Кровавые тени войны (СИ)

- Без проблем, - помахал рукой Нара и проследовал за чунином.
За то короткое время, пока они разговаривали, кумовцы сократили дистанцию и начали атаку - в зеленую массу леса полетели огненные техники, стремясь поджечь и уничтожить растительность, но владеющих катоном среди нападавших оказалось слишком мало для того, чтобы уничтожить что-то большее, чем зеленый кустарник на самом краю рощи - вчера шел дождь, и влага еще не успела высохнуть, препятствуя поджогу древесины. Видя безрезультатность применения техник, а также отсутствия криков, попавших под удар коноховцев, вражеский командир дал знак идти вперед. И пусть элитные джонины намного более опытны в том числе и в штурме вражеских позиций, но через несколько секунд, лес заполнился звуком сработавших ловушек, взрывами и криками боли раненых -сидевшие в засаде команды собирали свою жертву, прежде чем враг вообще мог их обнаружить, после чего уже вступали в прямое противостояние.
Учиха кивнул себе, снял иллюзию, скрывавшую отряд на вершине высокого раскидистого дуба, возвышавшегося над окружающими деревьями на целый десяток метров и очень подходивший под наблюдательный пункт, и махнув рукой подчиненным, побежал по стволу вниз, на землю - время ожидания прошло, пора было заняться делом.
Между деревьев мелькали молнии, гремели разряды, кто-то кого-то убивал, но Шигеру уже привычно фильтровал все это на предмет опасности, но не более. Сейчас, когда началась свалка, командир уже ничего не может сделать, кроме как верить в подчиненных и самому вступить в бой.
Лавируя в темноте между деревьями в сопровождении двух джонинов, он выскочил на двух кумовцев, что откололись от основной группы, продолжавшей вгрызаться в центр обороны пограничников и весьма грамотно прикрывали друг друга от наседавших на них трех команд, умудряясь еще и контратаковать. Под ногами у парочки уже лежало несколько неподвижных тел.
Пробежавшись по стволу ближайшего дерева, Учиха на мгновение замер на месте и завершил складывать серию печатей, начатую еще при первом взгляде на кумовцев.
- Катон: Рьюка но Дзюцу (Высвобождение огня: Техника драконьего пламени)!
Выплюнутая изо рта голова дракона, осветившая лес вокруг, быстро пролетела над прянувшими в сторону подчиненными и врезалась в высокого бледного блондина, слишком сильно раненого, чтобы вовремя уйти с траектории атаки. Джонин не пожалел чакры, и враг почти мгновенно превратился в обугленный труп, успев лишь коротко вскрикнуть, а вот его темнокожий напарник, почти сливавшийся с темнотой леса, успел полоснуть по ниндзюцу засверкавшим райтоном мечом, рассекая на две части. Правда, это единственное, что о успел сделать, так как рванувшие вперед джонины Конохи смогли заблокировать его оружие и пробить по ногам, нанося серьезные раны. Не успел командир пограничников присоединиться к ним, как все было закончено - многочисленные атаки поддержки превратили из шиноби настоящего ёжика с железными иголками, а мощный удар двухметрового Акамичи, воспользовавшегося моментом, сломал шею.
Но это было только началом - ударный Кулак Кумо наконец преодолел полосу ловушек, потеряв примерно треть состава, и битва распалась на множество индивидуальных схваток, если это можно так назвать. Сделав знак сопровождавшим джонинам действовать на свое усмотрение - проигрывая в силе и скорости нападавшим, многие команды предпочли положиться на использование ниндзюцу, что весьма затрудняло движение группой - Учиха напитал тело чакрой и с помощью шарингана уворачиваясь от шальных техник, рванул вперед, выбрав целью мощного кумовца, что успел расправиться с парой команд и заходил в бок еще одной, отвлеченной на другого врага. Так как применение огненных техник могло задеть своих, ему пришлось идти в рукопашную, задействовав висевший за спиной танто.
