Регенерат (СИ)

– А знаешь… заманчиво, - кивнула, соглашаясь с его предложением. - Но действовать необходимо предельно аккуратно. Ладно, если меня захотят убить - отмахаюсь. Но у нас Уля и ребенок, Прохор и Дарья. Нельзя допустить, чтобы на нас пала даже тень подозрения.
– Поверь, я позабочусь об этом в первую очередь, - невероятно серьезно заверил меня поручик, после чего подскочил на ноги, лихо подмигнул и направился к двери. - Ладно, краса моя. Одевайся, умывайся и будем потрошить тайники. Глядишь, ещё монетку-другую найдем.
  
И то верно.
Когда я привела себя в порядок и вошла на кухню, Дарья уже активно хлопотала у плиты, Уля кормила Юленьку кашей, а на столе росла гора блинчиков. М-м, а запах!
В общем, завтрак удался. Мне даже пришлось силой останавливать себя, чтобы не съесть лишнего, после чего я напомнила всем присутствующим, что к полудню мы ждем Томилина с распиской, так что на всякий случай нужно быть начеку, ну а пока стоит пройтись по дому и, действуя по подсказкам призрака, вскрыть остальные нычки.
Естественно, интересно было всем!
В итоге Дарья заранее подготовила вместительный тазик, куда мы будем складывать добычу, Ульяна взяла Юлю на руки, Прохор вооружился ломом и для верности топориком, и мы отправились на поиски сокровищ.
Где-то это были половицы, где-то тайник в фальшивом отсеке батареи, где-то замуровано прямо в полуколонну или в нишу под подоконник. Не знаю, как окружающим, а мне было весело! Да, в двух случаях это были увесистые пачки бумажных банкнот середины прошлого века, которые вышли из обращения и обменять их даже на рубль уже невозможно. Жаль! Дико жаль!
Но в основном это были всё-таки мешочки с золотыми и серебряными монетами, металл которых ценен сам по себе, в одном месте это были даже слитки общем весом под два десятка килограммов, отчего все, включая меня, разом охнули и восторженно переглянулись, а ещё четыре тайника содержали в себе облигации и акции различных предприятий.
Понятно, что какие-то из них уже могли прекратить своё существование… А если нет? Вот, например, акции российского центробанка! Он существует и очень даже здравствует!
В общем, надо разбираться. Очень и очень вдумчиво!
После того, как было покончено с тайниками на первом этаже, Ржевский дал понять, что есть ещё немного самого разного на втором, на чердаке и даже в подвале, но в то же время предупредил:
– В подвал соваться опасно, давай оставим на следующий раз. Там всего два тайника, оба старые и возможен риск обрушения. Если идти, то сразу с ремонтной бригадой и толковым магом камня, который всё это сначала укрепит. На втором есть одно местечко с украшениями, тоже можно глянуть позже, как и чердак. Но там сейчас столько пыли, что просто задохнёшься. Да и время уже к полудню. Ты бы переоделась что ли… Где будешь гостя принимать, если явится?
– Да, ты прав, - вздохнула с легкой досадой, потому что меньше всего хотела прерывать нашу золотоносную эпопею и расставаться с деньгами. - Ладно, давай позже.
И уже всем остальным, кто ждал моего вердикта, сообщила:
– Первый этаж чист и на сегодня пока всё. В подвал лезть опасно, а на чердаке грязно, да и в качестве пола я не уверена. Дарья, займись, пожалуйста, обедом. Уля, поможешь рассортировать находки в кабинете? Я пока переоденусь, если Томилин всё-таки явится.
  
