подарок для бывшего (СИ)

У автомобильной парковки нас с весёлым гоготом догоняют остальные парни и девчонки. Человек десять, не меньше. Мы все вместе с посещаем уроки бачаты.
– Не оставляй Егорку без партнерши, Вер. Соглашайся. Будет весело. Такси тем более уже едет, – Кричит мне кто-то из ребят.
– Я не знаю. – неуверенно отвечаю я Егору.
В голове крутятся сомнения. Денег лишних нет. Подруга заболела. С ребятами, хоть мы и танцуем вместе уже целую неделю в одном зале, все равно мало знакомы. Неизвестно как они себя проявят в стенах клуба.
Но я так давно не ходила на дискотеки, не отрывалась в компании. С этими безуспешными поисками работы и нервным ожиданием «ответки» от Воронцова, я совсем перестала отдыхать.
Эх, была не была. Один раз живём на свете. Делаю глубокий вдох.
– Ладно. Поехали, – улыбаюсь я Егору и хлопают его по плечу.
За спиной слышится рык подъехавшей машины, поэтому я с радостным воплем «По коням, господа!» поворачиваюсь лицом к предполагаемому такси.
Меня моментально ослепляет яркими фарами большой внедорожник.
Ой, мамочки!
– Я за «ВИП» платить не буду, – громко возмущается одна из стоящих рядом девчонок.
– Я тоже, – кричит вторая.
При других обстоятельствах я могла бы пошутить над девчонками и ляпнуть что-то в духе «это за мной, крошки, спецзаказ для единственной и неповторимой». Но в данный момент мне будто воды в рот налили, из-за чего я не могу сказать ни слова. Просто стою с прищуренными глазами и пытаюсь вглядеться в наглухо тонированную железную коробку на колесах.
Из салона никто не выходит. Только гаснут, наконец, ослепляющие фары.
Следом за внедорожником подъезжают три обычных седана с горящими шашками на крыше. Эти авто точно заказанное ребятами такси.
– Вера, пошли.
Егор берет меня смело за руку и тянет к ближайшему седану. Я, еле переставляя ноги, плетусь за ним. Но глазами все равно прикована к лобовому стеклу чёрного «зверя».
Как только мы равняемся с пассажирской дверью внедорожника, боковое стекло медленно опускается вниз. Чутье меня не подвело. За рулём сидит сам Воронцов, собственной персоной. Смотрит прямо на нас, слегка нахмурив брови. Не произносит ни слова. Хотя я и так все понимаю.
– Егор, я не поеду. За… – Я осторожно освобождаю свои пальцы из рук парня. – За мной приехали. Извини.
– В смысле, Вер? – Егор прослеживает за моим мечущимся взглядом и заглядывает в салон припаркованного авто. Затем удивленно переспрашивает. – А это кто? Батя твой?
– Ага. Папочка. – отзывается Костя, ухмыльнувшись. – Вера, я жду.
– Извини, Егор. Мне правда надо ехать. Потанцуем в следующий раз. Обещаю.
Не дожидаясь ответа, быстро юркаю внутрь внедорожника. Костя закрывает окно, отрезая меня от внешнего мира. Отрезая пути назад. Ему не стоит даже прилагать никаких усилий, просто одна кнопка и я уже не смогу никак выбраться из этой машины.
Мы теперь один на один в салоне. В замкнутом пространстве. Где снова витает аромат его мужского парфюма. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Я скучала. По нему. Очень.
Резко спохватившись, одергиваю себя.
По запаху скучала. Не по Косте. По запаху. По козлам не скучают. Вот я – дура. Сама села в железную клетку. Сама загнала себя в угол.
Тело потряхивает так, будто меня ожидает публичное выступление с невыученным текстом посреди огромной площади. А сбежать нельзя. Подмышки нещадно потеют. Сердце гудит с такой силой, что, кажется, я бегу дистанцию в полу марафоне, а не сижу в комфортном кресле громоздкого автомобиля.
– И? – сиплю я. Во рту от волнения ком стоит. Откашливаюсь и спрашиваю громче: – Чего ты хочешь за машину, Костя?
Воронцов лишь нагло ухмыляется. Не говоря ни слова, хищным взглядом бежит по моим оголённым ногам.
Как только уезжают такси с ребятами, Костя трогается с места следом. Где-то в глубине души я очень надеюсь, что Костя сейчас просто везет меня домой. Но надежда эта рушится буквально через секунду, когда Воронцов одной кнопкой блокирует все замки в дверях и сворачивает в другом направлении от моего дома. Я начинаю изрядно нервничать.
