Кровавые тени войны (СИ)

Справившись с кратким моментом ошеломления, я выпустил из свободной руки золотистый шест из чакры и с его помощью остановил свой полет, вновь оказавшись с контактом с землей и пробороздив несколько метров, пока не впечатался в толстое дерево. Вот только, нас было двое на одного и не успел псевдо джинчурики воспользоваться небольшим успехом, как на изрядно убавившего в мощи шиноби обрушился хвост рептилии размером с одноэтажный дом, вбивая по самую макушку в землю.
Еще один шуншин и как только хвост оказался убран, на Кинкаку обрушился новый удар Самехадой, на этот раз пришедшийся по телу. Еще остававшийся покров как корова языком слизнула, и я дернул меч на себя, как теркой проходя по спине старого шиноби и снимая верхний слой мяса, заставив последнего взвыть от боли. Но второго удара нанести по беззащитному шиноби у меня не получилось - краем глаза заметив вспышку ослепительного света, я рефлекторно выставил в том направлении Самехаду как щит, так как уйти в сторону или упасть просто не успевал. За доли мгновения, пока сплошной поток багрового света не врезался в меня, только и успел покрыть тело золотистым покровом чакры, как дополнительной защитой. А потом пришла... Боль! Самехада жрала концентрированный луч биджудамы как не в себя, но все равно не могла справиться со всем. Держащую ее кисть медленно прожигало, вымывая защитный покров, волосы затрещали, очень быстро вспыхнув факелом, а верхняя часть плаща очень быстро превратилась в начавшие тлеть лохмотья. Подобная участь постигла и маску, но очки, рассчитанные на что-то подобное, держались, хоть и сильно нагрелись. Что творилось со всем лицом, я не хотел и думать, активно используя ирьедзюцу, чтобы немного нивелировать весь получаемый ущерб, но это не значило, что это было безболезненно! На этом фоне, сшибаемые спиной деревья и другая растительность практически не замечались.
Пара мгновений атаки показались мне буквально вечностью, но прошли и они. Проморгавшись, я обнаружил себя более чем в сотне метров от того места, где еще недавно находился, на конце выжженной и вспаханной просеки в несколько метров шириной. Вот только зависать на разрушения было некогда и не обращая внимания на полученные повреждения, я содрал с лица раскалившиеся очки и бросился вперед, окатив себя из свободной руки водой и туша одежду с волосами. Оставалось только радоваться, что основной урон пришелся на верхнюю часть туловища, не прикрытую великим мечом и вещи ниже середины груди под плащом не пострадали.
В результате столь концентрированной и разрушительной атаки, Гинкаку смог выбраться из тюремного кеккая, походя уничтожив всех клонов и сейчас резво наседал на Орочимару с призывом, позволяя брату восстановиться. Треххвостый покров делал его практически неуязвимым для ниндзюцу и змеиному саннину приходилось весьма туго, несмотря на артефактное оружие, способное причинить вред противнику. Лишь змея уравнивала силы, благодаря своей титанической силе и массе, а также впечатляющей скорости, что могла противостоять стремительным атакам псевдо джинчурики. Будь у последнего возможность применить еще одну биджудаму и все могло бы пойти совсем по-другому, но напарник это отлично понимал, потому и не позволял ни момента сосредоточения, весьма умело пользуя феноменальной гибкостью своего тела.
Правда, Орочимару следовало не выпускать из виду Кинкаку, успешно регенерировавшего полученные повреждения и даже восстановившего начальный покров - заметно более жидкий и без хвостов - но я подоспел как раз вовремя, чтобы предотвратить воссоединение Кингин Кьёдай. Регенерация обугленной кисти правой руки и других поврежденных тканей, где не имелось подкожной брони, требовало солидной концентрации, но даже так, я смог на бегу создать и запустить вперед Бакхацу Расенган (Взрывной спиральный шар), подорвав его рядом с ублюдком. Конечно, он попытался уйти от атаки, но я просто оказался быстрее уже побитого кумовца.
