Медвежонок под контролем (ЛП)

— Выглядит неплохо. Жаль, что у нас нет способа связи. Придётся что-то придумать и назвать их Микки-ушами.
Рассел негромко заворчал в знак недовольства. Кот не понимал крысиного юмора.
— Хочешь, я отнесу тебя в здание или пойдешь сам?
Он недоумевал, почему его со-агент продолжает задавать ему вопросы. Как будто Девин собирался понять крысиный язык. Он подполз к пассажирской двери, нажал на кнопку разблокировки и посмотрел через плечо на Девина.
  
— Буду считать, что ты доберешься туда сам, — Девин наклонился и открыл дверь, после чего Рассел исчез.
Глава 34
Рассел бежал по заброшенной стоянке к кирпичному зданию. До наступления сумерек оставалось около часа, и он хотел поскорее покончить с этим делом, чтобы начать строить гнездо для своей пары. Поскольку Девин был помешан на аккуратности, может быть, ему стоит попросить его навести порядок в доме, чтобы крысиное гнездо не выглядело как… погодите-ка… крысиное гнездо. Он рассмеялся про себя.
Что-то большое привлекло его внимание, когда он спешил через улицу. Он почувствовал, как что-то уперлось ему в бок и проскользнуло под ремень с камерой. Он стал кружить туда-сюда, пока не понял, что произошло. Ухватившись за щетинки, попавшие под воротник камеры, он выдернул их и, дождавшись подходящего момента, разжал лапы.
Он взлетел в воздух, оттолкнувшись от засосавшего его уличного пылесоса. Ему следовало быть осторожным, когда он думал о своей паре. Она полностью завладела его сознанием. Это случилось с его дядей Рупертом. Трагическая история.
Дядя только что встретил свою пару на ежегодном слете оборотней, и на их первом свидании он повёл её на хоккейный матч на местной арене. Как и большинство мужчин, он пытался произвести впечатление на свою женщину своими мужественными способностями оборотня. Поэтому, когда каток освободился для перерыва в игре, превратился в любимое животное своей пары — милого розовощекого кролика, и выскочил на лед, охая и ахая от умения кататься на четырех лапах.
Он думал только о своей прекрасной паре, крутясь и поворачиваясь, и вдруг — бам! Его засосало в машину «Замбони». Это было некрасиво. Мама Рассела, сестра Руперта, больше никогда не ходила на хоккей. Печально.
Он пошарил по основанию кирпичного здания в поисках входа. Под трубой, уходящей в стену, лежали осыпавшиеся обломки. Он любил старые здания. Камера сделала вход немного теснее, но он пробрался через неё и нашёл путь к потолку, чтобы легче было пройти через комнаты.
Запах кошки был свежим и сильным. Уборщица-кошатница должна быть здесь. Но где же она была на площади в десять тысяч квадратных футов? Он направил свой нос к месту наибольшего скопления кошачьего запаха. Прогрыз волокнистую потолочную плитку и просунул в неё нос. Ага, большая кошечка.
Он задрал нос и приложил глазное яблоко к отверстию. Выглядело как обычный офис. В углу за письменным столом заметил кучу одеял. Убежище преступницы за последние две недели. Мило. Даже игрушки выглядели довольно круто. Он почувствовал запах лакомств. Может, в столе спрятан тайник? Они пахли очень вкусно. Он не ел с обеда шесть часов назад.
Закрывающаяся дверь вывела его из оцепенения, вызванного едой. Он был на задании и должен был закончить его, чтобы снова сосредоточиться на своей паре. Проклятая кошка. Карабкаясь по ржавым трубам и истертым проводам, он направился к самой свежей линии запахов.
Новые ароматы привели его к потолочной плитке с уже пробитой в ней дырой. Его голова вместе с камерой пролезла внутрь. Она сидела за компьютером в большой комнате с множеством офисных машин и столов. Рассел наблюдал, как она печатает и смотрит в монитор. Со своего места он не мог видеть экран, пришлось бы спуститься ниже.
Он обхватил хвостом трубу и медленно вылез из отверстия. Вспомнилась сцена из фильма «Миссия невыполнима», где Круз спускается через потолок на веревке. Он раскинул свои крошечные лапы, подпрыгивая на заднице под песню из фильма, звучавшую в его голове.