 
– Куда ты меня везешь? – Как можно спокойнее спрашиваю я.
Смотрю по сторонам через стекло и пытаюсь хоть как-то запомнить дорогу.
– Покушать. – одним словом отвечает Костя.
– Я не голодна.
– А я очень даже. – Костя вновь бросает на меня многозначительный взгляд. От которого на моем теле волоски стают дыбом.
Ладно. Покушать с Воронцовым я ещё согласна. Но не более того. Черт. А если он меня похитил? Я ведь не знаю куда мы едем.
Блин. И именно сегодня Катьки не было на танцах. Входит, кроме Егора никто видел с кем я уехала. Мама тоже не будет беспокоиться о моем отсутствии дома, потому что они с братом уехали в деревню помогать с огородом к родителям папы.
Повезло так, повезло. Или Костя специально такое время выбрал? Следил за мной?
Я поворачиваю голову в его сторону и начинаю внимательно рассматривать, сидящего за рулем, мужчину. Совершаю ошибку номер два за вечер. Вижу взъерошенные волосы Кости, в которые мне хочется вцепиться пальцами и провести ногтями по затылку. Вижу крепкие руки на руле, к которым хочу попасть в объятия. Очерчиваю взглядом пухлые мужские губы, из которых так и хочется услышать «ты не одна из вереницы легкодоступных девушек, ты другая».
Так, Вера, тормози. Говори «Стоп» сопливым и глупым мечтам.
Закрываю глаза и даю себе мысленно пощёчину.
Приди в себя, детка. Костя – обманщик. Он – не ангел и ты ему испортила машину. Какие к черту признания и мысли о поцелуях?
Я больше не позволяю себе смотреть на Воронцова. Взгляд только на дорогу.
Все надежды на посещение обычного кафе или, на худой конец, какого-то ресторана разлетаются как дым, когда мы въезжаем на территорию коттеджного посёлка. Припарковавшись у небольшого двухэтажного дома, Костя снимает блокировку с дверей и выходит из машины.
Права была моя интуиция. Костя «говорил» своими голодными взглядами совсем не про пустой желудок. Что мне теперь делать? Нажать кнопку и запереться в машине?
Ну, да, Вер, замечательный план. А дальше что? По ночной трассе пешком идти обратно? Чтоб тебя маньяк какой схватил. Уж лучше тогда в доме с Воронцовым ночь провести. Тем более, дом не маленький. Тут уж точно найдется место, где можно будет спрятаться. Главное держать телефон при себе, в кармане шорт.
Дверь с моей стороны распахивается и Костя наклоняется ко мне:
– Чего сидим? Кого ждём? Пошли. Я хочу поскорее утолить свой голод.
Воронцов не прикасается ко мне, в буквальном смысле, его руки покоятся на чёрном металле внедорожника. Он просто самым наглым образом пожирает меня глазами, будто я тот самый свежеприготовленный стейк с кровью, о котором мужчина мечтал весь рабочий день.
Я готова поклясться, что чувствую кожей, как блуждает по мне его взгляд. Неторопливо скользит от щеки к подбородку, вдоль тонкой шеи, проходится по выступающей ключице и в конце концов утопает в ложбинке меж грудей.
Чёртово лето со своей невыносимой жарой и повсеместными короткими шортами с открытыми майками. Хочется дёрнуть майку повыше, чтобы Костя перестал так на меня смотреть.
Мужчина вдруг отрывает от меня свой взгляд и идёт к дому.
Ладно, Верка, не ссы. Костя - не маньяк. Хотя кто его знает. Если что, то я запрусь в ванной комнате и звоню оттуда Катьке или в полицию.
Выхожу из машины и следую за Воронцовым.
Дом встречает нас оглушающей тишиной и кромешной темнотой. Костя ключами открывает входную дверь, включает свет и, не снимая обуви, идёт внутрь.
Надо идти за ним.
Но я медлю.
Если я преступлю порог этого дома, то значит автоматически даю Воронцова позволение делать со мной, все что угодно. Только на что именно я соглашаюсь до сих пор неясно. Вот если бы Костя сказал прямо, хочу, мол, так и так, раздевайся или хочу кучу денег, тогда можно было о чем-то конкретном разговаривать.
– Хватит торчать на пороге, Вера. Ты уже согласилась на все, сев ко мне в машину. Добровольно сев. Так что хватит строить из себя девочку-пай и делать вид, что ты «не такая».