Во все стороны хлестнула жгутами чакра, стремясь стереть врага и даже вскинутые в защите лапы из покрова оказались бессильны, чтобы нормально защитить. Пузырящийся покров очень быстро стесался, а за ним пришел черед и плоти. Когда шторм бешено хлещущих нитей исчерпался, на стоявшего псевдо джинчурики было страшно смотреть - окровавленная фигура в лохмотьях, большая часть кожи которой просто исчезла, обнажая кровоточащее мясо, а в некоторых местах и кости. Лишь готова, более надежно закрытая руками, пострадала меньше, позволив шиноби сохранить зрение.
 
- Аааааааааа!!! - бешеный крик боли, что вырвался из его рта, был оглушительным даже на фоне продолжавшейся неподалеку битвы.
Раны старого шиноби продолжали заживать прямо на глазах, но уже намного медленнее, чем раньше, и я воспользовался моментом, когда Кинкаку еще не отошел от атаки и со всей дури вмазал Самехадой, запуская его в полет сквозь попадавшиеся на пути деревья и еще дальше от брата. Секундная остановка позволила перевести дыхание. Чакра лилась от оружия щедрой рекой, восстанавливая резерв и позволяя мне восстанавливать наиболее серьезные повреждения, полученные от биджудамы, а заблокированные болевые импульсы - оставаться в боеспособном состоянии, несмотря на почти сожжённый скальп и другие серьезные ожоги, способные вывести из строя и опытного джонина.
Когда я собирался рвануть вслед за Кинкаку, чтобы не упускать взятую инициативу, внезапно пришли воспоминания от клона - Хьюга сообщала, что вторая волна подкрепления скоро будет рядом. В пылу битвы и вспышках чакры, новые сигнатуры получилось пропустить, но сейчас я отчетливо ощущал их движение прямо к нам.
- Орочимару, время, - заорал напарнику, усиливая свой голос чакрой.
Саннин быстро оглянулся и кивнул.
- Шаа, задержи его на сколько получится, - скомандовал он призыву и бросился за мной ко второму брату, только начавшему подниматься на ноги.
- Ссссделаю.
Несмотря на просто феноменальную устойчивость к повреждениям, регенерацию и гигантские запасы чакры, полученные раны ощутимо повлияли на скорость реакции псевдо джинчурики - когда десяток золотистых цепей обвил его и сдернул с места, он просто не успел ничего сделать.
- Кинкаку! - отчаянно взревел позади Гинкаку, мощным ударом огромных лап отбрасывая в сторону призыв и бросаясь за нами.
- Сссссаааа, убью!
Вот только и призыв был не лыком шит - быстрый удар хвостом смел кумовца с ног, а потом обвил своим телом, очевидно, стараясь ставить и стереть чешуей. Это подарило нам драгоценное время, кторого и так было мало - второму отряду оставалось до нас несколько десятков секунд.
Подтащив сопротивлявшееся тело ко мне, я шлепнул на него загодя извлеченную бумажку и даже не дожидаясь, пока фуин перейдет на плоть, сильным пинком отбросил его на Орочимару. К сожалению, Самехада не имеет режущей кромки, что нанести по-настоящему летальный урон, так что дело за саннином. Напарник понял замысел с одного взгляда и от души рубанул летевшее на него тело покрытым фуутон чакрой лезвием. Он целился отрубить голову Кинкаку, но внезапно вырвавшийся из-под земли хвост красной чакры заставил Орочимару извернуться, избегая атаки и удар пришелся чуть ниже пояса кумовца.
- Уииииииииии!!! - пронзительный визг, в котором не осталось ничего человеческого, вырвавшийся из глотки пострадавшего, заставил меня вздрогнуть.
Несмотря на мощный удар, Орочимару не удалось разрубить врага на две части, но вот отрубить правую ногу и разрубить нечто очень важное для мужчины, если судить по звуку - очень даже. Дернув к себе нитями чакры трофейную конечность, я поймал ногу и задал деру, стремясь как можно скорее скрыться с поля боя. Саннин от меня не отставал и судя по ощущениям, мы разминулись с кумовцами буквально на несколько секунд.
Естественно, отступали мы не прямо вглубь наших территорий, а в сторону, не слишком стараясь скрывать свои следы. Сомневаюсь, что джонины решатся на преследование без поддержки эС-ок, а Гинкаку сейчас необходимо дотащить брата до ирьёнина, а не развивать наступление.