Когда он опустился достаточно низко, в поле зрения появился экран. Похоже, она вводила данные для какого-то клиента. Какого черта она это делает? Это не имело никакого смысла.
До его слуха донёсся звук воды, текущей по трубам, но он не придал этому значения, пока труба, вокруг которой обвился его хвост, не начала нагреваться. И она нагрелась. Через пару секунд его тело закричало от жгучей боли. Он ненавидел старые здания. Он отпустил хвост и упал на клавиатуру, на которой печатала женщина.
Её глаза зомби смотрели прямо перед собой, а пальцы перестали двигаться под ним. Инстинкты заставили приготовиться к бегству, но она не двигалась, и он тоже. Рассел приподнялся на задних лапах и помахал руками в её поле зрения. Ничего. Она едва моргнула.
Он вытянул заднюю лапу в сторону, чтобы коснуться её руки. При прикосновении он отпрянул назад, как будто прикоснулся к горячей плите. И снова ничего. Медленно он снова вытянул лапу и положил её на руку. Не дождавшись от неё никаких движений, он перетащил всё остальное тело на её руку. Эта девчонка действительно была не в себе. Неужели она под наркотиками?
Его лапы двигались назад-вперед в ритме ча-ча-ча по её руке. Синатра — идеальное прозвище для него, но он никогда бы не сказал этого вслух. На каком-то шаге его задняя лапа соскользнула с её руки, оставив кровоточащую царапину. Женщина вздрогнула. Он замер. Её голова повернулась к нему, глаза стали зелёными с прорезями.
Вот чёрт. Его крысиная задница поджарена.
Она зашипела и замахнулась на него когтями на другой руке. Он бросился наутек, тощие лапы вытянулись, чтобы поймать воздух и замедлить падение. Впрочем, это не имело значения. Он же не падал с высоты самолёта. Но выглядел, конечно, круто. Если бы только его пара могла это видеть.
Он с грохотом приземлился и забарахтался на блестящей плитке. На него упала большая тень. Повернувшись, он увидел летящего к нему пушистую чёрную кошку. Когти вытянуты на четырех лапах, пасть раскрыта с острыми зубами, готовыми вгрызться. Это был тот самый случай, когда он не хотел, чтобы киска оказалась у него на лице.
Он бросился бежать под столами и вокруг стульев, стараясь сбросить с себя убийцу. Она была хороша. Крысиные бега продолжались.
Рассел сохранял спокойствие, зная, что паника выведет на чистую воду. Тогда он застрянет, как крыса в клетке. В затемненной комнате впереди по полу брезжил свет. Дверь в коридор была приоткрыта. Может быть, он сможет сбежать, как крысы с тонущего корабля.
По прямой дорожке к двери он направился к узкой щели, готовый броситься туда со всех ног, как крыса, за которой гонится кошка. Что он и сделал. С миллиметрами в запасе Рассел проскользнул внутрь. Ему стало интересно, насколько широкой была кошачья голова, когда он услышал стук и сердитое мяуканье. Определённо, это была взбешенная киска.
Оглянувшись через несуществующее плечо, он увидел, как кошечка толкнула дверь пошире, а затем нацелилась на него. Ужин. Крысы, ему не следовало останавливаться, чтобы посмотреть. Крутанувшись на скользком полу, он помчался по коридору, ища выход из безумного лабиринта, в котором застрял.
Огибая угол, он повернул переднюю часть, но его более тяжелая задняя половина скользнула в сторону и шлепнулась в желтое ведро для швабр уборщика. Он вздрогнул от удара. Утром будет больно. Гладкая, безупречная кожа была нежной.
Уборщица подняла голову, когда он отскочил в сторону. Она завопила, как загнанная крыса, и запрыгала вокруг, словно Рассел напал на неё.
  
«О, пожалуйста», — подумал он, он же не крысиный бред. Он собирался убраться из Доджа. У него не было времени играть с ней в кошки-мышки.
Не успел он отойти далеко, как из-за угла выскочила большая кошка. Когти не остановили её скольжение к ведру. Она шлепнулась на бок, снова напугав уборщицу до смерти. Грязная вода хлынула, обливая животное, отчего киска стала похожа на утонувшую крысу.