Мускулистый мужчина с короткими темными волосами успел заметить его приближение, даже несмотря на то, что легкая гендзюцу должна была этому воспрепятствовать и смог заблокировать пылающее лезвие наручными браслетами, не дав завершить все одним ударом и демонстрируя весьма серьезное мастерство. Отскакивая назад от встречного удара, обладатель додзюцу быстрым взглядом отметил, что одна штанина кумовца практически отсутствовала, позволяя заметить безобразные рваные рубцы на бедре, а на левом боку ткань пропиталась свежей кровью и торчал обломок сенбона. Несмотря на это, противник двигался с грацией кошки и казалось, ничуть не тяготился повреждениями, перейдя в наступление с такой яростью, что Учиха невольно был вынужден отступать, хотя отлично видел все движения здоровяка и даже пару раз сумел слегка задеть, оставляя на коже ожоги и заставляя тлеть ткань. Вот только и кулаки, окутанные чакрой райтона, мелькали в опасной близости от головы, заставляя проявлять чудеса изворотливости. Этот враг явно был более опытным и сильным даже в таком состоянии, чем сам Шигеру на пике формы.
 
Когда неподалеку грохнула молния, а потом настоящий ослепительный поток врезался в кумовца с правого боку, заставляя кричать и биться в судороге, командир пограничников украдкой вздохнул с облегчением и воспользовавшись моментом, снес врагу голову с плеч. Благодарно кивнув клону Рью Нара, что так своевременно вмешался в дуэль, он кинулся к ближайшему врагу, стремясь как можно быстрее остановить кумовца, что оставлял за собой буквально кровавую просеку из убитых чунинов. Каждая премедленная секунда могла стоить жизни еще большему количеству его подчиненных.
***
Когда отряд наконец прорвался сквозь полосу смерти, подготовленную коноховскими ниндзя вокруг предполагаемого лагеря, где стрелял и взрывался буквально каждый куст или ветка дерева, Ватару двигался одним из последних джонинов, ранее слишком сильно пострадав, чтобы успеть восстановиться до боеспособного состояния и поддерживая наступление метанием железа. Он попал в отряд благодаря таланту к сенсорике, не отличаясь значительной боевой мощью даже на пике формы, в отличие от большинства коллег, прошедших прошлую мировую войну и весьма трезво оценивал собственные шансы на выживание в первом ряду. В тот момент, когда первым кумовцам наконец удалось сблизиться с листовиками и выместить всю злость и ненависть, у шиноби еще теплилась надежда, что удастся выполнить задание Райкаге, но уже через минуту боя, стало совершенно ясно - ударный отряд первой армии Кумогакуре оказался слишком ослаблен, читобы надеясться на что-то большее, нежели попытаться забрать с собой как можно больше врагов.
Убив несколько подставившихся чунинов умелыми бросками и избегая ответных вражеских ниндзюцу за деревьями, вспышками и ревом пламени освещавших темную рощу, Ватару с болью в сердце отмечал гаснущие сигнатуры хорошо изученных членов отряда. Их истребляли слишком быстро! Пусть потери коноховцев и были более существенными, но разменивать жалких чунинов с редким джонином на опытных бойцов! Нет, не будь позади них шестерых одинаковых сигнатур, сильно потускневших по сравнению с пылающими столбами первого появления, но по-прежнему превышавших по объемам чакры всех присутствовавших с обеих сторон битвы, пограничников могли бы и перемолоть, вот только, с каждой вспышкой чакры примененных ниндзюцу, падал новый джонин и было лишь вопросом времени, когда к Шинигами последуют остальные.
Вот только сенсор Кумо вовсе не испытывал желания оказаться среди застывших трупов, что будут свалены в одну кучу и сожжены огнем, поэтому, как только подвернулась возможность, он нырнул в густую тень еще целого кустарники и пользуясь тем, что всё внимание листовиков оказалось сосредоточено на наиболее сильных бойцах, поспешил отступить в сторону воды.
- Это не предательство, если миссия обречена, - пробормотал он, стараясь не вслушиваться в звуки сражения и яростные крики бывших соратников, неумолимо стихавших, - кто-то должен доложить о провале Райкаге-доно и присутствии на границе эС-ранга.
Пустые оправдания не облегчали поселившееся в груди тяжелое чувство, но двигаясь настолько быстро, насколько позволяло израненное и усталое тело, сенсор убедился в верности собственного решения, когда последние очаги чакры отряда оказались погашены несколько минут спустя, а силы врагов получилось уменьшить едва ли на треть.