего столика людьми.
Иногда из её глаз прорывается одинокая слеза, но девушка поспешно стирает её тыльной стороной ладони.
Странная девчонка эта Вера, но отчего-то мне нравится за ней наблюдать.
Ещё только недавно она с абсолютно равнодушным лицом угрожала, что напишет заявление в полицию, если я не соглашусь на её условия. А сейчас в метре от меня сидит совершенно другая девушка – ранимая, беззащитная и напуганная.
Ее тело все еще потряхивает. Даже чашку девушке приходится брать затаив дыхание. В противном случае есть риск не удержать её и опрокинуть на себя горячий напиток.
Несмотря на произошедшее, в её глазах остается отблеск того внутреннего, волевого стержня, который я увидел в ней еще в нашу первую встречу.
– Знаешь, так нелепо вышло. Я сегодня не должна была быть тут, – произносит Вера, не поворачивая головы.
– Это как понимать?
Я делаю глоток американо и морщусь. Зачем в него добавили столько сахара?
– Мы с подругой захотели походить на танцы. Решили, что это должно быть интересно, весело. Ну и убьём сразу двух зайцев: научимся красиво двигаться и подтянем тело. Сегодня состоялся первый танцевальный урок.
– И где подружка?
Ловлю себя на мысли, что мне хочется задавать вопросы Вере. Хочется узнать о ней побольше. Немыслимо это и необъяснимо. Зачем мне нужны подробности жизни этой юной особы? Мне ведь тридцать четыре. Зачем мне двадцатилетка? Четкого ответа у меня нет. Просто надо, просто хочу.
– Не пришла.
Вера дергает плечами вверх и делает очередной глоток горячего шоколада, наблюдая за движением улицы. Её губы растягиваются в тонкую, грустную улыбку.
– И как оказалось, танцы – это действительно очень энерго затратное и веселое времяпровождение. За час занятия милая преподавательница согнала со всех присутствующих семь потов. При этом как-то умудрилась расположить к себе всех участвующих, даже таких, как я: стеснительных, зажатых и неповоротливых новичков.
– А ты разве стеснительная?
Перед моими глазами мелькает секундное воспоминание, о том как Вера, сидя в моей машине, громко подпевает играющей из колонок известной песне, не стесняясь того, что абсолютно не попадает в ноты.
Девчонка явно прочитала мои мысли, стыдливо опустив глаза в пол. Её выдает, появившийся на лице, хороший такой румянец.
– Часто бываю скромной. Особенно, когда приходится целый час делать движения бедрами. В бачате без них и шагу ступить нельзя.
– Бачата? – с удивлением переспрашиваю я.
Нет, что такое бачата, конечно же, я знаю. Более того, я также знаю, откуда эти танцы родом. А еще умею их танцевать. Меня удивляет именно выбор направления. Выбор Веры отчего-то пал ни на бальные танцы, не на народные, ни на хип-хоп, и даже не на новомодный тверк, а именно бачата.