Глава 10
 
Не собираясь чрезмерно прихорашиваться, я лишь умылась и убрала волосы в аккуратный хвост, да сменила домашнее трико на деловой брючный костюм светло-серого цвета, освежив его голубой блузкой, оттеняющей глаза.
За это время Прохор и Уля уже подняли наши находки наверх, Юленьку усадили в кресло и вручили пряник, чтобы отвлечь, ну а мы с Ульяной, первым делом убрав золото и монеты в сейф, и заранее подготовив двести тысяч Томилину (я убрала их в верхний ящик стола), начали аккуратно перебирать бумаги.
Какие-то сохранились неплохо, но от силы треть. Какие-то отсырели и заплесневели, а какие-то и вовсе начали рассыпаться от неправильного хранения.
Что мне нравилось, так это то, что Уля сразу вооружилась пачкой листов и ручкой, куда выписывала наименование бумаг, их количество, ценность и прочие важные нюансы, аккуратно раскладывая их по стопочкам на подоконнике.
Шел уже первый час (в кабинете стояли старинные ходики, которые я завела), когда к нам поднялся Прохор и сообщил, что прибыл барон. И не один, а с двумя сопровождающими. Ульяна тут же разволновалась, я тоже нахмурилась, но Ржевский, стремительно войдя в кабинет, успокоил:
– Полина, не волнуйся. Это он не ради тебя расстарался, а ради себя. Его парни тоже следили за домом и заметили интерес Абашидзовских орлов. Страхуется, чтобы не вляпаться в чужие разборки. Кстати, отлично выглядишь.
– Спасибо, - улыбнулась ему, благодаря за информацию и моральную поддержку, после чего обратилась к Ульяне. - Уля, забери Юляшу и побудьте у себя. Не стоит провоцировать этих упырей лишний раз. Бумаги оставь, глянешь их позже.
– Хорошо.
Тут же ловко подхватив малышку, женщина ушла, а я попросила Прохора пригласить гостей наверх. В самом деле, зачем мне ещё кабинет, как не принимать в нём гостей? Не в гостиной же, где у меня кровать стоит!
На миг задумалась о том, что у аристократов вроде бы принято угощать гостей чаем, но даже и не подумала просить об этом Дарью. Чай ещё на них тратить, ага! Обойдутся. Пусть радуются, что вообще денег дам.
А ведь если подумать, двести тысяч - это не такие уж и большие деньги. Для какого-нибудь управленца всего одна зарплата. Но нет… Устроили тут балаган, угрожать вздумали!
Уроды моральные.
Чем бы его эдаким наградить, м?
Всерьез задумавшись над тем, что предпочтительнее: болезнь Паркинсона или простатит, ишемическая болезнь сердца или тромбофлебит, я прошла за стол и села в старинное кресло, сразу ощутив продавленность его сидения и слегка поморщившись (срочно нужно новое кресло!), но вставать было уже поздно - в кабинет один за другим вошли трое мужчин.
Один лет шестидесяти: тучный, рыхлый, с нервно бегающими поросячьими глазками, в темно-малиновом пиджаке, неприлично натянувшимся на пузе, и с ослабленным клетчато-синим галстуком, совершенно не гармонирующием по цвету с костюмом.
Подозреваю, это был барон.
За ним шли два знакомых молодчика, которых я видела вчера.
Прекрасно зная, что титул графа высокороднее титула барона, я не встала вставать, но заранее поставила локти на стол и переплела пальцы так, чтобы мужчины увидели мой перстень. И поприветствовала их кивком.
– Здравствуйте, ваше сиятельство, - откровенно нервно произнёс толстяк. - Позвольте представиться: барон Томилин Харитон Евгеньевич. Батюшка ваш денег мне должен…
Из нагрудного кармана была вынута мятая расписка, а когда я протянула руку, требуя её себе, барон поколебался, словно не доверял, но всё же подошел ближе и вручил, чуть перегнувшись через стол и стрельнув глазами в стопку ещё не разобранных ценных бумаг.
Я же, пробежавшись взглядом по тексту, где было сказано, что граф Ржевский занимает у барона Томилина двести тысяч и обязуется вернуть (дата, подпись), убедилась, что документ подлинный (это подтвердил поручик), после чего открыла верхний правый ящик стола, кинула внутрь расписку, а взамен вынула из него четыре пачки пятисотенных купюр. В каждой пачке было упаковано по сто банкнот и на бумажной ленте, которая эти пачки скрепляла, стоял штампик “100 шт”.
– Это ваше.
Я прекрасно видела - барон не рад деньгам. Ну вот вообще не рад. Уверена, он шел сюда с надеждой, что денег у меня нет, а если и есть, то не все. И явно намеревался воспользоваться моей слабостью.
  
Увы, я ему такую возможность не предоставила, и сейчас он колебался.
Неужели не возьмет?
Видя и то, что он довольно слабый одаренный земли, я для верности подправила ему теплообмен, усилив работу надпочечников и заставив интенсивно потеть. В кровь попал адреналин, вызвав панику, но и этого мне показалось недостаточно - я запустила процесс активного брожения в его желудке, отчего мужчина уже через несколько минут покраснел, потом пошел пятнами, сгреб деньги со стола, сбивчиво попрощался и сбежал так быстро, что его прихвостни даже не сразу поняли, что им тоже пора.